Репост из: ВнешнийВраг
Миссия выполнима: кто теперь будет защищать Армению от «неправильной» информации?
В Армении начала работу Партнёрская миссия Европейского союза, о которой мы писали ранее. Глава аппарата премьер-министра Лилит Макунц встретилась с её руководителем Космином Динеску. Официально всё звучит красиво: повышение устойчивости государства, противодействие киберугрозам, иностранному информационному вмешательству и незаконным финансовым потокам.
Но если убрать дипломатические формулировки, возникает иной вопрос: почему вопросами информационной и кибербезопасности суверенной Армении должна заниматься миссия ЕС?
Кибербезопасность — это такая же составляющая государственного суверенитета как безопасность границ, энергетической инфраструктуры или государственных коммуникаций. Государство должно создавать собственные компетенции, собственные институты и самостоятельно определять угрозы своей национальной безопасности. Международное сотрудничество и обмен технологиями необходимы, но присутствие иностранной миссии, которая будет давать стратегические и даже оперативные рекомендации различным государственным институтам, — это гораздо более глубокий уровень вовлечения. Речь идёт далеко не только о компьютерах и хакерах.
В официальном мандате миссии ЕС прямо указаны три направления: киберугрозы, незаконные финансовые потоки и так называемое FIMI — иностранное информационное манипулирование и вмешательство. Миссия будет предоставлять стратегические консультации, техническую экспертизу, заниматься развитием потенциала государственных институтов и помогать формировать межведомственный подход к этим угрозам.
И здесь возникает главный политический вопрос: против кого создаётся эта система?
Название страны в армянском мандате формально не указано. Но делать вид, что невозможно понять геополитический контекст происходящего, тоже было бы странно.
Сам ЕС в своих документах прямо называет российские кибератаки, информационное вмешательство и дезинформационные кампании частью российских гибридных действий. Более того, руководить миссией в Армению приехал Космин Динеску — человек, который предыдущие три года возглавлял аналогичную миссию ЕС в Молдове.
В случае Молдовы адресат не скрывался. Миссия там создавалась на фоне войны России и Украины и заявлений ЕС о попытках России дестабилизировать Молдову. Сам Евросоюз называл российскую гибридную кампанию примером иностранного информационного манипулирования и вмешательства.
Теперь человек, который три года выстраивал эту систему в Молдове, возглавляет аналогичную структуру в Армении. Поэтому политический вектор новой миссии очевиден: Армения всё глубже встраивается в западную архитектуру противодействия так называемым гибридным угрозам, одним из основных источников которых Европейский союз считает Россию.
Это гораздо серьёзнее очередного заявления о «диверсификации внешней политики». Потому что речь идёт о проникновении новой внешнеполитической логики непосредственно внутрь госинститутов Армении: какие информационные процессы считать угрозой, как их выявлять, как государственные органы должны между собой взаимодействовать и каким образом на эти угрозы реагировать.
Особенно чувствительно понятие «иностранное информационное вмешательство». Кто завтра будет определять, что является дезинформацией? Где проходит граница между иностранным вмешательством и обычной политической позицией? Будет ли критическое отношение к политике ЕС считаться мнением или элементом внешнего информационного влияния? А российские СМИ, ТГ-каналы, эксперты, общественные организации?
Армения должна защищаться от кибератак и иностранного вмешательства — западного, азербайджанского, турецкого или любого другого. Но делать это должно прежде всего армянское государство — исходя из собственных интересов, а не импортируя готовое понимание угроз из
Брюсселя или любой другой столицы.
Иначе под красивым словом «устойчивость» мы получим противоположный результат: государство, которое для защиты суверенитета становится всё более зависимым от внешних центров. А это очень странная форма суверенитета.
Артур Петросян, @vneshvrag
В Армении начала работу Партнёрская миссия Европейского союза, о которой мы писали ранее. Глава аппарата премьер-министра Лилит Макунц встретилась с её руководителем Космином Динеску. Официально всё звучит красиво: повышение устойчивости государства, противодействие киберугрозам, иностранному информационному вмешательству и незаконным финансовым потокам.
Но если убрать дипломатические формулировки, возникает иной вопрос: почему вопросами информационной и кибербезопасности суверенной Армении должна заниматься миссия ЕС?
Кибербезопасность — это такая же составляющая государственного суверенитета как безопасность границ, энергетической инфраструктуры или государственных коммуникаций. Государство должно создавать собственные компетенции, собственные институты и самостоятельно определять угрозы своей национальной безопасности. Международное сотрудничество и обмен технологиями необходимы, но присутствие иностранной миссии, которая будет давать стратегические и даже оперативные рекомендации различным государственным институтам, — это гораздо более глубокий уровень вовлечения. Речь идёт далеко не только о компьютерах и хакерах.
В официальном мандате миссии ЕС прямо указаны три направления: киберугрозы, незаконные финансовые потоки и так называемое FIMI — иностранное информационное манипулирование и вмешательство. Миссия будет предоставлять стратегические консультации, техническую экспертизу, заниматься развитием потенциала государственных институтов и помогать формировать межведомственный подход к этим угрозам.
И здесь возникает главный политический вопрос: против кого создаётся эта система?
Название страны в армянском мандате формально не указано. Но делать вид, что невозможно понять геополитический контекст происходящего, тоже было бы странно.
Сам ЕС в своих документах прямо называет российские кибератаки, информационное вмешательство и дезинформационные кампании частью российских гибридных действий. Более того, руководить миссией в Армению приехал Космин Динеску — человек, который предыдущие три года возглавлял аналогичную миссию ЕС в Молдове.
В случае Молдовы адресат не скрывался. Миссия там создавалась на фоне войны России и Украины и заявлений ЕС о попытках России дестабилизировать Молдову. Сам Евросоюз называл российскую гибридную кампанию примером иностранного информационного манипулирования и вмешательства.
Теперь человек, который три года выстраивал эту систему в Молдове, возглавляет аналогичную структуру в Армении. Поэтому политический вектор новой миссии очевиден: Армения всё глубже встраивается в западную архитектуру противодействия так называемым гибридным угрозам, одним из основных источников которых Европейский союз считает Россию.
Это гораздо серьёзнее очередного заявления о «диверсификации внешней политики». Потому что речь идёт о проникновении новой внешнеполитической логики непосредственно внутрь госинститутов Армении: какие информационные процессы считать угрозой, как их выявлять, как государственные органы должны между собой взаимодействовать и каким образом на эти угрозы реагировать.
Особенно чувствительно понятие «иностранное информационное вмешательство». Кто завтра будет определять, что является дезинформацией? Где проходит граница между иностранным вмешательством и обычной политической позицией? Будет ли критическое отношение к политике ЕС считаться мнением или элементом внешнего информационного влияния? А российские СМИ, ТГ-каналы, эксперты, общественные организации?
Армения должна защищаться от кибератак и иностранного вмешательства — западного, азербайджанского, турецкого или любого другого. Но делать это должно прежде всего армянское государство — исходя из собственных интересов, а не импортируя готовое понимание угроз из
Брюсселя или любой другой столицы.
Иначе под красивым словом «устойчивость» мы получим противоположный результат: государство, которое для защиты суверенитета становится всё более зависимым от внешних центров. А это очень странная форма суверенитета.
Артур Петросян, @vneshvrag