"Приворот"

privorotbook Like 1

Роман о том, как с помощью магии можно получить всё, или...потерять. Публикуется впервые.
Отрывки на канале о сверхъестественном @olegmeinchannel
Channel's geo & Language
Russian, Russian
Category
Books


Contact author
Channel's geo
Russian
Channel language
Russian
Category
Books
Added to index
16.06.2018 15:00
Recent update
18.12.2018 12:05
787
subscribers
~73
avg post reach
~14
daily reach
~9
posts per month
9.3%
ERR %
0.02
citation index
Recent posts
Удалённые
С упоминаниями
Forwards
"Приворот" 23 Nov, 20:05
Друзья! Я продолжаю эксперимент по публикации книги на Телеграм-канале. В ходе которого мне нужно понять, насколько это правильно и эффективно будет его продолжать тут. Яндекс Дзен ужесточил правила по публикациям, и похоже, наше с ним сотрудничество подходит к концу. Также отрывки с иллюстрациями публикуются на аккаунте в Инстаграме @olegshelepnikov. Там же лайкаются и комментируются. По итогу останется только один канал для продвижения. А вот какой - зависит только от Вас.


2006 год. Вовка Воронок.

Вовка проснулся с дикой головной болью. Во рту было сухо, да так сильно, что было больно глотать. Вовка сначала постарался сфокусироваться на потолке грязно-белого цвета, затем на сломанной люстре с одной лампочкой посредине. Затем осторожно повернул голову вправо. Коричневое пятно напротив, приобретало форму шкафа. Увидев свой старый шкаф в мелких деталях, Вовка расслабился.
- «Уфф, я дома, – подумал он».
Он закрыл глаза, вспоминая события вчерашнего вечера.
- «Так, - думал он, - Сначала работа. Так…на работе. На работе… Ага…Я с утра поехал на работу… Что же было на работе? Заказы, заказы…Клиенты, клиенты. Обед… ага…картошка с сосиской, компот… точно, компот! Тёплый…Посидели со Светкой за столом, обсудили дела…Так… Потом презентация проекта для «Сони». Уроды…задержали допоздна…Затем «Шоколадница». Чо я туда попёрся? Урод…Мартини…Мартини…водка! Точно урод…Потом пришёл Владик с компанией. Владик, и две девочки…или четыре? Двоилось что ли? Немного посидели, потом немного порошка… «Вовка будешь фен?» - кто спросил не помню… не помню… Потом поехали в клуб. Помню! Потом немного виски. Или много виски? Девушка, Аня, по моему…или Таня… Да, кстати…»
Вовка повернул голову влево, и увидел чьё-то голое женское тело.
- «Аня? Или Таня всё-таки?» - подумал он, закрывая глаза.
Вовка и не помнил того момента, когда втянулся в клубную жизнь. Это началось на четвёртом, или уже на пятом курсе «Плешки», после того, как в первый раз попробовал экстази. Как говорил Владик: «Человек, попробовавший таблетку, навсегда остаётся человеком, попробовавшим таблетку». Естественно, свой первый раз он не забудет никогда. Ощущение безграничности времени и яркости красок новых оттенков. Желание любить всех и вся. Двигаться, танцевать, трогать, смотреть, впитывать в себя новые ощущения. Незабываемые впечатления. Они были настолько незабываемыми и необычными, что хотелось их повторять ещё и ещё. Вовка не заметил, как втянулся. Как ЭТО стало частью его жизни. Частью, настолько неделимой от него, что без этого он уже не мог жить, не мог чувствовать себя полноценным, цельным человеком. Вовка и сам понимал, что втянулся, но убеждал себя в том, что бросить он всегда успеет. И оттягивал этот неприятный для него рубеж, как можно дальше.
(продолжение следует...)
"Приворот" 30 Aug, 07:02
Несмотря на погоду, Ольга бодро шагала на следующее собеседование.
- Чёрт, что за погода, - думала Ольга, заходя в бизнес центр.
Офисное здание встретило её огромным сверкающим холлом первого этажа, стены которого были отделаны зелёным мрамором и длинной стойкой ресепшн, за которой стояла улыбчивая девушка в сером костюме. Рядом с ней стоял огромный, как шкаф, охранник. По сравнению с ним, девушка выглядела действительно серой мышкой.
- Вы к кому? – улыбаясь, спросила она.
- Мне нужно в 313 офис, компания «Маринстрой», у меня назначена встреча, - Ольга чуть засмущалась, - то есть собеседование…
- А, ясно, - девушка не переставала улыбаться. – Как ваша фамилия?
- Морозова…
- Давайте паспорт.
Ольга достала из сумочки паспорт.
- Так посмотрим, - девушка что-то быстро застучала по клавиатуре. – Да, Морозова, пропуск выписан, компания «Маринстрой», офис 313. Вы можете подняться на лифте, либо по лестнице, пешком, третий этаж. Вот вам пропуск. На выходе не забудьте отдать.
Девушка протянула Ольге пластиковую карточку.
- Эмм…а как..? – Ольга растерянно повертела в руках магнитный ключ.
- Вот вход, - девушка указала рукой по направлению к лифтам. – Вот турникет, прикладываете вот там карточку, и ждёте, пока загорится зелёная стрелка, потом проходите, и всё… поднимаетесь наверх.
- Спасибо, - кивнула Ольга девушке, заметив, как пристально смотрит на неё охранник.
- «Как будто облизывается, съесть меня, что ли хочет? - подумала она, улыбаясь про себя, проходя через турникет и направляясь к лифтам».
Заходя в лифт, Ольга вдруг вспомнила слова заговора, которому научила её Агнесса.
Пока лифт бесшумно поднимался на третий этаж, Ольга чуть шёпотом быстро произнесла:
- Иду ловцом, войду купцом.Я волк, я лев, я лисица, везде мне лестница.Кто других ниже, а я всегда других выше.Все бы меня любили, почитали, на высокую должность приглашали.Все мои слова, будьте лепки, крепки и цепки. Ключ, замок, язык. Аминь. Аминь. Аминь.
На третьем этаже было по-деловому спокойно. Небольшая стойка ресепшен, слева от неё большая и светлая комната с прозрачными перегородками, офисными столами и сидящими за ними людьми. Справа от стойки и чуть сзади – такая же прозрачная, но в раза три меньше, комната, с большим круглым столом и креслами вокруг него, и рядом с ней – дверь с номером 313. Деловую тишину нарушали телефонные трели, звуки печатающих принтеров и шумных ксероксов. Ольга подошла к стойке.
- Вы к кому? – из-за стойки выглянула симпатичная смуглая девушка невысокого роста.
- А мне в триста тринадцатый.
- А, к Владимиру Санычу?
- Не знаю, наверное, мне на собеседование…помощник руководителя, - Ольга переминалась с ноги на ногу.
Смуглая загадочно улыбнулась, подняла трубку телефона, собираясь набрать номер.
- А, сейчас передам…
Вдруг, дверь триста тринадцатого резко распахнулась, и оттуда вылетела плачущая девушка. Из кабинета донеслось:
- Ничего не умеешь, Крицкая, ничего! Не можешь нормальный персонал мне подобрать! Уволю к чёртовой матери! Сам буду народ отбирать! Сам!
Крицкая пролетела мимо девушек, вытирая на ходу слёзы, размазывая тушь по лицу.
Смуглая подмигнула Ольге, набирая номер на телефоне.
- Владимир Александрович, к вам девушка, на вакансию, примите? Ага…Да…К вам сразу? Поняла…Ага. Хорошо… Чаю принесу конечно… Отправляю.
Смуглая положила трубку, вздохнула и смотря Ольге в глаза, произнесла:
- Владимир Александрович Жердяев вас примет.

***
2006 год. Вовка Воронок.
"Приворот" 3 Aug, 08:42
Монтеграппа лимитед эдишн, тысяча девятьсот девяносто второй год. Кучу баксов стоит.
Оля поморщилась от акцента, с которым Андрей Викторович тянул иностранные слова.
- Сам Эрнест Хемингуэй писал ручкой такой марки.
- «Ну, и пафос, - подумала Ольга. – Интересно, а Хемингуэя он сам читал?»
- Расскажите, пожалуйста, о тех обязанностях, которые я должна выполнять, - Ольга села напротив Андрея Викторовича на край кресла. Кресло было хоть и дорогое, но показалось ей не удобным, потому как сиденье кресла состояло из нескольких квадратных кожаных подушечек, неплотно прилегающих друг к другу.
- Ну, ты же моим помощником хочешь стать. Значит с утра, деловая пресса, все газеты будешь мониторить, список я тебе дам, мне нужно будет принести. Потом кофе обязательно. Потом обедаем. Потом едем на какие-нибудь встречи вечером, и …всё такое. Да, отвечать на звонки, когда если кто звонит, - будущий босс сделал ударение на букве «о». – Вроде из главных обязанностей – всё.
Ольга слегка поджала губы.
- В общем, выполнять любые мои поручения. Кстати, покажи грудь…
- Что? – Ольга опешила.
- Грудь мне покажи свою, что…что слышала, - Андрей Викторович сделал большой глоток из бокала.
- Зачем? – Ольга напряглась.
- Как зачем? – неподдельно удивился Андрей Викторович. – Работа такая у тебя, делать всё, что я захочу. Ясно?
- Нет, вы меня не правильно поняли, я пришла устраиваться помощником, а не служанкой… - Ольга сильно покраснела.
- О как! Смотрите, какие мы гордые! Да тебя в два счёта тут сломают, поняла! Думаешь Москву покорять приехала? Да ты сама тут на коленях ползать будешь! - Андрей Викторович не на шутку разошёлся. - Приехала с провинции, думаешь тебе сразу всё дадут? Да ни хера! Я тебе бабло платить буду, штуку баксов! Будешь просто делать всё, что я скажу!
Ольга не понимала, с ней ли это всё происходит или не с ней. Такого резкого оборота событий она не ожидала. Андрей Викторович, ухмыляясь, смотрел на Ольгу.
Через несколько секунд Ольга почувствовала неимоверный приток силы, она резко встала, выпрямилась, потом медленно наклонилась вперёд, и смотря Андрею Викторовичу в пьяные глаза, медленно произнесла:
- Засуньте, Андрей Викторович, Вашу Монтеграппу себе в жопу, ясно?
Также медленно выпрямилась, одернула юбку, развернулась, и не спеша пошла в сторону выхода.
- Ну, и дура, - произнёс Андрей Викторович ей в след, допивая из бокала.
Швейцар молча подал ей плащ, помог одеться и открыл перед ней стеклянную дверь.
Андрей Викторович посмотрел на уходящуюпрочь Ольгу, хмыкнул, допил остатки из бокала, поморщился, поставил бокал на стол, поискал глазами чашку с недопитым кофе, влил в себя остатки, смачно отрыгнул.
- Ну и хер с тобой. Не ты первая, не ты последняя. Таких, как ты, тут миллионы… Помощница, твою мать, - Андрей Викторович попытался встать с первого раза, но это у него не получилось. – Ого, твою мать, чож я так набрался то? С утра выпил – день свободен…ещё нужно налить.
Он резко встал с кресла, держась за столик, покачнулся, но выпрямился, держась сначала за подлокотник, затем за спинку кресла.
- Твою мать, - Андрей Викторович, пытаясь оторваться от кресла, задвинул резко его вперёд к столу, да так, что кресло стукнулось о ножку стола.
Красивая, тяжёлая перьевая ручка, отделанная драгоценными камнями и стерлинговым серебром, с золотым пером в восемнадцать карат медленно скатилась с блокнота сначала на стол, затем, словно немного подумав, подкатилась к краю стола, так, что одна половина ручки зависла наполовину в воздухе, а другая была её на столе, чуть покачнулась, и упала в кресло. Ровно между стыками кожаных подушечек, пером вверх.
Андрей Викторович дошёл до туалета, открыл кран, умылся холодной водой, вытер лицо бумажным полотенцем, посмотрел на себя в зеркало, хмыкнул своему отражению. Достал сигарету, подкурил, снова посмотрел на себя в зеркало, и закрыв кран, вышел в зал.
- Витя! Викторрр! Принеси мне ещё Хенесси, быстро! – Андрей Викторович подошёл к столику, отодвину кресло, и чуть качнувшись, сел в него.
От дикого крика Андрея Викторовича у Вити выпала из рук бу
"Приворот" 3 Aug, 08:42
тылка Хенесси Х.О. Швейцар невозмутимо вошёл в зал, посмотрел на орущего босса, показывающего рукой себе между ног, заметил прожженную дыру в брюках Андрея Викторовича от упавшей на них сигареты и также невозмутимо пошёл к телефону, чтобы вызвать скорую.

(продолжение следует...)
"Приворот" 3 Aug, 08:42
Ольга не рассчитывала на то, что быстро найдёт работу в Москве. Она понимала, что с её опытом работы учителем английского и немецкого языков в школе и без какого-либо опыта работы в коммерческих структурах, ей будет нелегко быстро и хорошо устроиться. В поезде она анализировала и продумывала детали встреч с потенциальными работодателями, мысленно проигрывала диалоги разговоров, представляла своё место работы, кабинет, карьерный рост… По приезду сразу же купила газету с объявлениями о найме на работу, быстро пробежала глазами кто куда требуется, отметила разброс величины заработной платы на одну и туже позицию и немного подумав, обвела синей ручкой несколько объявлений с вакансией «помощник руководителя». Обзвонив пару десятков работодателей, она выбрала три места, договорившись о встрече.
Первый день трудоустройства был для неё самый неудачный. Ольга терялась на собеседовании, краснела при ответе на самые простые вопросы, бледнела и заикалась. В итоге, получив один отказ и одно вежливое «мы вам перезвоним», она вернулась в тёткину квартиру, закрылась в ванной и проплакала около часа. Выйдя из ванны, она села за стол, набросала примерный список вопросов, который ей задавали на собеседованиях, дополнила своими, возможными в следующий раз и составила развёрнутый ответ на каждый вопрос. Затем она встала у зеркала и стараясь контролировать мимику и жесты, задавала себе вопросы, и сама же на них отвечала. В некоторых местах задумывалась, в некоторых улыбалась, в некоторых местах ставила загадочные паузы, проговаривала несколько вариантов ответов. С вечера приготовила лучшую свою одежду на встречу, которую ей назначили на следующее утро. Попила чаю с сахаром и легла спать.
Утро было солнечным, на деревьях ещё оставалось много жёлто-зелёных листьев, которые шелестели, играя на солнце. В светлом плаще, белой блузке и короткой черной юбке она входила в стеклянную дверь по адресу, который ей продиктовали по телефону. Дом на нужной улице с нужным номером оказался рестораном. Швейцар открыл ей дверь, учтиво поклонился, провёл к гардеробу, помог снять плащ, и молча показал в сторону зала.
- Мне бы, Андрея Викторовича…- Ольга спросила швейцара.
Швейцар снова молча показал в сторону зала. Ольга пожала плечами и прошла в зал.
В зале, несмотря на солнечное утро, царил полумрак, все столики кроме одного были свободны. Ольга, осматриваясь, подошла к столику, за которым сидел молодой человек в дорогом костюме и что-то писал перьевой ручкой в блокноте. На столе небрежно лежали пара модных сотовых телефонов, а рядом стоял пузатый бокал с жидкостью янтарного цвета и наполовину пустая чашка кофе.
- Мне бы Андрея Викторовича, - спросила Ольга, подойдя к столику.
- Я и есть Андрей Викторович. Кофе будешь, - спросил молодой человек, смотря на массивные часы, но, всё также не поднимая глаз на Ольгу.
- Да, если можно.
- Витя, кофе принеси! – крикнул Андрей Викторович в зал. – А ты садись, рассказывай. – Он продолжал красиво выводить слова в блокноте.
- Монтеграппа, лимитед едишн, - Андрей Викторович перестал писать, откинулся в шикарном кожаном кресле, и посмотрел на Ольгу. Его бровь слегка дёрнулась, он осмотрел Ольгу с ног до головы, раздевая взглядом в нужных местах. Глаза его слегка заблестели. Он поджал губы, как будто что-то представляя, затем взял со стола бокал и отпил глоток.
- Что, простите? – не поняла Ольга.
- Ты садись, садись, - Андрей Викторович продолжал держать в руке бокал и смотреть на Ольгу. – Вот и кофе. Витя, ты чо так долго?
- Простите Андрей Викторович, - извинялся запыхавшийся Витя, держа в руке белоснежную чашку с ароматным кофе.
У Ольги чуть закружилась голова. С утра она ничего не ела, потому, как от волнения у неё просто не было аппетита.
- Свободен! – Андрей Викторович кивнул Вите в сторону кухни.
- Спасибо Андрей Викторович, - Витя быстро ретировался.
- Так про что мы? – Андрей Викторович сделал задумчивый вид. Ах, да! Монтеграппа – это ручка, - Он указал на красивую ручку, лежащую на блокноте. Листья в блокноте были белоснежные в контраст черной кожаной обложке. – Так вот, это
"Приворот" 17 Jul, 10:34
***
2006 год. Ольга Морозова

Ольга третий день подряд ходила по собеседованиям. Москва встретила её неприветливо, мелким моросящим дождём, серым рваным небом и противным ветром, который всегда норовил плюнуть в лицо холодными дождевыми каплями. Москвичи и гости столицы носились как угорелые, стараясь не останавливаться или даже просто задерживаться по дороге, прятали головы в воротники мокрой одежды, или скрывались за черными зонтами от окружающих их людей, сильно похожими на них самих. Ольга быстро адаптировалась, и тоже старалась ничем не выделяться из спешащейкуда-то толпы, но иногда просто спешитьей плохо удавалось. Нет-нет, да она останавливалась поглазеть на яркие витрины с красиво одетыми манекенами, либо сверкающими украшениями, за что получала толчок в спину, или кто-нибудь специально наступал ей на ногу. Либо же проходящий мимо безликий человек цеплял её волосы, либо плечи, колкими спицами своего зонтика.
Кроме того, что Москва не сразу строилась, да и продолжала строиться, столица была и остаётся городом мигрантов с самых древнейших времен. Вся история Москвы связана с мигрантами. Первыми сюда пришли финно-угорские племена. А потом вятичи - восточные славяне. После нашествия Батыя сюда "понаехали" со всего Владимирско-Суздальского княжества. Во времена Ивана Грозного в Москву привезли тысячи жителей разоренного Новгорода. После отмены крепостного права, в первопрестольную потянулись крестьяне. Тогда возникли целые ремесленные кланы. Плотники, например, в основном были из Рязани, половые в питейных заведениях - из Ярославля, на железной дороге работало много белорусов, а среди извозчиков преобладали жители Тульской и Владимирской губерний.
Революция избавилась от аристократов и «голубой крови», и снова строящаяся Москва стала городом рабочих и крестьян. С появлением новых высших учебных заведений в город стали приезжать десятки тысяч студентов. Великая Отечественная также наложила отпечаток на состав населения, а в шестидесятые годы прошлого века начался поток "лимитчиков" - рабочих из провинций, которые получали временную прописку по лимиту на въезд. С середины неспокойных девяностых в столицу хлынули жители советских республик - сотни тысяч таджиков, молдаван, азербайджанцев, армян.
А московское метро! Запах резины, страшенные эскалаторы, непонятный и дребезжащий голос откуда то из преисподни, шум прибывающих поездов. Толпы народа: кавказцы, афроамериканцы и вьетнамцы, унылые офисные клерки и студенты, бюджетники, академики, рабочие и обычные жители, дамы в шпильках и норковых шубах, белые воротнички с дорогими портфелями и путешественники с рюкзаками, «челноки» с клетчатыми сумками – всё это этническое месиво бодро плыло по руслам подземки.
Ольга уже могла легко отличить москвича от гостя столицы по акающей речи, по твёрдой «г», по звуку «ш» в слове «булочная», по «э» в слове «бассейн» и другим речевым атрибутам и едва заметным внешним признакам «коренного» москвича. Хотя слово «коренной москвич» уже могло относиться ко всем тем, кто уже родился в Москве, но чьи бабушки и дедушки были такими же «понаехавшими да понаостававшимися».
Коренные москвичи уже не выдерживали конкуренции с молодыми и хваткими приезжими. Будь то таджик, живущий в диаспоре, или какой-нибудь энергичный сибиряк, готовый работать день и ночь за небольшие деньги. Главная проблема вымирания коренных москвичей – это квартирный вопрос и платные медицинский услуги, желание в первую очередь построить заоблачную карьеру, невозможность и нежелание рожать и растить детей, взятки при устройстве детей в детсад или школу, и тому подобное, но неотъемлемое составляющее огромного мегаполиса.
«Се ля ви, - думала Ольга, шлёпая промокшими сапогами по лужам, подходя к башне нового бизнес центра».

(продолжение следует...)
"Приворот" 14 Jul, 09:28
Жердяй прошёл мимо кучи наваленного гравия и земли, посмотрел на ковыряющихся в ней совковыми лопатами строителей, поцокал языком и подошёл к практически готовым кованым воротам. Ворота были огромных размеров, одна створка уже висела на месте, а вторая была прислонена к забору. Забор тоже был из кованого железа, высокий, с острыми концами-копьями и со всякими цветками-завитушками. Забор и ворота составляли один архитектурный ансамбль, гордость хозяев на зависть соседей. Жердяй сам подбирал кузнецов на ковку забора и ворот, естественно сэкономив на оплате.
У забора стояла крупная на вид девушка и пристально рассматривала вторую створку кованых ворот. Потрогав прутья, она, словно полностью удовлетворившись их качеством, повернулась в сторону идущего к ней Жердяя.
- Здрасьте, вы Владимир Александрович? – она сухо улыбнулась, обнажив чуть неровные зубы.
- Да, я, - Жердяй улыбнулся, показав не менее кривые, чем у девушки, зубы.
- А меня зовут Марина, - она протянула ему руку. – Будем знакомы.
«Ну, и урод кривозубый, точно жердь, щурится как мышь ну крупу, - подумала Марина».
«Ну, и толстуха, - оценил Марину Жердяй. – Сиськи только ничего, большие. Губы узкие, глаза-щёлочки-колючки. На троечку, в общем».
Так в первый раз оценили друг друга будущие муж и жена.

Марина и вправду была крупновата, но уже не стеснялась своей фигуры вообще. Ей было уже под тридцать, но мужа, да и просто нормального мужика у неё до сих пор не было, и она по этому поводу уже усталасильно переживать. Ведь все её подруги, которых едва можно было назвать подругами, скажем, приятельницы или одногруппницы, ровесницы и просто знакомые, уже успели повыходить замуж, нарожать детей, развестись и тому подобное, то есть пожить нормальной семейной жизнью, с изменами и со скандалами, со свекровями, родственниками и поездками на дачу к родителям. Ей же катастрофически не везло с парнями с самого детства. Толи из-за полноты, толи из-за природной стеснительности, парни не спешили предлагать ей дружбу, не приглашали в кино, в театр, на дискотеку, в лес, на дачу без родителей и так далее. Марина ночами плакала в подушку, утром просыпалась с опухшими глазами, шла в школу, институт, на работу, - картина её личной жизни не менялась годами. Единственный раз, когда она лишилась девственности, был её первым и последним близким контактом с мужчиной. Это было после окончания института, как раз, на так называемый, выпускной вечер, когда она с одногруппниками праздновала получение красного диплома. Тогда она, изрядно выпив, подошла к Пете, едва ли не самому симпатичному парню группы, и спросила:
- У тебя есть презерватив?
Петя опешил, но чтобы не потерять мужское достоинство и честь, ответил:
- Для тебя у меня есть всё, что угодно, детка!
В последствии, конечно, он пожалел о сказанном, но в тот вечер, Марина увезла сильно поддатого Петра к себе в квартиру на Оружейный переулок, где Петя, едва стоящим членом, лишил Марину девственности. Естественно Петру пришлось попыхтеть, но опять-таки он не ударил в грязь лицом и поработав руками над собой, он доделал начатое. В общем, на утро, Марине было стыдно смотреть Пете в глаза, но Пете было всё равно, лишь бы чем-нибудь опохмелиться, благо Марина напоила Петю холодным пивом, и отправила домой, к жене.
После этого Марина долго проплакала в душе, зарекаясь пить алкоголь совсем и вообще, желать кого-нибудь из мужчин. Мужчины в принципе и так мало обращали на неё внимание, но после её зароков, за Мариной зацепилось прозвище «Морозилка». Она не пила, не гуляла, не знакомилась с мужчинами, и они избегали её уже вдвойне, когда видели её ледяной взгляд, который заставлял их ёжиться.

- Очень приятно, - пожал руку Жердяй. Рука Марины была холодная, а губы превратились в тонкую нитку.
- Как идёт работа? Папа просил осмотреть всё тут, он интересуется, будет ли всё готово в срок и без задержек? – Марина провела по прутьям забора рукой.
- Конечно, конечно, - уверил её Жердяй. – Всё будет готово точно в срок. Всё как раз уже доделывается. Осталось подвести отопление с бойлера, и можно будет справлять новоселье.
"Приворот" 14 Jul, 09:28
Жердяй понимал, что в срок, скорее всего они не управятся, так как поздно завели тот самый гравий и землю, которые были насыпаны кучей посреди двора. А так, в принципе было всё готово, вымести мусор, кое-где подкрасить, подклеить, подмазать, и можно въезжать в дом.
- Может, покажете мне всё сами? – Марина вскинула правую бровь вверх, и чуть наклонила голову.
Жердяй как-то внутренне сжался, съежился, но виду не подал.
- Ну, зачем же, Марина, там пока грязь, дорожки грязные, помещения пыльные, вы вся в чистой одежде. Поверьте мне на слово, вам незачем волноваться. Скажите, вы, что сегодня вечером делаете?
Эту фразу Жердяй не готовил, а выдал автоматом, и снова съежился, его кожа покрылась мурашками с ног до головы. От самых кончиков волос, до кончиков пальцев на ногах.
Марина тоже опешила, и не зная как отреагировать, сказала:
- Читаю книгу, - и тут же покраснела.
Жердяю терять уже было нечего, нужно было добивать ситуацию, и он выпалил:
- А пойдёмте в кино?
«Зачем мне с этим тощим идти в кино?» – подумала Марина, но вслух сказала:
- Пойдёмте…
Жердяй, выдохнул, улыбнулся:
- Давайте я к вам завтра после работы заеду и мы пойдём. Вы где живёте?
- В центре, на Маяковке, а вы?
Жердяй нисколько не смутился, и ответил:
- На Щёлковской, но я к вам заеду, во сколько удобно?
- В шесть заезжайте, я рано ложусь спать, - Марина снова поджала губы, словно сомневаясь, зачем она это всё делает.
«Почему мне было не сказать, что я замужем? – подумала она. – На кой мне идти в кино с этим кривозубым?»
- Хорошо, я заеду. Завтра. Ровно в восемнадцать ноль ноль, – сказал Владимир Александрович Жердяев.
«На кой мне идти в кино с этой холодной толстухой? - подумал он».
- Хорошо, я вас жду, запомните адрес, или запишите?
- Запомню, говорите…
Жердяй смотрел, как Марина садится в Мерседес, и едва не задев его старую ржавую «шестёрку», уезжает от дома. Как-то внутренне он понимал, что это его единственный и огромный шанс уцепиться в Москве окончательно, получить прописку и те блага, которыми владела Марина Владимировна, дочка одного из влиятельных людей Москвы, заказчика коттеджа, который он тут достраивал. Проводив взглядом машину, он подошёл к своей раздолбанной «шестёрке», которую он водил по доверенности, попинал её по колесу и быстрым шагом пошёл на стройку. Войдя во двор, он крикнул:
- Работаем в ночную смену, плачу в двойном размере! Быстро всем работать!

***
2006 год. Ольга Морозова

(продолжение следует...)
"Приворот" 11 Jul, 11:20
- Вот, Володя, как думаешь, что самое главное в нашем деле? – Дядя Коля поднял указательный палец вверх.
- Что, Николай Николаевич? Мастерство? – Володя сидел на куче кирпичей, на очередной стройке усадьбы.
Сквозь проём для окна виднелась речушка, извилисто пропадающая в смешанном лесу. Светило ярко солнце и воздух был чист и свеж, даром, что до центра Москвы было несколько десятков километров.
- Нет, Володя, мастерство тоже имеет роль в нашем деле, но основное – это внимание к заказчику, - Дядя Коля вынул из пачки «Беломор» подкурил папиросу и продолжил:
- Чем внимательнее, Володя, ты будешь к заказчику, тем больше доверия ты у него вызовешь, а доверие в нашем случае – это главное, - Николай Николаевич указал на себя.
Непонятно, что именно нашёл Дядя Коля – он же Николай Николаевич, шесть лет назад в том пареньке из какой-то провинциальной глуши. Вообще непонятно было для окружающих, как Жердяй оказался в строительной бригаде в то время и в том месте. Высокий, худой, заросший щетиной, с голодным блеском в глазах - именно таким увидел его Дядя Коля в первый раз. Поговорил с бригадиром, и тот не просто дал ему работу, а давалЖердяю работу полегче, чем остальным, работу посильную, вполне сносную. Дядя Коля начал подкармливать паренька и давать азы нелёгкого прорабского дела.
- Вот, Володя, без доверия в нашем деле никуда, ясно? – продолжал Николай Николаевич. – Когда тебе доверяют, то и позволить тебе могут многое чего. Ведь сам, по сути, заказчик, хозяин, в этом, нашем деле, как беспомощный кутёнок в ведре. Барахтается себе, вроде и водоём маленький, а вот вылезти сам не могёт, без помощи то, без моей. Строитель, по сути, могёт только делать то, что ему скажут. Мастеровито и дельно. Но вот руководить строительством, муравейчиками то бишь, должен человек нашего дела и склада ума, ясно?
- Ясно, Дядя Коля, - с готовностью пионера отвечал Жердяй.

На самом деле, после стройбата, работа тут казалась Владимиру просто санаторием. Про стройбат Вова никак не любил вспоминать, а рассказывать тем более. Сколько всего он перекопал, переломал, перетаскал и перекрасил, хватило бы на большой карьер, большую гору и длинный многокилометровый забор. Но служба есть служба, и Вова просто молча, стиснув зубы и затаив злость на всех и вся, считал дни до дембеля. Даже,вернувшись, домой с армии, и устроившись на стройку, где он постигал азы настоящего «строительства»,злоба не прошла, а только лишь затаилась где-то глубоко в его длинном тощем теле. Плюнув и послав всех подальше, в том числе и свою невесту, которая всё-таки дождалась его с армии, Владимир махнул в Москву, к своему корешу по стройбату, который работал в бригаде под руководством Дяди Коли. Кореш привёл его на стройку, и показал бригадиру, который едва глянув на Вову, покачал головой, но в то время и в том месте случайно проходил Николай Николаевич, который и заприметил Жердяя. Так и началась большая и крепкая мужская «дружба» прожженного прораба Дяди Коли и совсем желторотого строителя Владимира Александровича Жердяева.

(продолжение следует...)
"Приворот" 9 Jul, 09:45
***
1995 год. Владимир Александрович Жердяев.

Работа была в самом разгаре, когда к прорабу стройки подошёл один рабочий из бригады строителей.
- Владимир Александрович, вас тут хозяйка спрашивает, - строитель, не стесняясь, поковырял в носу указательным пальцем, вытащил наружу вещество серо-зелёного цвета, скатал в шарик, и вытер пальцы о спецовку.
«О, боже мой, - подумал Владимир Александрович. – Что за бригаду мне подогнали? Ладно, что не ссут прилюдно, и то радует».
Владимир Александрович сплюнул на землю, матюкнулся и пошёл в сторону ворот, встречать хозяйку.

Действительно, в новой бригаде строителей не было эстетов, и особо бригада не отличалась культурой речи, впрочем, как и все похожие бригады строителей. Мат употреблялся строителями для связки слов, или слова для связки мата, но это уж как кому слышалось. Несмотря на отсутствие культуры как таковой, бригада своё дело знала, и была едва ли не самой лучшей в районе Усово – Жуковка - Барвиха. Вот и сейчас, прораб Владимир Александрович Жердяев руководил стройкой трёхэтажного коттеджа с двумя гаражами и бассейном в Подушкино. Строители в глаза звали его на «Вы», но между собой называли Владимира Александровича «Жердяем», не столько за его фамилию, сколько за его рост, молодость и жадность. Бывший прораб, Николай Николаевич, слёг с инсультом, и вместо него, вдруг, начальником был назначен Вова «Жердяй», двадцати семи лет от роду. Назначение его для всех было несколько неожиданным, особенно для «старичков» ещё той бригады, которую Вова быстро расформировал, уволив особо недовольных его назначением, и разбавил остатки новенькими строителями. Особо он с ними не церемонился, и чуть что – сразу увольнял, без всякого сожаления и выплаты зарплаты, которая, как все понимали, оставалась в карманах прораба. Тут он был богом, царём, папой и мамой для всех, кто попадал под его руководство. Вове это безгранично нравилось. Вове нравилось руководить. Чем он и занимался с душой: «осуществлял руководство строительством на участках, обеспечивал выполнение заданий по вводу объектов строительства в эксплуатацию точно в срок, организовывал производство, и обеспечивал соблюдение технологии производства. Вёл учёт выполненных работ, оформлял техническую документацию, устанавливал мастерам производственные задания по объемам строительно-монтажных и пусконаладочных работ, и контролировал их выполнение».Свои обязанности он выучил наизусть, и при случае чётко и грамотно рассказывал, чем и как он занимается. Но на самом деле он был просто посредником между заказчиками, которых ему передал «по наследству» Николай Николаевич, и строителями, которых он искал, где мог, и подешевле. Ведь чем дешевле была рабочая сила, тем больше денежек он смог бы нагреть на строительстве того или иного объёкта. Или чего стоила смета! Вот тут он был мастер по составлению смет. Художник высшего пилотажа. Заказчику было всё равно, какой длины гвоздь будет вбит в доску, и как он будет проверять уже вбитый гвоздь, какой он длины? Семьдесят миллиметров или семьдесят пять? А Вова знал разницу в длине, а главное в цене! И так с любым материалом. Вова«Жердяй» был асом своего дела.У него не было специального строительного образования или каких-то глубинных знаний. Образование он в своё получил сначала в стройбате, затем на стройке, таская в мешках бетон, кирпичи и прочий строительный материал. Постигал науку маляра-штукатура, укладчика и сварщика, заменяя того или иного рабочего, заболевшего с бодуна, либо просто не пришедшего на работу без «уважительной» причины. Школу строителя Владимир прошёл на практике, не без интриг, естественно, но если не с максимальными знаниями, то с максимальной выгодой. Для себя.

(продолжение следует...)
"Приворот" 6 Jul, 12:40
Антон из кухни услышал возню сыновей. Он тряхнул головой, словно стряхивая воспоминания прошлого, встал и направился в комнату, где за джойстик боролись Мишка и Егор.
- Что за шум, а драки нет?
Братья перестали возиться на ковре.
- Пап, я первый начал игхать, а Егорка спал, - Мишка немного картавил и иногда звук «рэ» получался как «гхэ». – А он пришёл, когда я уже начал играть, и говогхит, что я ему должен отдать джойстик ему.
- Пап, ну это же ты мне приставку подарил, правильно, значит, я владелец приставки и сам могу по своему желанию давать играть любому, кому захочу, - Егор вопросительно посмотрел на отца.
Антон улыбнулся.
- Не прошло и полугода, а приставка превратилась в чёрти что. Никак не могут китайцы сделать что-нибудь путное. Не то, что японцы. И Егор, именно потому, что это хоть и условно твой подарок, но Мишка у нас, младший, а значит менее защищённый член нашей семьи.
При слове «член» Егор улыбнулся, а Мишка поморщился.
- Пап, ни какой я не «член»! – обиделся Мишка. – Пусть тогда Егор игхает!
Мишка бросил джойстик на ковёр.
- Да ладно, ладно, не обижайся. Играй, - он подошёл к сыну и погладил его по голове. – Егор, пошли, я тебе покажу кое-что. Тут меня попросили посмотреть компьютер, он сломался, я его домой взял, не видел ещё?
- Нет, пап, где?
- Пошли, покажу.
Егор встал с ковра, отряхнул трико, с пузырями на коленях, и пошёл вслед за отцом в его «кабинет» - в маленькую каморку их небольшой «двушки», в которой папа и Егор мастерили или ремонтировали технику. В каморе стоял откидной стол, на нём лежала куча всевозможных деталей и инструментов. Рядом с инструментами на столе возвышался огромный системный блок компьютера, а под столом Егор заметил большой серый монитор, напоминающий чёрно-белый телевизор.
- Неплохо… - с восхищением произнёс Егор.

***
1995 год. Владимир Александрович Жердяев.

(продолжение следует...)
"Приворот" 5 Jul, 09:34
- Ты никогда не будешь зарабатывать, никогда! – Елена с тоской смотрела на мужа. – Антон, я тебя люблю, но жить я так больше не могу. Парни растут, уже скоро в армию идти, а у нас, что растёт? Лебеда в огороде?
- Ну, в какую армию, ну какая лебеда в городе? - Антон оправдывался. – Я буду зарабатывать больше, обещаю. Нам в следующем месяце обещали поднять зарплату. Так и сказали. Лена… Лен, ну, я обещаю, дай мне ещё время, если в следующем месяце не подымут, я найду другую работу, ладно?
- Да мне то что, Антон. Я не о себе, я о мальчиках думаю. Егор - да, уже взрослый, в школу ходит, а Мишка… ты посмотри. Коляски нормальной нет, одежды нормальной нет, жратвы нормальной нет! Холодильник пустой. Я так не могу больше жить, в этой нищете. Я жизни хочу другой, понимаешь, другой жизни я хочу, не такой! Я сказки хочу… - заламывала руки жена. - Вот зачем я вышла замуж за ГОРЕвича…вот зачем мне всё это горе? Как я умудрилась СТОЛЬКО лет прожить с таким нищим мужем? И за что мне это всё?
Антон пожал плечами. Жену он очень сильно любил, но по характеру был не пробивной, и немного стеснительный, но хозяйственный очень и мастеровитый. Он много читал, и также много делал руками. Мог починить что угодно, когда угодно и кому угодно. Но с деньгами не дружил. Деньги всегда обходили его стороной. Даже если он ремонтировал кому-нибудь из соседей или знакомых какую-нибудь вещь, а он мог починить практически всё, от дряхлой плойки тёти Шуры, до японского новомодного телевизора Андрея Витальевича, мужика с соседнего подъезда, Антон мог отказаться от денег, которые ему давали довольные владельцы отремонтированных холодильников, телевизоров, радиоприёмников. Счастливцам приходилось, чуть ли не силой всовывать мятые мелкие купюры в руки Антона, самую малую часть которых он тратил на научную и техническую литературу.
А вот Лена действительно любила лёгкую и красивую жизнь, и все оставшиеся деньги уходили то на косметику, то на новую блузку, то на кожаную куртку, джинсы, юбку, платье… Тратила Лена деньги легко и непринуждённо. Да и замуж она вышла за Антона легко и непринуждённо, как будто «по залёту». Соседи поговаривали, что старший, Егор, был от другого, потому как «Ленка с обоими крутит, ты посмотри», но Антон отмахивался, и не верил, что Егор не его сын, а Лёньки Крутого, сына известного на районе бизнесмена. Лёнька куда-то пропал как раз перед свадьбой Антона и Лены, либо он сначала пропал, а потом уже Лена согласилась выйти за Антона замуж. Либо наоборот… Впрочем, Антону это было совсем не важно. Лена для него была божественно красива и идеальна.
- Лен, ну дай мне до следующего месяца время, ладно? – Антон умоляюще посмотрел на жену.
- Ну, что с тобой делать, не знаю…. – Лена подошла к Антону и обняла его. Затем поцеловала в лоб. – Я тебя и такого люблю…
На следующее утро Антона ждала записка на листе из школьной тетради в клеточку:
«Я ухожу, мне надоело так жить. Не ищи меня. У меня всё будет хорошо. Люблю тебя и мальчишек. Лена».
Из вещей она ничего не взяла. Антон растерянно помял записку в руках, подошёл к старому холодильнику, открыл непочатую бутылку водки, открыл, и в первый раз в своей жизни выпил почти полный стакан. Практически не опьянев, он сел на табурет, положил записку на стол, застеленный полосатой клеёнкой, и обхватил голову руками…

(продолжение следует...)
"Приворот" 4 Jul, 09:39
1995 год. Егор Горевич.
***
1995 год. Егор Горевич.

- Я играю!
- Нет, я играю!
- Нет, моя очередь!
- Ты, чо! Моя очередь!
- Я первый занял!
- Да ты уже играл, ты что!
- Я не играл!
- Играл, с самого утра!
- Это пока ты спал, конечно, я играл, а так ты проснулся теперь давай по очереди!
- Вот я и говорю, теперь моя очередь!
- Нет, не твоя, сейчас я играю, а ты за мной будешь!
- Отдай джойстик, это мне папа приставку купил!
- Ну, и что, что тебе, я первый!
- Нет, я!
Братья завозились на облезлом ковре, отнимая друг у друга джойстик приставки «Денди», вернее это была даже не «Денди», а её дешёвая китайская копия черного цвета. Провода от джойстика уже давно отошли, и Егору пришлось разобрать приставку и джойстики, и поменять короткие и ломкие провода на более длинные и более надёжные. Провода он взял с какого-то кабеля, который отец принёс с работы. Сначала он просто разбирал джойстик, и припаивал оторвавшийся провод, которых было несколько,и все разных цветов, но припаяв один, и только закрутив джойстик, он видел, что отрывался другой провод, но уже в другом месте. Скоро всё это ему надоело, и найдя подходящий кабель, он просто поменял «оригинальные» китайские черные провода, на такие же черные, но уже сделанныев СССР. Причём одного кабеля с тремя проводами внутри не хватило, и ему пришлось вдобавок найти ещё одинарный тонкий провод ядовито-зелёного цвета, припаять его к джойстику и приставке, и примотать синей изолентой к кабелю по всей длине. Теперь, то, что соединяло приставку и джойстик, напоминало толстую, чёрно-зелёную, полосатую змею.
Егор всегда что-то мастерил, паял, выжигал, лепил, рисовал. Находил, крутил, клеил,собирал, и разбирал. Все пальцы Егора были в ожогах от паяльника, когда он в очередной раз собирал какую-нибудь «цветомузыку» или «сигнализацию». Благо, его отец работал электротехником, и мог принести с работы сломанный транзистор, телефон, шнуры, кабели и прочую дребедень, из которой сын мастерил «нужную в хозяйстве вещь».
Вещей, действительно, было мало в хозяйстве, по простой причине - крайне низкой зарплаты отца. Мать их бросила, спустя одиннадцать месяцев и десять дней после рождения Мишки, не вынеся нищеты и убогости быта, сбежав, с удачно подвернувшимся турком, за границу.Егор, молча, взял на себя обязанности матери, помогая отцу во всём, в чём мог. Стирал бельё, ходил в молочную кухню за молоком для брата, готовил, убирал, мыл, подметал. Но и не забывал делать уроки, мастерить, лепить, собирать и клеить. Отец договорился с соседкой с первого этажа тётей Шурой, чтобы та, пока Егор был в школе, присматривала за Мишкой, а уж после уроков, приходил Егор и нянчился с братом, который, словно всё понимая, не капризничал и не плакал, а безмолвно наблюдал голубыми глазами за тем, как Егор потихоньку становился для него не только братом, но ещё и матерью.

(продолжение следует...)
"Приворот" 30 Jun, 08:16
К слову сказать, Оля отчасти была права, нянечек за всю её недолгую жизнь сменилось много. Хватило бы на роту, хотя нет… На пару взводов точно. А всё из-за скверного характера Оли, и услужливости перед ней её родителей. Оля была поздним и единственным ребёнком в семье бывших дипломатов с очень обширными связями в правительстве. Дипломатическая служба, как и всё хорошее, закончилась, но связи в правительстве остались, чем не преминул воспользоваться предприимчивый отец Оли Дягилевой.
Мама Оли, не желающая отставать от мужа, открыла свой строительный бизнес, днями и ночами пропадала на работе, встречаясь с мужем и дочкой пару раз в неделю, в выходные - тут, на даче, или в будни - в огромной пятикомнатной квартире на Малой Бронной. Так мама и папа Оли будто бы соревновались в том, кто больше заработает, больше вложит в дело, либо больше потратит на покупку чего-нибудь дорогого и безвкусного.
Например, на картину новомодного авангардиста, купленную за пару-тройку десятков тысяч долларов, которая висела в огромном холле «дачи», и пугала своим безвкусием редких гостей, приглашённых на ужин. Или на брошь «эннцатого века», за несколько сот тысяч долларов, которая лежала у мамы Оли в выдвижном ящике ночного столика, в компании таких же престарелых драгоценностей.
И, словно извиняясь перед Олей, за то время, которое они не могли ей уделить должным образом, мама, и папа в особенности, выполняли любой каприз дочки. У Оли было всё самое новое, самое модное и абсолютно бесполезное и дорогое. Благосостояние Дягилевых росло в прямой пропорциональности с ростом скверности характера их дочки. Дочка получала всё что хотела. Всегда.

Альберт Павлович, как будто бы брезгливо, размазывал по краюхе хлеба с маслом ложку чёрной икры. Но не ножом, который лежал рядом с тарелкой из китайского фарфора, а именно ложкой, стараясь, чтобы в самой серебряной ложке икры осталось мало, а на масле много. Пытаясь размазать всю икру по маслу, он кряхтел и морщился.
- Алик, да возьми ты ножик, да что ж такое!
- Софа, я не хочу испачкать вдобавок ещё и ножик этими рыбьими яйцами, - Альберт Павлович, тяжело вздохнув, просто отправил ложкус остатками икры в рот. – Так и не понимаю вкус этого морского деликатеса, Софа. Может, ты мне объяснишь, что такого необычного люди находят в этих прозрачных рыбьих зародышах? Ведь на свете есть много другого вкусного, и менее, заметь, менее дорогого, чем эта… икра!
- Например, Алик? – Софья Моисеевна с интересом посмотрела на мужа. – Что ты хочешь этим сказать, Алик? Тебе не нравятся, как ты выразился эти «рыбьи яйца»?
Муж Софьи Моисеевны вынул серебряную ложку изо рта и причмокивая, сказал:
- Нет, Софа, ты пойми меня правильно, мне нравится икра. Мне нравится красная икра, чёрная икра, даже крабы нравятся, особенно Камчатский, устрицы мне тоже нравятся. Мидии под вопросом, конечно…Так, о чем же я? – Альберт Павлович задумался на секунду. - Да, об икре! Так вот…Вот, что я хочу сказать, вернее, что меня интересует… Прежде всего, это то, ЧТО именно люди находят в этом рыбьем вкусе, делая чёрную икру деликатесом. А?
Альберт Павлович посмотрел на ложку, а потом снова отправил её в рот.
- Алик, а что делает деликатесом сало в Африке? Как думаешь, будет ли сало в Африке деликатесом? Будет ли сало деликатесом в стране бананов? Или будет ли чёрная икра деликатесом в Африке? Например, на Каспии, в прибрежных деревушках, чёрная икра не является деликатесом. А вот бананы, наверняка да.
Альберт Павлович снова вынул ложку изо рта.
- Софа, меня всегда удивляла твоя железная логика. И способность к софистике. Но твоятаки титановая логика меня всегда ставит в тупик. Даже не имею того, что тебе ответить взамен!
- Ох, Алик, ты как всегда щедр на комплименты, - Софья Моисеевна улыбнулась. – А теперь дорогой мой, скажи мне, мой любезный муж, что ты будешь дарить дочке на день рождения? Ты когда в последний раз её видел не спящей?
- Тогда же, когда и ты, дорогая моя, - парировал Альберт. – Может, подарим ей… деньги?
Софья Моисеевна поджала губы.
- Алик, что ты можешь подарить дочке, кроме денег и всего тог
"Приворот" 30 Jun, 08:16
о, что она хочет? Почему бы тебе не подарить ей немного твоего драгоценного внимания? А…? Тебе бы с ней сходить куда-нибудь, в кино, в театр, как другие… папы!
- А тебе, научить заниматься хозяйством, как другие… мамы! – в тон ответил ей муж.
На пару секунд в комнате повисла тишина.
- Алик, давай сделаем так, как ты скажешь, - миролюбиво сказала Софья Моисеевна. – Деньги, так деньги…
- Ну, нет, дорогая, - Альберт Павлович смягчился. – Ты как скажешь, так и будет. Как скажешь, так я и сделаю...Как думаешь, что подарить девочке на двенадцатилетие?
Софья Моисеевна и Альберт Павлович основательно задумались, и уже затем,молча, каждый в своих мыслях продолжили поздний ужин.

- Вот Вам Оля, холодная, негазированная вода, - бледная няня протягивала сильно запотевший стакан с кристально прозрачной водой, в которой плавал небольшой кубик льда.
Оля открыла глаза, посмотрела на няню, потом на стакан. Вздохнула, садясь в гамаке так, чтобы гамак не раскачивался, взяла стакан, сделала маленький глоток воды, и снова поморщилась.
- Няня! Ну, что такое? Вода же абсолютно ле-дя-на-а-я!


***
1995 год. Егор Горевич.
(Продолжение следует...)
"Приворот" 30 Jun, 08:15
***
1995 год. Ольга Дягилева.

Оля только что вернулась с песчаного пляжа Серебряного Бора и вальяжно отдыхала в гамаке, натянутом между двух вековых сосен перед домом. Перед ней услужливо суетилась няня, предлагая, то сок, то воду, то прохладную газировку, но на это Оля не обращала никакого внимания. Было жарко, и в тени вековых сосен жара не ощущалась так сильно, как на пляже. Воздух в бору был чист, свеж и прозрачен, не то, что в каком-нибудь загазованном и удушливом деловом центре Столицы, где работал папа Оли Дягилевой.
До того как папа купил тут дом в районе третьей линии, за много лет до этого, даже за много веков, в доисторические времена на месте Москвы простиралось море, затем море превратилось в обмелевшую Москву-реку, по берегам которой разросся прекрасный сосновый бор, который простирался до самого Кремля. Лес медленно, но верно был вырублен при строительстве Москвы, которая, казалось, никогда не прекратит строиться.
Только тут было тихо и спокойно, ничего уже капитально не строилось, лишь только изредка тишину нарушал стук молотка или едва слышный звук двигателя, проезжающей за глухой стеной очень дорогой иномарки.
Соседи также прятались за глухими заборами, и кто именно живёт в том или ином доме, или коттедже иногда навсегда оставалось загадкой. Как правило, это были люди не бедные. Судить это можно было по возвышающимся этажам шикарных домов,с вычурными крышами, по высоким заборам, подорогим машинам, стоящим рядом с домами, либо въезжающим внутрь больших дворов.

Оля приоткрыла глаза, презрительно посмотрела на няню, приподняв чуть руку, показалаей пальчиком, что означало «принеси мне быстро воды» и снова закрыла глаза.
«Ну что за жизнь, - думала она. – Одни расстройства. Жара эта дурацкая. Вода всё равно холодная, да пляж уже не тот… На пляже стало больше народа, да все какие-то…быдло, одним словом. Всё какое-то…дурацкое».
- Вот, Оленька, Ваша вода, - перебила её невесёлые раздумья нянечка.
- Газирова-а-анная? – не открывая глаз, протянуто спросила Оля.
- Да, Оленька, газированная, - стушевалась няня.
- Пфф.. – Оля издала звук, похожий на фырканье недовольной кошки. –Ну, я же просила, Вас Няня! Я же просила, не-га-зи-ро-ван-ную!
Оля растянуто произнесла последнее слово по слогам.
- Хорошо, хорошо, Оленька, сейчас будет негазированная, - няня быстро засеменила в дом.
«Вот что за люди, ничего не понимают, попросишь принести воды. Простой воды! – Оля вздохнула. – И то не могут сделать это правильно. Воды! Не чая, не кофе, даже не какао! Даже не свежевыжатый сок! А просто воды! И как тут жить можно? Что не день – сплошные расстройства. Как сложно стало жить».
Оля снова вздохнула.
- Вот Вам, Оленька негазированная водичка, - запыхавшаяся няня стояла рядом с гамаком и протягивала стакан с водой. Стакан был едва запотевшим.
- Ну, что так медленно, Няня! – Оля едва приподнялась, взяла хрустальный стакан, и немного глотнув идеально чистой воды, поморщилась. – А что такая вода тёплая, Няня!?
Няня побледнела.
- Что Вы, Оленька, разве она тёплая, да я ж её из холодильника достала, из бутылочки, и сразу же Вам налила. Да не может быть она тёплой. Что Вы…
- Да вы бы сами Няня попробовали бы, что вода тёплая, фу… Ну мерзкотёплая вода, - Оля выплеснула воду в находящуюся рядом с гамаком клумбу с цветами. – Принесите мне холодную!
Оля протянула пустой стакан няне и снова легла в гамаке, закрыв глаза.
«Где папа нашёл такую тупую нянечку, ну что ж они все такие тупые, эти нянечки, одна тупее другой. За всю мою жизнь, хоть бы одна приличная нянечка была. Ну, нет же!»
"Приворот" 26 Jun, 11:58
***
1995 год. Вовка Воронок.

Вовка едва успел выкинуть сигарету с фильтром, как в подъезд быстро зашла мать. Сигарета предательски отскочила от стены и упала ему в ноги. Вовка быстро наступил на сигарету ногой.
- Вова, ты опять курил? – голос матери был уставший и был еле слышен в сыром подъезде многоэтажной панельки на окраине Москвы.
- Ты чо, мам. Я? Не-е-е… - Вовка едва пошевелил ногой в массивном ботинке, под которым лежал раздавленный бычок. – Это Владька из соседнего подъезда, из девятого класса, тут был, вот до тебя вышел. Ты, наверное, его видела, ну, должна была увидеть, а? Мам.
Мать тяжело вздохнула.
- Опять со старшеклассниками? Вот ничему хорошему у них не можешь научиться. В следующий раз увижу Владика твоего…
- Ну, мам, он так, балуется, совсем не курит, - перебил её Вовка.

Владик действительно курил очень редко, в отличие от Вовки. Вернее курил, когда выпивал. А выпивал он не часто, может быть пару раз в месяц.Вместо уроков, утром, с одноклассниками они шли и набиралинесколько литров пива в ларьке, и тащились к кому-нибудь домой, где сначала пили пиво, потом играли в карты, болтали и курили на балконе, кидая окурки вниз, и успевали свалить ещё до прихода родителей. Иногда к ним на «утренники», счастливилось попадать и Вовке. Вовка пиво не пил, просто на вкус оно ему совсем не нравилось. Было горьковатым. В отличие от газировки «Тархун», которую он мог пить литрами. Курить Вовке тоже не особо нравилось, но вот чтобы казаться взрослым, наравне со старшеклассниками он «со знанием дела» брал сигарету, прикуривал и, еле сдерживая кашель, курил.
До появления матери в подъезде Вовка тренировался вдыхать дым и не кашлять, чтоб не ударить в грязь лицом в следующий раз. Особенно неприятно было б опозориться перед девчонками – старшеклассницами, которые также прогуливали уроки, пили пиво и курили.
- Кто не курит и не пьёт, тот здоровеньким помрёт, - Владик наливал очередной стакан пива и слизывал белую пенку, которая лилась через край стакана. – Зря ты, Воронок, пиво не пьёшь. Там витаминов много, группы «Бээ». И вкусно!
- Не-е-е, - отвечал Вовка. - Я лучше «Тархун».
- Ну, трахунчик, так трахунчик, как знаешь, - Владик выпивал залпом стакан янтарного пива, потом смачно срыгивал, вытирал рот рукавом рубашки, а потом гладил себя руками по животу. – Кла-а-а-а-сно. Ик!
Вовке было не интересно со сверстниками. Вообще. Как то не клеилось у него с ними общение. В классе, несмотря на его поведение, Вовка был твёрдым хорошистом. Любые занятия давались ему легко. Математика, русский, английский – давались ему играючи, именно по этому, он часто «забивал»на домашние задания, выезжая на интуиции и ораторском таланте. Пробегая перед уроком учебник, он умел вычленять главное, запоминать кучу информации и затем её быстро выдать на уроке, если спросят, и тут же моментально её забыть. В общем, в жизни ему пока всё доставалось одним касанием, те же знания, общение, знакомства и тому подобное. И фамилия его была подстатьхарактеру Вовке– «Воронок». И не мудрено, что все его звали, да и зналитолько по фамилии, от младшеклассников до учеников старших классов.

- Не курит…Дым коромыслом стоит. Не продохнуть. Хоть топор вешай. Вов, возьми сумки, сколько могу тут с ними стоять? - мать протянула ему два тяжёлых пакета, набитые продуктами. – Идём домой, я ужин приготовлю. Что будешь?
- Как обычно, сосиски, - Вовка взял пакеты. – С макаронами.
- Отец звонил. Встретиться не хочешь с ним? Отец же всё-таки, - мать нажала на кнопку вызова лифта.
Лифт со скрипом и скрежетом стал спускаться с верхних этажей.
Отца Вовка не видел уже пару месяцев, да и особо не хотел с ним встречаться. Если год или два назад он сильно скучал и ждал каждого воскресенья, как праздника, то сейчас при слове «отец» просто морщился.

Вовка стоял у двери, крашеной в грязно-белый цвет,и подслушивал ночной разговор родителей. Отец в последнее время часто задерживался на работе или бывал в командировках. По крайней мере, так говорила ему мама, когда вечерами отец приходил уже тогда, когда Вовка уже спал, а на неделе отец не появлялся дома д
"Приворот" 26 Jun, 11:58
ва или три дня, а то и вовсе мог пропасть на неделю. «Работа есть работа, - говорил отец. – Ты поймешь меня потом, сын». «Да, пап, обязательно пойму, - отвечал ему Вовка, держа его за руку».
- Как ты мог связаться с этой блядью? - голос матери срывался на крик.
- Тихо, Ир, ну ты чего, Вовка услышит, - отец говорил едва слышно.
- А, пусть слышит, какой у него папашка! Пусть! Пусть знает, что его отец связался с потаскухой, мразью, да как она могла? Секретутка! Как она смогла в чужую семью влезть! Ты, сам, чем думал, Саша? – крики матери перешли в рыдания. – Я её по стене размажу, убью, закажу, выплесну серной кислотой ей в рожу! В рожу мрази этой. Она знает, что у тебя семья? Она знает, что у тебя ребёнок?
- Ира, она ни в чём не виновата. Это я скрыл. Я сказал, что мы уж давно с тобой не живём, что мы с тобой в разводе.
Вовка замер окончательно и не мог пошевелиться. Если бы кто-нибудь вышел из кухни, то увидел бы бледного, как моль, Вовку, вжавшегося в стену коридора.
- Ира, ну, прости меня, я виноват, прости, - отец извинялся. – Ну, хочешь, на колени встану? Хочешь?
- Отойди от меня, ублюдок, кобель!
Послышался звон разбиваемой посуды, стук упавшей табуретки, крик матери. Вовка мигом бросился бежать к себе в комнату, упал на кровать, нырнул под тонкое одеяло, и проплакал всю ночь. Лишь к утру, он просто вырубился, а когда резко проснулся, вскочил - отца уже не было. Он тихонько прокрался на кухню, немного постоял у закрытой двери, прислушиваясь, а затем тихонько потянул дверь на себя. На кухне стояла мать и смотрела в окно, на встающее из-за горизонта одинокое солнце.Мать повернулась на скрип открываемой кухонной двери, и улыбнулась Вовке. На кухне была идеальная чистота и порядок. Ничто не напоминало о вчерашнем вечере.
- Доброе утро, сынок. Смотри, какое солнце красивое…

Задумавшись, Вовка не услышал,что именно ещё продолжала говорить емумать.
- Ну что ты молчишь? Вов? Скажи хоть слово.
- Эм… – двери лифта открылись, и Вовка первый зашёл внутрь, дождался пока следом зайдёт мать, и нажал кнопку девятого этажа. – Думаю, нахрррн..
Последнее слово Вовки мать не услышала из-залязга захлопнувшихсяжелезных дверей лифта.

***
1995 год. Ольга Дягилева.

(Продолжение следует...)
"Приворот" 21 Jun, 10:00
"Приворот" 21 Jun, 09:55
Мои дорогие читатели! Для любого автора важно понимать, что его произведение, которое он пишет - интересно, увлекательно, пугающе отвратительно, ужасно скучно...и тому подобное. В общем, понимать, что оно вызывает какие то эмоции. Но кроме эмоций, мне нужна от вас обратная связь.
Вас у меня пока 16, но чтобы книга вышла в свет, моё любимое издательство АСТ, поставило мне условие: набрать 40.000 подписчиков. Это абсолютно реальная цифра, если каждый подпишет на канал друга, или знакомого, или коллегу по работе, или просто даст у себя в паблике ссылку на канал t.me/privorotbook. Тот приведёт ещё одного, тот - другого, и так далее. С миру по читателю, автору - зашибись!
В общем нужно затратить чуточку энергии и минуту времени. Равно как и я буду тратить много времени и энергии, стараясь для Вас закончить эту книгу интересным финалом. Впрочем, который мы можем придумать сами. Судьба главных героев может оказаться в Ваших руках. Да и некоторые мои читатели могут узнать себя на страницах романа. :)
Итак, пусть мои читатели растут в арифмитически-геометрической прогрессии!
Как только Вас прибудет +10, я выкладываю следующую часть, затем + 20, потом + 40 и так далее.
Это и будет ТА обратная связь мне от Вас. Благодарю Вас за понимание и поддержку!
А бонусом от меня, будут первые авторские экземпляры будущей уже изданной книги, встреча и интервью на канале "Ключ от всех дверей".
А мы с сегодняшнего дня начинаем акцию "Приведи друга - читай "Приворот" дальше!".
Следующая точка 26 подписчиков. Стартуем?