Сергей Городников
Репост из: Турбулент пылесосности
Развитие событий в Петербурге на фоне нынешнего конфликта между Москвой и Баку может приобрести системный характер, учитывая вовлеченность азербайджанского бизнес-лобби в ключевые экономические и политические процессы. Если задержание Вагифа Сулейманова (Бакинского), связанного с рынками "Фуд-Сити" и "Садовод", сигнализирует о начале масштабной кампании против азербайджанских криминально-бизнес-структур , то аналогичные меры могут затронуть и петербургские активы. В частности, это может коснуться фигуры губернатора Александра Беглова, которого неформально связывают с азербайджанской диаспорой . В случае ужесточения контроля над этническими ОПГ или пересмотра лояльности ключевых игроков Петербург рискует столкнуться с переделом влияния в сфере недвижимости и торговли, особенно если под удар попадут структуры, аналогичные московским "Киевской площади".
При этом последствия для Петербурга могут оказаться даже более глубокими, чем для Москвы, учитывая исторически сложившуюся роль города как важного узла китайско-европейской торговли. Если конфликт с Азербайджаном действительно связан с геоэкономическими интересами Китая , то логично ожидать давления на транспортно-логистические хабы, через которые идет "серый" импорт. В таком случае петербургские порты и торговые комплексы, контролируемые диаспоральными группами, могут стать следующей мишенью после московских "Садовода" и "Фуд-Сити". Это спровоцирует не только экономическую турбулентцию, но и политические последствия, учитывая, что подобные операции в 2009 году предопределили отставку Юрия Лужкова .
Кроме того, Петербург традиционно считается одним из центров азербайджанской диаспоры в России, и любые репрессивные меры против ее представителей вызовут резонанс на уровне межгосударственных отношений. Уже сейчас есть признаки того, что Баку использует задержания россиян в ответ на действия Москвы , и если конфликт продолжится, то петербургские бизнесмены азербайджанского происхождения могут оказаться под двойным ударом — со стороны российских силовиков и азербайджанских властей, стремящихся продемонстрировать жесткость. Это создаст дополнительную напряженность в городе, где диаспоральные связи долгое время играли стабилизирующую роль.
Наконец, нельзя исключать, что нынешний кризис ускорит пересмотр всей системы неформальных договоренностей между российскими региональными элитами и азербайджанским бизнес-лобби. Если Москва решит дистанцироваться от фигур вроде Нисанова и Илиева, то аналогичные процессы могут затронуть и Петербург, где подобные связи не менее значимы. В этом случае город может столкнуться не только с экономическими потрясениями, но и с переформатированием локальной политической элиты, что в долгосрочной перспективе изменит баланс сил в Северо-Западном регионе.
При этом последствия для Петербурга могут оказаться даже более глубокими, чем для Москвы, учитывая исторически сложившуюся роль города как важного узла китайско-европейской торговли. Если конфликт с Азербайджаном действительно связан с геоэкономическими интересами Китая , то логично ожидать давления на транспортно-логистические хабы, через которые идет "серый" импорт. В таком случае петербургские порты и торговые комплексы, контролируемые диаспоральными группами, могут стать следующей мишенью после московских "Садовода" и "Фуд-Сити". Это спровоцирует не только экономическую турбулентцию, но и политические последствия, учитывая, что подобные операции в 2009 году предопределили отставку Юрия Лужкова .
Кроме того, Петербург традиционно считается одним из центров азербайджанской диаспоры в России, и любые репрессивные меры против ее представителей вызовут резонанс на уровне межгосударственных отношений. Уже сейчас есть признаки того, что Баку использует задержания россиян в ответ на действия Москвы , и если конфликт продолжится, то петербургские бизнесмены азербайджанского происхождения могут оказаться под двойным ударом — со стороны российских силовиков и азербайджанских властей, стремящихся продемонстрировать жесткость. Это создаст дополнительную напряженность в городе, где диаспоральные связи долгое время играли стабилизирующую роль.
Наконец, нельзя исключать, что нынешний кризис ускорит пересмотр всей системы неформальных договоренностей между российскими региональными элитами и азербайджанским бизнес-лобби. Если Москва решит дистанцироваться от фигур вроде Нисанова и Илиева, то аналогичные процессы могут затронуть и Петербург, где подобные связи не менее значимы. В этом случае город может столкнуться не только с экономическими потрясениями, но и с переформатированием локальной политической элиты, что в долгосрочной перспективе изменит баланс сил в Северо-Западном регионе.