Большой Носорог
Репост из: Управление по работе с администрацией
Но откуда такая шумиха? Зачем понадобился этот грубый вброс? Давайте вспомним о том, за что на самом деле мы боремся – за умы и сердца студентов. Что делает администрация с университетом? Последовательно превращает его в питомник карьеристов. Пичкает нас онлайн-курсами о «финансовой грамотности», «основах бизнеса» и «эффективной коммуникации», забирая часы у настоящих предметов. Проводит бесконечные семинары и вебинары с корпоративными зазывалами. Присылает приглашения на литургию и лекции о пользе религии. Кормят нас смехотворными (и дорогими) проектами про кампус в Пушкине, попутно распродавая собственность университета в городе. Какая-либо гласность и острота обсуждений в самоуправлении задавлена. Публичная жизнь либо вытеснена, либо стреножена.
И тут, на фоне многомесячной тишины, звонкой пощёчиной – «НАУКА МЕРТВА». Это не первый раз, когда студенты поднимались, чтобы заявить о себе: мы помним возмущения вокруг новых правил поселения в общежития, профсоюз «Восьмое февраля», сопротивление на Свободных Искусствах и множество других, больших и малых случаев солидарности студентов. И мы – уж точно не последние. Но после разгрома студсовета института истории публичная жизнь как будто бы замерла – и мы были первыми, кто громко заявил о своём несогласии после этого.
Администрация давно привыкла управлять страхом. Новость об акции с Минервой встретили с нескрываемым восторгом – мы высказали то, что накопилось у многих. Само существование нас, наших текстов является для администрации проблемой. Поэтому они стремятся запугать нас. Не допустить объединения студентов между собой, потому что так мы можем обрести чувство собственного достоинства – проблему для любого менеджера. И именно поэтому администрация и сотрудничающие с ней правоохранители выкатили спустя две недели нелепую страшилку. Никакой иной цели у неё не было и быть не может: это, говоря современным языком, псиоп.
Что дальше? Мы остаёмся на связи и продолжаем работать над объединением студентов. Лучшим ответом на сказки, которые сочиняют про нас в кабинетах, будет спокойное продолжение работы. Мы будем объединять студентов, открыто говорить о проблемах нашего университета и требовать их решения от тех, кто за них отвечает. Пусть не надеются, что отделаются от нас такими дешёвыми приёмами. Мы распространяем идеи, которые господин Уваров стремился задавить своими сапогами. Он проиграл, и его продолжатели обречены.
И тут, на фоне многомесячной тишины, звонкой пощёчиной – «НАУКА МЕРТВА». Это не первый раз, когда студенты поднимались, чтобы заявить о себе: мы помним возмущения вокруг новых правил поселения в общежития, профсоюз «Восьмое февраля», сопротивление на Свободных Искусствах и множество других, больших и малых случаев солидарности студентов. И мы – уж точно не последние. Но после разгрома студсовета института истории публичная жизнь как будто бы замерла – и мы были первыми, кто громко заявил о своём несогласии после этого.
Администрация давно привыкла управлять страхом. Новость об акции с Минервой встретили с нескрываемым восторгом – мы высказали то, что накопилось у многих. Само существование нас, наших текстов является для администрации проблемой. Поэтому они стремятся запугать нас. Не допустить объединения студентов между собой, потому что так мы можем обрести чувство собственного достоинства – проблему для любого менеджера. И именно поэтому администрация и сотрудничающие с ней правоохранители выкатили спустя две недели нелепую страшилку. Никакой иной цели у неё не было и быть не может: это, говоря современным языком, псиоп.
Что дальше? Мы остаёмся на связи и продолжаем работать над объединением студентов. Лучшим ответом на сказки, которые сочиняют про нас в кабинетах, будет спокойное продолжение работы. Мы будем объединять студентов, открыто говорить о проблемах нашего университета и требовать их решения от тех, кто за них отвечает. Пусть не надеются, что отделаются от нас такими дешёвыми приёмами. Мы распространяем идеи, которые господин Уваров стремился задавить своими сапогами. Он проиграл, и его продолжатели обречены.