«Если вы, парни, пристрелите какого-нибудь большевика, то не попадете в руки военного трибунала. Слишком много чести — судить немецкого солдата за убийство какой-то свиньи. Чем их меньше останется, тем лучше для нас. Наш командующий генерал Гудериан это понимает. Поэтому он издал приказ: «Неоправданная гуманность по отношению к коммунистам и евреям неуместна. Их следует беспощадно расстреливать».

С ранеными русскими нечего возиться — их надо просто приканчивать на месте.
Славянско-азиатские орды должны исчезнуть, уступить место германской расе, германской культуре, германской чести.
Разве это будет не справедливо?

«Там не шла речь о пощаде, для нас это были коммунисты. Мы тогда говорили «большевистские орды»... Русские — только для уничтожения. Не только победить их, но уничтожить»

«У тебя нет сердца и нервов, на войне они не нужны, — говорилось в одном из обращений к солдатам вермахта. — Уничтожь в себе жалость и сострадание — убивай всякого русского, не останавливайся, если перед тобой старик или женщина, девочка или мальчик — убивай, этим ты спасешь себя от гибели, обеспечишь будущее твоей семьи и прославишься навеки».