Жан-Батист Шассинье (ок. 1571 – 1635)

CCXXIII

Ловец алкает клад ценнее серебра;
Но бобр зубами часть заветную хватает
И от себя ее мгновенно отсекает,
И впредь уж не страшна погоня для бобра.

Нам сатана-ловец, извечный враг добра,
Мирские, плотские ловушки расставляет
И душу низменным влеченьям подчиняет,
Порывам алчным, что восстали из нутра.

Не отсечем ли мы пустые помышленья —
Гордыню, алчность, жар греха и вожделенья, —
Чтоб страждущий наш дух от адской тьмы спасти?

Нас гонит сатана, сулит свои обманы,
Кладет слащавый мед в греховные капканы,
Чтоб желчью гибели нас тайно извести.

CCXXIII

Le Castor poursuivi du veneur alteré
S’arrache à belle dent ceste riche partie
Qui de son cors chastré à l’instant departie
Le rend à l’avenir du chasseur asseuré.

Et nous, dez que Sathan, ennemi conjuré,
Et le monde et l’instinct de la chair pervertie,
Espie, aguette, et suit nostre ame assujettie
Aus appetis lascifs du ceur immoderé :

Retrancherons nous point tant de pensers frivoles,
D’orgueil, d’ambitions, de convoitises folles,
Pour sauver de l’Enfer nostre esprit gemissant ?

Tousjours Sathan nous suit et, parmi les delices
De son miel destrempé aus appas de nos vices,
Va le fiel de la mort doucement se glissant.