17 августа 2015 года Ерохина Е.Г. поступила в перинатальный центр ГУЗ УОКБ в связи с беременностью и предстоящими родами. 26 августа 2015 года у нее родился живой доношенный ребенок – Ерохин А.Д. Однако после родоразрешения Ерохина Е.Г. была переведена в развернутую палату родово – операционного отделения перинатального центра ГУЗ УОКБ, где *** года скончалась в результате массивной кровопотери, приведшей к геморрагическому шоку.
Приговором Железнодорожного районного суда г. Ульяновска от 22 мая 2017 года установлено, что смерть Ерохиной Е.Г. произошла в результате ненадлежащего исполнения Князевой Г.М., работавшей в должности врача-акушера-гинеколога акушерского обсервационного отделения № 2 перинатального центра ГУЗ УОКБ, и Араповой Н.А., работавшей в должности врача акушера-гинеколога ГУЗ УОКБ, своих профессиональных обязанностей, выразившихся в нарушении федерального и ведомственного законодательства, несоблюдении требований своих должностных инструкций, обязывающих выполнять перечень работ и услуг для диагностики и лечения заболевания, оценки состояния больного и клинической ситуации в соответствии со стандартами и порядками оказания медицинской помощи.
Как следует из приговора, в процессе операции у Ерохиной Е.Г. дважды отмечалось ухудшение состояния, падение артериального давления, что являлось признаком продолжающейся кровопотери, о чем врач – анестезиолог – реаниматолог неоднократно предупреждала оперирующих врачей, но Арапова Н.А. и Князева Г.М., игнорируя полученные объективные сведения о наличии кровопотери, продолжали проводить неверно выбранные оперативные вмешательства, не проводя необходимые дополнительные осмотры родовых путей пациентки, и не фиксируя источника ее кровотечения.
Приговором суда установлено, что между действиями Князевой Г.М. и Араповой Н.А., дефектами оказания ими медицинской помощи Ерохиной Е.Г. в ходе оперативного вмешательства и наступлением неблагоприятного исхода (смертью) имеется прямая причинно-следственная связь.
Князева Г.М. и Арапова Н.А. признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 109 УК РФ, каждой из них назначено наказание в виде ограничения свободы на срок 2 года с лишением права заниматься врачебной деятельностью сроком на 2 года.
Принимая во внимание обстоятельства дела, установленные приговором, суд первой инстанции правильно указал на наличие оснований для компенсации морального вреда, причиненного истице Хвостенковой Н.К.
Однако, определяя размер компенсации морального вреда, суд не в полной мере учел обстоятельства, влияющие на ее размер. Доводы жалобы в этой части заслуживают внимания.
Пункт 1 статьи 1099 ГК РФ устанавливает, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.
Согласно статье 151 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В свою очередь, статья 1101 ГК РФ устанавливает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.