Евгений Кирдяшев
К нам в айти отдел пришёл новый сотрудник. Нужно сказать, что у нас в отделе работают почтенные крестогоспода. Новичка посадили за компьютер, но не успели даже дать задание, как он начал кодить. Начальник из любопытства подошёл посмотреть, что он там написал. В течении секунд тридцати он побледнел, затем посинел, затем покраснел, а потом трясущимся от нескрываемого гнева голосом сказал:
- Это же Абстрактная фабрика! На чём ты кодил до этого?
- На Джаве.
- Жабапидор! - в один голос заорали все 20 человек.
- Жабапидор! Жабапидор! Жабапидор!
Кто-то включил сирену. Над дверьми замигали красные лампочки тревоги. На окнах мгновенно сомкнулись плотные жалюзи. В офисе одновременно бывает два отдела человек по сорок. На обеде вся эта толпа собирается на первом этаже, где яблоку негде упасть. А поэтому, как охранники ни пытались вырвать джавапидора из рук разъяренной толпы, им это не удалось. По всему офису стоял сплошной рев:
- Жабапидор!
В коридоре его сразу же сбили с ног. Используя галстук как поводок, его тащили через весь коридор, передавая из рук в руки. Поэтому получалось так, что никакого движения в коридоре не происходит, но и джавапидора тоже нет. Его заволокли в каптерку под лестницей, где хранятся ведра и швабры с тряпками, и там закрыли. Под конец рабочего дня он всё же появился. За получасовой обед его изнасиловали несколько человек. Сопротивляться было бы бесполезно. Через день на нем чистым оставалось одно лицо, а на теле не было живого места. Он превращался в мразь, в животное. Его били все, даже дизайнеры и уборщицы. Его заставляли есть говно и опарышей. В очко ему совали битые лампочки, живых птиц и змей. Он стал «дельфином» – в нужнике пятнадцать дырок, он ныряет в первую, выныривает, ныряет во вторую... И так – до конца. От него постоянно воняло. С ним невозможно было рядом находиться. Был такой случай: к нам устроился работать Степаныч. Степаныч сидит на толчке, а кто-то снизу через очко хватает его за яйца. Степаныч с воплем вылетает в коридор без штанов. Напротив - айти отдел. Смех не стихал долго... Потом Степаныч забил его кирзовым сапогом насмерть. Менты как узнали, что сдох джавапидор даже дело заводить не стали.
- Это же Абстрактная фабрика! На чём ты кодил до этого?
- На Джаве.
- Жабапидор! - в один голос заорали все 20 человек.
- Жабапидор! Жабапидор! Жабапидор!
Кто-то включил сирену. Над дверьми замигали красные лампочки тревоги. На окнах мгновенно сомкнулись плотные жалюзи. В офисе одновременно бывает два отдела человек по сорок. На обеде вся эта толпа собирается на первом этаже, где яблоку негде упасть. А поэтому, как охранники ни пытались вырвать джавапидора из рук разъяренной толпы, им это не удалось. По всему офису стоял сплошной рев:
- Жабапидор!
В коридоре его сразу же сбили с ног. Используя галстук как поводок, его тащили через весь коридор, передавая из рук в руки. Поэтому получалось так, что никакого движения в коридоре не происходит, но и джавапидора тоже нет. Его заволокли в каптерку под лестницей, где хранятся ведра и швабры с тряпками, и там закрыли. Под конец рабочего дня он всё же появился. За получасовой обед его изнасиловали несколько человек. Сопротивляться было бы бесполезно. Через день на нем чистым оставалось одно лицо, а на теле не было живого места. Он превращался в мразь, в животное. Его били все, даже дизайнеры и уборщицы. Его заставляли есть говно и опарышей. В очко ему совали битые лампочки, живых птиц и змей. Он стал «дельфином» – в нужнике пятнадцать дырок, он ныряет в первую, выныривает, ныряет во вторую... И так – до конца. От него постоянно воняло. С ним невозможно было рядом находиться. Был такой случай: к нам устроился работать Степаныч. Степаныч сидит на толчке, а кто-то снизу через очко хватает его за яйца. Степаныч с воплем вылетает в коридор без штанов. Напротив - айти отдел. Смех не стихал долго... Потом Степаныч забил его кирзовым сапогом насмерть. Менты как узнали, что сдох джавапидор даже дело заводить не стали.