Мои мистические истории

@mymystic Yoqdi 0
Bu sizning kanalingizmi? egalikni tasdiqlang Qo‘shimcha imkoniyatlardan foydalanish uchun

Мистические и необъяснимые истории, произошедшие со мной и знакомыми мне людьми.
По всем вопросам: @grimmvich
Kanal hududi va tili
Rossiya, Rus tili
Kategoriya
Bloglar


Kanalning hududi
Rossiya
Kanal tili
Rus tili
Kategoriya
Bloglar
Indeksga qo‘shilgan
03.04.2018 18:07
So‘nggi yangilash
20.05.2019 01:32
623
ta obunachilar
~0
1 ta e’lon qamrovi
~90
kunlik qamrov
N/A
bir kundagi e’lonlar
N/A
ERR %
0.63
iqtibos olish indeksi
So‘nggi e’lonlar
O‘chirilgan e’lonlar
Eslovlar bilan
Repostlar
Призрак умершей соседки

Частенько с моим другом Колей мы ходили к его бабушке Вере Петровне. В выходные дни, особенно летом, она часто звала нас к себе - поесть свежих, только что изготовленных, пирогов, попить чаю с малиновым и черничным вареньем, послушать байки и страшные истории.

Тот день мы также проводили у доброй старушки. Вера Петровна пошла доить корову, а нас с Колей оставила дома вдвоем. В ее отсутствие мы принялись разглядывать старинные безделушки на полках, достали из сундука старые фотографии – уж больно они нас тогда удивляли.

Вдруг послышался странный звук: за окном сильно завыла соседская собака. Стало страшновато. Выглянули в окно – никого нет. Убедившись, что бабушка еще в хлеву, мы продолжили изучение домашнего интерьера. Собачий вой был слышен еще несколько раз, но за окном, как и прежде, никого не было видно.

Вера Петровна вернулась спустя полчаса и тут же, на пороге, получила от нас вопрос. Нас очень интересовало, почему так сильно воет соседская собака. Бабушка ответила: «Скоро соседка в мир иной отправится, плохая совсем. Это поверье такое, чего тут рассказывать. Многие знают: собака воет к смерти». Нас такой ответ удивил, но вполне устроил.

Бабушка Вера снова усадила нас пить чай, достала из кухонного шкафа новую, еще не открытую, банку с вареньем. Тут Колька вскрикнул и поднялся со стула: «Вон, смотрите бабка соседская идет! Ничего она не умирает, бежит почти!» Мы посмотрели в окно. Действительно: женщина, сгорбившись, но при том довольно быстро, шла в сторону заднего двора. «Хм, и правда, баба Нюра идет. И халат черный, и платок - все ее. Пойду-ка к соседям, проведаю, как она», - сказала Колина бабушка и быстро засобиралась. Мы остались дома.

Через полчаса бабушка вернулась, присела на стул. Мы сгорали от любопытства. «Умерла баб Нюра, поболее часа уж прошло, - грустно сказала Вера Петровна, - Ольге, дочери Нюры, рассказала, что мы ее мать во дворе видели. Та удивилась: Нюра ведь уже давно была прикована к кровати болезнью и старостью, а посторонних людей у них не бывало отродясь. Странно это. Да чего только в мире не бывает!»
To‘liq o‘qish
Призрак сибирской тайги

Моя родина – Сибирь. Я прожил в тех краях немалую часть своей жизни, и потому мои истории частенько повествуют о жизни людей в сибирской глубинке. Так и эту историю, хорошо нашумевшую в начале восьмидесятых годов и ставшую легендой, рассказал мне мой давний знакомый Алексей, уроженец города Братска Иркутской области.

Ходить в лес с палатками – для сибиряков дело обыденное. Алексей с товарищами часто выбирались на природу. Правда, никогда друзьям в своих походах не доводилось углубляться в тайгу. В тот же раз ребята приняли решение как можно дальше уйти от городской суеты, в сердце первозданного леса.

Вышли поутру, долгое время находились в пути. И вот досада, - к вечеру заплутали! Молодые ведь, неопытные. Пару часов – и солнце зайдет. Нужно было срочно найти пристанище.

Через некоторое время поисков укрытия друзья вдруг заметили на горизонте заброшенную деревушку. Подойдя ближе, они поняли, что перед ними старые замшелые бараки, в которых в свое время проживали заключенные. Делать было нечего – пришлось разбить лагерь. Тем более, что укутанное черными тучами небо предвещало скорейшее наступление сильного дождя. Ребята выбрали барак, что покрепче – с дверью, крышей. Окна забили целлофаном, который по счастливой случайности оказался под рукой.

Наступила ночь. Сильный стук в дверь разбудил одного из парней, Сергея. Тот стал будить остальных. Однако никто не внял предупреждениям: сонные друзья только посмеялись над испугавшимся парнем и посоветовали ему лечь спать. Сергей, конечно, уснуть не мог. Долгое время парень не смыкал глаз, и лишь под утро сон все-таки одолел его.

Через некоторое время стук послышался снова. Приоткрыв глаза, Сергей увидел в дверном проеме облик высокого человека, держащего в руках непонятный предмет, похожий на посох. Парень хотел закричать и вскочить с места, но его язык будто онемел, а тело сковало цепями.

В одно мгновение сущность исчезла. Дух и жизнь вернулись в тело Сергея. Он повернулся к друзьям, чтобы разбудить их, и увидел: те, раскрыв рты и выпучив глаза, испуганно смотрели на дверь, где несколько секунд назад находился странный незнакомец.

За окном вдруг завыл свирепый ветер. Казалось, что весь лес поет неистовым гулом. От целлофана, используемого вместо стекол, не осталось и следа. Сильный поток ветра «снял» с крыши почти весь шифер, заходили ходуном двери. Затем все стихло, будто усыпляя бдительность парней. Однако уже через минуту неведомая сила снова начала бушевать: сначала из барака были выброшены все вещи друзей, а затем и они сами, не в силах сопротивляться, неведомым образом оказались на улице.

Ребята бросились бежать, позабыв о большинстве предметов своей поклажи. Еще долго по всей тайге их сопровождал ужасный гул, ветер ломал деревья. Однако спустя несколько часов товарищам все же удалось добраться до дороги.

Дома парни рассказали обо всем произошедшем родственникам, друзьям и знакомым. Позже молва разнеслась по всему городу. Известно, что и по сей день люди стараются обходить те места стороной, чтобы не повстречаться с неведомой сущностью и не потревожить ее покой.
To‘liq o‘qish
Тайны Сахалина: летающие объекты

Полуостров Сахалин - крайняя точка нашей необъятной родины. Именно там в начале девяностых годов мне довелось отдать свой долг родине. Воинская часть наша находилась неподалёку от посёлка Сокол - районного центра, куда частенько в "самоволку" бегали солдаты. Конечно же, многие подобные "вылазки" всегда заканчивались различными "приключениями" для нарушителей. Однако в ту ночь произошло нечто из ряда вон выходящее.

Для начала стоит сказать, что описываемая история произошла в тамошних местах за два года до моего призыва в армию. О происшествии в своё время прознали многие: оно, как и всякая необычная история, обросло своими легендами и слухами. Многие солдаты, особо не претендуя на точность и правдоподобность, пересказывали друг другу отдельные эпизоды, о которых им самим удалось узнать чуть больше, чем остальным.

Всю правду же от первого и до последнего слова поведал мне старый электрик Петр Николаевич. Именно в его смену произошло то необъяснимое, о чем я сейчас спешу вам рассказать.

Это была самая обыкновенная апрельская ночь. Не очень теплая, но и не особо холодная для этого времени года. Петр Николаевич по обыкновению сидел в своей каморке: в его обязанности вот уже семнадцать лет входило следить за электрообеспечением поселка. Он только заступил в смену. Ночь сулила долгая и бессонная.

Но как бы не так! Сначала на табло загорелся первый индикатор: это значило, что где-то на ветке произошел сбой. Нужно было сообщить в диспетчерскую и отправить на место ремонтную бригаду. Старик уже набирал номер телефона, когда на табло вдруг загорелось еще два индикатора. Затем еще два. Через некоторое время на табло "пылали" все, без исключения, индикаторы. Петр Николаевич запаниковал: такого не было ни разу за все долгие годы его службы.

Телефон больше не работал. Было очевидно: без света стоит и весь поселок. На устранение такой проблемы нужно потратить уйму времени. Делать было нечего, и старик решил дойти до диспетчеров. Он уже выходил за ворота, как вдруг увидел: на него сломя голову с выпученными от страха глазами несется солдат. Парень подбежал к Петру, обхватил обеими руками и попросил поскорее где-нибудь укрыться. Электрик был в недоумении.

Петр провел парня в свою каморку и запер ее на все замки. Затем спросил: "Эн-то от кого ты? От командира что ли бегаешь? Или патруль в "самоволке" застукал?"

В комнате повисло молчание, которое длилось несколько минут. Затем парень вдруг встрепенулся: "Да я такого не видел никогда, понимаете? Прыгаю через забор, значит, ну, виноват, это понятно. А там... А там здоровенная хреновина такая висит металлическая и сосет что-то из трансформатора! Ну, я думал, что не заметит меня, решил слинять потихоньку. Так оно насосалось видать, а потом - бац! Свои лучи на меня направляет. И разные цвета, значит, каких только нет. И ко мне полетело. И лучами этими светит в догонку, уйти не дает никак. Я бежать. А вокруг темень стоит, хоть глаза выколи, ни фонарика нет. Весь свет только из штуки этой. Бегу, сам не знаю куда, а оно за мной. А потом раз, оно что-то увидело вдалеке, про меня забыло - и туда. Ну а я уже со всех ног и подальше!"

Петр Николаевич ухмыльнулся. Ему не особо верилось в доводы солдата. Тем не менее, на улицу парня выбрасывать не стал: оставил переночевать в каморке. Сам же пошел заниматься налаживанием электроснабжения.

Вернулся Петр только рано утром, а солдата уже и след простыл. Старик сдал смену и отправился домой. Интерес одолевал электрика. По дороге он решил заглянуть в то место, где по версии солдата ночью летала "здоровенная хреновина". Однако, не дойдя ста метров до нужного места, старик был остановлен людьми в военной форме. Те явно что-то изучали на местности. Несколько человек ходили с увеличительными стеклами и пристально осматривали грунт. Еще несколько, по всей видимости, замеряли радиационный фон. Человек в форме мягко попросил Петра Николаевича никому не рассказывать о том, что он видел. Но разве такое утаишь!
To‘liq o‘qish
На мосту

Однажды свою историю поведал мне ярославец Игорь Горохов, бывший водитель пассажирского автобуса. С ним я познакомился много позже описываемых событий.

Ранним утром 3 сентября 1994 года мужчина отправился в рейс из автопарка. Проезжая по мосту через Волгу, Игорь вдруг заметил женщину, стоящую у заграждения посреди моста. Та медленно снимала с себя верхнюю одежду и, что было явно, готовилась к прыжку. Мужчина остановил автобус и поспешил на спасение. Женщина же, не замечая его, аккуратно повесив одежду и наклонившись вперед, в одно мгновение бросилась вниз.

Водитель подбежал к заграждению, наклонился. Женщины не было видно. Воспользовавшись тем, что в столь ранний час движение на мосту было спокойным, Игорь перебежал на противоположную часть моста и снова обратил свой взор к реке – внизу никого не было. Мужчина подумал, что бедняжка утонула очень быстро, ударившись о воду. Он сел в автобус, добрался до ближайшего поста ГАИ, где сообщил о произошедшем инспекторам.

Прошел год. Игорь, давно позабыв о случившемся, как ни в чем не бывало вышел в свой обычный рейс. Проезжая через мост, мужчина заметил в зеркало заднего вида сидящую в автобусе женщину. Его помутило: он точно помнил, что в автобус ранее никто не садился. Посмотрел еще раз: автобус был пуст. Игорю стало не по себе. Он вдруг вспомнил незнакомку: именно эта женщина год назад на его глазах покончила жизнь самоубийством.

Игорь, сегодня будучи пенсионером, до сих пор вспоминает об увиденном. Он рассказывает о произошедшем не всем, везунчикам же - не очень охотно, даже с некоторой боязнью. Как видите, мне повезло, и я с радостью делюсь этой историей с вами.
To‘liq o‘qish
Роковое ружье

Мне тогда было лет шестнадцать. Тогда, помнится, по всему поселку прошла печальная весть о том, что в Ангаре утонул рыбак дядя Лёня. Он был заядлым любителем данного вида промысла и зачастую выходил на реку в одиночку.

Однако не меньше, чем рыбалку, Леонид Крайнов любил и охоту. В свое время в городе ему удалось приобрести неплохое ружье, которым при жизни он неоднократно восхищался.
После смерти мужа, по прошествии двух недель, жена дяди Лёни Анна Алексеевна приняла решение продать ружье. Покупатель нашелся быстро – им стал мой друг детства Санёк. Он очень радовался покупке: у меня тогда уже было подаренное отцом оружие, а у него – нет. Ведь в Сибири так: с малых лет все уже на охоту бегают – на белку, на рябчика, на глухаря.

Однажды, спустя несколько дней после долгожданной покупки, я решил зайти к Саньку домой, проведать его. Смотрю – он нос повесил. Спрашиваю: что случилось? Он подумал недолго и ответил: «Сон я видел. И не один, несколько ночей повторялся. В нем, значит, дядя Лёня, вот тут, в сенях стоит. Ружье, говорит, хозяйке верни».

Я Санька тогда, конечно, успокаивать начал. Мол, ерунда это – навыдумывал себе, вот и приснилось. Но, несмотря на мои уговоры, товарищ пребывал в расстроенном состоянии и постоянно о чем-то думал. А еще через несколько дней Санёк попросил мать вернуть ружье обратно.

Прошло время, и ружье нашло нового обладателя – им стал Максим Федорович. Он был приезжим, работал пильщиком в лесу. Часто выпивал. Спустя месяц с этого ружья Максим Федорович застрелился.
To‘liq o‘qish
Конские путы

Посёлок Спасск, стоявший когда-то на берегу великой сибирской реки Ангара, был основан при советской власти - в период массового освоения тайги. Тем не менее, даже за короткий отрезок времени поселение сумело обрасти своими тайнами, легендами и преданиями, до сих пор передаваемыми из уст в уста. С одной из таких поселковых историй в своё время познакомил меня мой отец.

Свадьбы в Спасске игрались не часто - не такой уж большой посёлок. Потому внимание всех жителей в тот день было приковано к главному событию лета - бракосочетанию Григория и Ольги.

Согласно давней традиции тех мест, жених и невеста должны были вести все приготовления к торжеству раздельно. Утром Григорий ждал в своём родительском доме гостей - родственников, друзей, всех, кто хотел подбодрить и поздравить его.

Первым, как только пропели первые петухи, жениха решил посетить его товарищ Андрей Семёнов. Он уже поднялся по лестнице и схватился за ручку входной двери, когда вдруг почувствовал острую колющую боль в животе. Что-то в одном мгновение сковало все его тело, заставив упасть и изогнуться в непонятной фигуре у самого порога. На шум из дома выбежал отец Григория. Несколько растерявшись, Олег Степанович позвал сына. Вместе они затащили беспомощного Андрея в дом, а затем уложили на кровать.

Парень пришёл в себя спустя несколько часов. Боль не спадала, но он все же смог рассказать о том, что с ним произошло. Мать Григория, Анна Львовна, внимательно выслушав Андрея, выбежала на крыльцо и начала пристально оглядывать территорию рядом со входом. Удивлению и злости её не было предела, когда рядом с нижней ступенькой лестницы она заметила лежащие конские путы. Теперь все было понятно: какой-то недоброжелатель попытался навести порчу и, вероятнее всего, недугом скосить жениха перед самой свадьбой.

Вызвали фельдшера. Тот, осмотрев пациента, развёл руками и сообщил, что лечение столь тяжёлой болезни не в его силах. Встал вопрос - что делать дальше? Ответ нашёлся скоро. Бабушка Григория, Марфа Аркадьевна, чей возраст тогда уже перевалил за восьмой десяток, дала совет: необходимо отвезти Андрея к старой знахарке, бабке Тасе.

Делать было нечего. Хоть путь и обещал быть долгим и изнурительным для больного, пришлось рискнуть. В скором времени запрягли лошадей. Андрей верхом на повозке был отправлен в село Суворово.

По прибытии в конечный пункт знахарка, будто дожидаясь, уже встречала своего гостя у самого порога. Она повелела соседским мужикам помочь перенести Андрея к ней в жилище, а затем прогнала всех, оставшись с больным наедине в маленькой черной, будто прокопченной, комнате без окон.

Бабка Тася молчала и смотрела в потолок. Андрей тоже молчал, смотрел на неё. Вдруг знахарка встала и резко начала ходить вокруг лежащего на кровати посреди комнаты парня, что-то приговаривая себе под нос. Она налила в кружку воды. Затем, продолжая что-то шептать, вынесла кружку из дома, до дна опустошив её. После такое действие повторилось снова. И снова. Андрей уже сбился со счёту, когда бабка вдруг остановилась около него с полной кружкой воды. Он понял, что нужно выпить все до дна, а когда закончил - увидел, что целительница ходит по комнате с букетом из различных трав, размахивая им в разные стороны. Ритуал этот длился по меньшей мере около десяти часов. Потом все стихло. В этот момент прекратилась и ужасная боль в животе. Знахарка присела рядом с Андреем на кровать и произнесла: "Вот он, сволочь, вот я ему устрою, вот гад! Да такое... Да это как вообще можно такое?"

Эти слова Андрей вспоминал до конца своей жизни. Бабка Тася тогда не сказала ему, кто навёл страшную порчу, а лишь пожурила: "Не твой недуг - не тебе об этом знать".
To‘liq o‘qish
​​Дорогие друзья! Мой очень хороший знакомый, писатель и путешественник Павел Пашков уже очень долгое время борется против массовой вырубки лесов в Сибири и на Дальнем Востоке.

Дело в том, что миллионы гектар леса в Сибири и на Дальнем Востоке были законодательно переданы китайским инвесторам под вырубки на 49 лет. Также данный закон буквально передает все права на малозаселенные земли России Китаю. С одной стороны, мы теряем уникальную природу, а с другой - сталкиваемся с массовым переселением жителей КНР на наши земли.

В начале июня Павел со своей командой планирует выезд в эти края для съемки документального фильма. Экспедиция, получившая название "Русская Тайга" – исключительно общественная и направлена на защиту лесов России от губительных действий по разорению природных богатств тайги.

В планах участников экспедиции - проехать порядка 25 000 километров, составить интерактивную карту вырубок по каждому региону России и предоставить общественности подробную информацию о том, что происходит. Экспедиция проводится собственными силами, до отправления очень мало времени, но необходимые средства для её проведения ещё не собраны - поддержку оказывают единицы.

Если вы не можете оставаться равнодушным к глобальной проблеме, касающейся без исключения каждого жителя России, помогите осуществлению экспедиции "Русская Тайга":

1. Расскажите о ней своим друзьям и знакомым.

2. Поддержите экспедицию материально:
Через специальную страницу:
https://pavel-pashkov.ru/fond-pavla-pashkova/
СБЕРБАНК: 4276 3801 2395 0011 (Пашков Павел Алексеевич)
ЯНДЕКС.ДЕНЬГИ: 410014591400990

3. Подпишитесь на страницы Павла Пашкова:
Канал в Telegram:
t.me/north_traveler
Страница ВКонтакте: vk.com/pavel_v_doroge

Экспедиция "Русская тайга" будет проведена в любом случае наперекор мнениям, угрозам и домыслам! Обществу нужна правда, нужны материалы. Давайте вместе поможем все это собрать!

Подробности – в видеоролике (посмотрите обязательно):
To‘liq o‘qish
Предвестие

Эту историю, которую с самого детства я несу в своей памяти, рассказал мне мой, ныне покойный, одноклассник Николай Кузнецов.

Коля рано остался без матери: её не стало, когда мальчику было всего 9 лет. Мать он любил и постоянно о ней вспоминал. Отец Коли, вероятно, на почве большой утраты, стал злоупотреблять спиртным и в порывах безудержного гнева срывался на сына, периодически выгоняя его из дома. Часто Коле ничего более не оставалось, кроме как ночевать где придётся.

Пареньком Николай был неплохим. Тихим и мечтательным. Как сейчас помню - копна русых, почти рыжих, волос, большие темные глаза, веснушки на носу и щеках. От рождения он был худощав, прихрамывал на одну ногу.

В тот год Коле исполнилось 13 лет. Одним ранним летним утром, в очередной раз поссорившись с отцом, мальчик решил в одиночку поплавать по Ангаре на небольшой деревянной лодке. Он спустился к реке, отвязал судно и спустил его на воду. Ловко запрыгнув, Коля оттолкнул лодку от берега, направив её навстречу бушующим утренним волнам. Отойдя сотню метров от берега, мальчик вдруг вспомнил - вёсла остались на берегу! Теперь судьба Коли была в руках течения. Чтобы выжить, необходимо было находиться на стреме - дождаться, когда судно подобьет ближе к берегу.

Лодку долго носило вдоль береговой линии на довольно далёком от неё расстоянии, пока наконец ветер не сменил курс. Судно с Колей на борту медленно, но верно приближалось к местами покрытому валунами песчаному берегу. Мальчик заметил незнакомую девушку в белом платье, сидящую на одном из огромных камней. Колю очень удивила данная фигура: в посёлке, как ему казалось, он знал всех.

Лодку, после долгих сопротивлений, все же прибило к суше. Коля, прыгнув в ещё холодную воду и уйдя в неё по пояс, быстро привязал судно к дереву, а затем, весь сырой и замерзший, берегом отправился к дому.

Дойдя до того места, где ранее сидела девушка, мальчик никого не обнаружил. Но кое-что показалось ему странным: на одном из камней толстым слоем красной береговой глины было вычерчено число "19".

Не знаю, придал ли Коля большое значение увиденному тогда. Человеком он был тихим и робким, не со всеми заговаривал. Думаю, мне лишь по счастливой случайности удалось узнать его историю.

В 19 лет Коли не стало. Я тогда проходил службу в армии, и от родных мне пришло письмо, что одноклассник утонул. Это был 1991 год. Всю свою жизнь я вспоминаю рассказ Николая Кузнецова и теперь делюсь с вами тем, что на протяжении долгих лет беспокоит моё сердце, и тем, что, полагаю, не оставит равнодушными и вас.
To‘liq o‘qish
Случай в Саянских горах

Пётр Степанович Лыков, отец моего школьного товарища Андрея, был заядлым охотником. В своё время, как отмечали многие люди в посёлке, ему не было равных в ориентировании на любой, даже самой непролазной и сложной местности. Частенько Пётр Степанович в качестве проводника сопровождал группы альпинистов, держащих путь в Саянские горы. Такая работа была ему по душе. К тому же, за неё неплохо платили.

В тот раз ему пришлось помочь нескольким молодым ребятам из Красноярска. Те уже пару раз совершали восхождения на Кавказе, теперь же на очереди были сибирские вершины.

Путь по непроходимой тайге предстоял нелёгкий и долгий. Специально для этой цели охотник взял с собой любимого коня по прозвищу Крепыш - монгольской породы, выносливого и быстрого. Палатки, спальники, вся необходимая поклажа были взвалены на вьючное седло Крепыша, и утром группа выдвинулась в путь.

Дорога до вершины выдалась довольно приятной: день был тёплым и тихим. До необходимого места, казалось, даже не заметив того, какое расстояние им удалось преодолеть, путники пришли к вечеру. Было принято решение начать восхождение поутру следующего дня.

В скором времени были расставлены палатки. Кто-то разжег небольшой костер. Ребята уселись вокруг, предоставив самое почётное место - ближе к костру, своему сопроводителю. Пётр Степанович, наблюдая за тем, как заходит Солнце, рассказывал то и дело удивляющимся студентам самые разнообразные истории из своей жизни. Светило зашло, ночь тёмным покрывалом укрыла тайгу. Все разошлись по своим палаткам в предвкушении начала нового дня.

Картина, которую утром удалось увидеть только что отошедшим ото сна путникам, заставила их ужаснуться: все вещи, ранее находившиеся в палатках, теперь были беспорядочно раскиданы по кустам, конскую упряжь нашли лишь в сотне метров от места ночлега, неизвестно куда запропастился и котелок. Конь, явно встревоженный и напуганный произошедшим, стоял все в том же месте, где его оставили вчера вечером. Бросалось в глаза, что Крепыш пытался бежать, но был не в силах оторваться от привязи. Пётр Степанович, умудрённый жизненным опытом, признался, что с таким чудом не встречался за все сорок лет, проведённых в тайге.

Но делать было нечего. Вещи собрали, и восхождение было продолжено. По уговору, охотник должен был довести альпинистов до первого крутого уступа, откуда они затем двинутся самостоятельно, и вернуться за ними уже через семь дней. Так и было сделано: Пётр Степанович, выполнив первую часть своей миссии, доставил ребят до нужного места, а затем вместе с Крепышом направился домой, в Верхнюю Гутару.

Спустя неделю, когда охотник вернулся, его ждали крайне печальные новости: оказалось, что двое из семи альпинистов погибли, оборвавшись при восхождении на вершину. Виной всему была резко испортившаяся погода. Оставшиеся же пятеро приняли решение не продолжать путь наверх.

Пётр Степанович часто вспоминал этот случай и иногда говорил про себя: "А может это было предупреждение им, тот случай с вещами? Может, если бы мы тогда передумали и покинули проклятое место, они бы остались живы?"
To‘liq o‘qish
Проклятое место (Часть 2)

Спустя минуту, пока мы готовились к отходу от берега, погода разбушевалась: макушки деревьев зашумели, ветер усилился. Мы решили все же покинуть Мамырку и выйти в водохранилище. Но море не на шутку разозлилось: гигантские штормовые волны бросали наш катер, как игрушечный. Лишь благодаря сноровке старого капитана Максима Петровича мы тогда остались живы.

Я это все как сейчас помню: этот день, эти стуки, этот сумасшедший крик. Андрей Петрович, конечно, умер уже. Но и он до конца жизни все помнил и всегда и всем очень подробно рассказывал. Уж до того произошедшее казалось нам удивительным!

Однажды нашей историей Петрович поделился с одним знакомым рыбаком. Тот, как оказалось, тоже имел везение ночевать на этом злополучном берегу. Так вот, ему не только послышалось, но ещё и привиделось!

Рыбак этот сидел ночью у костра в полусонном состоянии. Тут, значит, костер сильно затрещал и разбудил его. Открыв глаза, перед собой он увидел женщину, одетую в непонятные лохмотья. Глазниц у незнакомки не было, но казалось, что она все же смотрит на рыбака проникающим взглядом. Он оторопел и говорит - тебе чего надо? Мгновенье - и нет никого.

Рыбак тогда сильно испугался и решил покинуть берег прямо среди ночи. У него на лодке был подвесной мотор, но тот, как на зло, никак не хотел заводиться. Пришлось грести всю ночь: к концу пути, будто в память о произошедшем, на руках рыбака остались кровяные мозоли от весел.

С того момента в одиночку он больше не рыбачил, только с напарником. Мамырку он называл проклятым местом и никому не советовал останавливаться на том берегу".
To‘liq o‘qish
Проклятое место (Часть 1)

Эту загадочную историю рассказал мне старый приятель Андрей Большаков. В свое время он трудился рулевым мотористом на катере. Капитаном судна был грузный мужчина по имени Максим Петрович Волохов. Он уже достиг предпенсионного возраста и готов был передать свою ответственную должность в руки молодого, но опытного преемника, о чем постоянно напоминал Андрею во всех задушевных беседах.

Надо сказать, что эти двое давно работали вместе, хорошо зная своё дело: в обязанности Андрея и Максима входила развозка высокого начальства по населенным пунктам, стоящим вдоль берега реки Ангары Братского водохранилища.

Произошедшие в тот день события Андрей описывал в самых ярчайших красках, и потому я, вдохновленный его рассказом, не удержавшись, записал в точности каждое слово своего рассказчика и сейчас делюсь с вами:

"В тот день небо стояло низко. Хотя, в Сибири оно всегда низко, но в этот день как-то по-особенному. И, самое главное, какое голубое было, чистое! Ну, почти ни одного облачка, красота. Нас с Максимом Петровичем тогда поразило еще, какое море (прим. - Братское водохранилище) спокойное, гладь стояла. Хотя и сентябрь-месяц уже на дворе, но теплынь.

Мы всех развезли уже, дело к вечеру шло и Максим Петрович предложил на Мамырку сгонять, сетенку поставить, у костра посидеть, ушицы сделать. Ну, меня тоже уговаривать долго не надо.

Сели, значит, сидим у костра, слушаем как дрова трещат, болтаем о том, о сем, смотрим как рыба плещется у берега. Там и солнце потихоньку заходить стало.

Я вот не знал, но мне Максим Петрович рассказал, что там, на том берегу, где мы тогда находились, когда-то находился женский исправительный лагерь. Это еще сталинских времен. Раньше бы я и внимания не обратил, но, оказывается, там и крест из листвяка стоит здоровый такой. На нем написано "Жертвам ГУЛАГа". Капитан мне сказал, что это на месте барака поставили. А я то и не знал даже раньше ни о чем таком.

Ну, значится, сидим мы у костра. Тут и рыбка скоро в сети попала. Уху поставили. Чайку попили с сахаром. Солнце уже зашло, и тут погода резко переменилась. Испортилась. За несколько минут небо затянуло тучами, дождик заморосил. Мы с Петровичем недолго думая ушли в катер и решили переждать непогоду внутри. Стемнело быстро. Сентябрь же на дворе - дни стали короче. Уснули.

Рано утром по рации диспетчер передал, что на море ожидается сильный ветер. Штормовое предупреждение вроде как. Говорит, если есть возможность – оставайтесь на берегу. Правда, мы тогда удивились: никаких признаков ненастья не было видно. Погода за ночь успокоилась, только мелкий дождичек моросил. Но что делать – решили остаться, как велела диспетчерская.

Максим Петрович предложил мне поискать вместе с ним ягоды в лесу. Мы вышли на берег. Идем, значит, к лесу, и тут слышим: кто-то рубит деревья. Да так бойко рубит! И не один - звук доносится то оттуда, то оттуда, то уходит далеко в тайгу, то наоборот приближается к нам с огромной скоростью! Чудо какое-то! И, самое главное, лодок-то никаких нет на берегу. Как они попали сюда - непонятно.

Нам с Петровичем стало не по себе. Что это за лихо такое? Где это еще видано было? Мы решили на берегу на задерживаться и поспешили к катеру. Пока бежали – звуки продолжались, усиливались, но как только на судно вступили – тишина вокруг! Мы, как вкопанные, стояли и вслушивались в каждое дуновение ветра, и вдруг пронзительный душераздирающий женский крик прервал тишину. Он был глубоким и шёл откуда-то из глубины леса. Тогда мне хотелось ещё хотя бы раз услышать этот крик, чтобы определить его источник, но подобное больше не повторилось. Нам стало тревожно, даже страшно.

Андрей Петрович был человеком верующим, хотя и не воцерковленным. Он тут же начал креститься. И, говорит - место гиблое это, Андрюха, жуткое. Это из-за лагеря тут такая чертовщина творится. Надо уезжать, да поскорее.
To‘liq o‘qish
Видение в поезде

По счастливой случайности, именно в дороге мне всегда удавалось "ловить" самых интересных и не скупящихся до деталей рассказчиков. Так произошло и в тот раз, когда я добирался до Ангарска на поезде "Москва - Благовещенск".

Михаил, мой попутчик, оказался человеком крайне разговорчивым, а прознав про мое увлечение сверхъестественными явлениями - вовсе проникся ко мне всей душой.

Почти четыре дня мне пришлось провести с этим человеком, как говорится, бок о бок. За это время собеседник в красках поведал мне свою биографию: помнится, он говорил, что проживает в Улан-Удэ, имеет семью из четырех человек, трудится учителем в детском интернате и частенько посещает художественные выставки в Москве.

Как раз в одной из таких поездок с Михаилом и произошел тот странный случай, о котором в ходе нашего долгого разговора он упомянул дважды, а то и трижды. Оттого я сам отчетливо запомнил многие отдельные элементы его рассказа.

В тот день мой попутчик ехал поездом в Москву. Ему повезло: достался первый вагон, в купе, кроме него самого, больше никого не было. Михаил с первых минут поездки погрузился в чтение газет, лишь иногда поглядывая в сумеречную осеннюю тьму за окном.

Что-то вдруг громко стукнуло в окно. Мужчина поднял голову. Его взору вдруг престала женщина средних лет, будто парящая в воздухе за окном. Женщина пристально смотрела на Михаила, он - на нее, изрядно испугавшись и недоумевая: поезд мчался на высокой скорости, в то время как женский силуэт по ту сторону стекла сопровождал его уже почти минуту. Мужчина приподнялся, чтобы задернуть шторы, и в одно мгновение пугающее его видение вдруг исчезло.

Михаилу не спалось. На часах давно перевалило за полночь. Поезд начал постепенно сбавлять скорость - стало понятно, что в скором времени ожидается остановка на одной из станций.

Однако что-то пошло не так. Мощный сигнал электровоза разрезал полуночную тьму, поезд входил в экстренное торможение. Михаил, сидя у окна, от неожиданности сильно ударился головой о стол.

Мужчина вышел в коридор. Там уже собрались проводники и начальник поезда. В суматохе все бегали, суетились. Михаил, остановив первого попавшегося проводника, поинтересовался у того о случившемся. Оказалось, что несколько минут назад под колеса поезда попала женщина. Машинист предпринял все необходимые меры, но тщетно - та погибла.
To‘liq o‘qish
Трагичная весть

Однажды свою историю поведала мне соседка Татьяна Викторовна Байбакова. С ней я имел возможность познакомиться в 1992 году, когда она осуществила переезд на постоянное место жительства в наш посёлок.

Предыдущим постоянным местом жительства Татьяны Викторовны был посёлок Мама в Иркутской области. Туда в своё время женщина приехала из Казахстана по направлению медицинского работника.

На момент происходящих в жизни рассказчицы событий ей было двадцать три года. Тогда Татьяна Викторовна Байбакова, урожденная Крылова, уже полтора года как находилась в замужестве. Её супруг, Геннадий Сергеевич Байбаков, был очень добрым и уважаемым в посёлке человеком. Татьяна работала в местном амбулатории, Геннадий - на лесозаготовительном участке. Семья жила спокойно и не знала бед, но одно печальное происшествие кардинально изменило жизнь Татьяны Викторовны.

Это случилось в марте 1976 года. В тот день женщина пришла с работы около шестнадцати часов вечера, сделала все домашние дела и присела к окну, чтобы отдохнуть за прочтением свежей газеты.

Вечер тянулся долго, за окном постепенно сгущались сумерки. Вдруг женщина заметила, что ворота отворились и в них быстро проскользнул Геннадий. Татьяна Викторовна удивилась: для возвращения супруга с работы было слишком рано. Она ждала, что через минуту входная дверь отворится, и Гена с радостным видом зайдёт и скажет, что смену отпустили домой раньше обычного. Однако этого не последовало: дверь не открылась ни через минуту, ни через десять, ни через полчаса. Не залаяла и сидящая в конуре около дома собака.

Часы пробили шесть. По обыкновению именно в это время мужа привозили на рабочей машине, и, будто предзнаменуя, рев КРАЗовского мотора раздавался за несколько сотен метров от дома. Но в этот раз - тишина. Женщина заволновалась, на душе стало тревожно.

Успокаивая себя и придумывая разные причины - сломалась машина, задержало начальство, друзья уговорили отметить праздник - Татьяна вышла на улицу и, глядя на дорогу, прождала не менее часа, пока из-за угла наконец не появилась та самая рабочая машина.

Женщина увидела: Геннадия внутри не было. Сердце екнуло, ничего хорошего подобное предвещать не могло. И точно: вышедший из машины мастер Володя сообщил о страшной трагедии - на супруга Татьяны упало дерево, причинив ему, как оказалось позже, несовместимые с жизнью травмы.

Татьяна тогда была на третьем месяце беременности. После случившегося она решила на время уехать к матери в Казахстан, а чуть позже родила дочь, как две капли воды похожую на Геннадия.

Сегодня, спустя много лет, Татьяна Викторовна, постоянно вспоминая события того дня, говорит, что к ней приходила душа ее супруга, чтобы попрощаться.
To‘liq o‘qish
Тень из прошлого

Далекий 1989 год. Окончание последнего десятилетия существования Советского Союза. Время, предшествующее событиям, на долгое время всколыхнувшим страну.

Тогда никто не мог предположить, что уже спустя несколько лет все мы утром проснемся в совершенно другом государстве. Мы жили и не обращали внимания на происходящие вокруг социальные явления, даже не подозревая, какие исторические перемены нас ожидают.

В сибирском поселке Шумилово, где я проживал с самого детства, жизнь также текла своим чередом. Мужчины, как и прежде, занимались охотой и рыбалкой, женщины круглый год оставались в поселке, работали или вели домашнее хозяйство. Однако равновесие, устоявшееся здесь за последние полвека, пошатнулось: как в поселке, так и в округе, стали закрываться магазины, фабрики, склады, хозяйства. Некоторые люди, теряя работу – спивались, иные же, не найдя иного решения – уезжали. Так в свое время поступил и я.

Но сейчас не об этом. Тем теплым августовским вечером, в полночь, мне довелось проделать необычный путь от Дома Культуры, где для молодежи обычно устраивали дискотеки, до своего дома. То, с чем мне удалось столкнуться на этом пути, я запомнил на всю оставшуюся жизнь.

Надо сказать, что дом мой находился у самой реки Ангары, в нижней части поселка, потому дорога от клуба, который находился в верхней части, обычно занимала у меня не менее пятнадцати минут. Я всегда пользовался этим временем, чтобы прогуляться в одиночестве, о чем-то поразмыслить, посмотреть на звездное небо.

Ночная тишина. На улице ни души. Где-то в траве тихонько стрекочут кузнечики. Свет в окнах домов давно погас, из-за туч выглядывает молодая Луна, фонарные столбы моргают, лишь изредка освещая улицу.

Я пересекал перекрёсток, когда что-то заставило меня остановиться. В тени, недалёко от здания, где раньше располагался вино-водочный магазин, стояла еле заметная тёмная фигура огромного роста. Спустя мгновение после того, как я начал приглядываться, фигура вдруг стала стремительно уменьшаться в размерах, будто ощущая на себе мой пристальный взгляд, а затем и вовсе растворилась в воздухе, заставив меня застыть на месте от удивления.

Быстро я добежал до дома. Мысли о повстречавшемся в ночи неведомом существе не выходили из головы.

Спустя некоторое время об этом я рассказал своим товарищам. Один из них, парень по имени Сергей, был крайне изумлён моим рассказом, и даже поведал личную историю, произошедшую с его матерью.

Оказалось, что в начале восьмидесятых годов мать Сергея работала в том вино-водочном магазине, рядом с которым мне посчастливилось повстречать загадочную фигуру. Поздно вечером, по окончании рабочего дня, Мария Николаевна закрывала магазин на замок. Механизм заклинило, и ключ упорно отказывался выполнять своё предназначение. Женщина, долгое время находящаяся в попытках побороть замок, почувствовала что кто-то смотрит ей в спину. Повернувшись, она увидела, что в пяти метрах от неё стоит высокий человек, по самые ноги, будто монах, одетый в темное одеяние. Он не двигался, лица его не было видно. Испугавшись, Мария Николаевна сказала, что магазин закрывается. Руки дрогнули, из пальцев выпал ключ; удар его о бетонные ступеньки громким звоном рассек вечернюю тишину. Женщина растерялась, наклонилась и в суматохе начала поиски. Однако, подняв голову, увидела, что таинственная фигура исчезла.

Дома Мария Николаевна рассказала обо всем мужу. Он в шутку сказал, что супруге мог повстречаться дух пьяницы Генки Костыля - ещё зимой тот замёрз в сугробе около магазина. Мужчина как раз имел рост не менее двух метров.

Правда, шутки мужа ещё больше напугали бедную женщину, и с того момента она всегда просила, чтобы вечером её встречали после работы.
To‘liq o‘qish
Девушка в синем плаще

В начале нулевых годов мне посчастливилось познакомиться с Ниной Ивановной Егоровой - добродушной старушкой, долгое время проживавшей в одном из соседних домов. С ней нас в значительной степени роднил тот факт, что мы оба являлись выходцами из Восточной Сибири и, как следствие, постоянно впадали в ностальгию о проведённых в этих краях годах. Хотя Нина Ивановна и была в два раза старше меня, но все же обладала феноменальной памятью: её рассказы о жизни в таежном посёлке иногда освежали, а иногда дополняли мои личные воспоминания.

Та загадочная история, с которой я хочу познакомить вас со слов Нины Ивановны Егоровой, произошла с ней ещё в ранней молодости, оставшись в памяти ярким воспоминанием.

Семья Егоровых жила небогато, если не сказать, что совсем бедно. С войны не вернулись отец и двое братьев. Женщинам, Нине, её матери и сестре Кате, приходилось справляться со всеми домашними делами самостоятельно, как бы сложно это ни давалось.

Частенько Нину отправляли полоскать белье на реку. Она ходила туда без особого удовольствия, но в то же время осознавала, что никто, кроме неё самой, данную работу не выполнит.

Так случилось и в то морозное сентябрьское утро. Солнце только поднялось, но по-осеннему тёплые его лучи уже вовсю пробивались сквозь не до конца сбросившие листву ветви деревьев. Девушка подошла к реке, а затем аккуратно стала спускаться вниз по чуть обледеневшим деревянным ступенькам, ведущим к мосткам. Нина одной рукой держалась за шатающиеся перила, второй - крепко прижимала к себе таз с бельём. Опустив свой взгляд вниз, она внимательно следила за каждым движением своих ног: важно было быстро преодолеть тот небольшой, но крайне сложный путь к воде.

Вдруг что-то привлекло её внимание. Подняв глаза, Нина заметила сидящую на мостках девушку миниатюрной комплекции. Та была одета в светло-синий плащ и, казалось, была отрешена от всех проблем: руки её не шевелились, голова была повёрнута в сторону реки так, что невозможно было разглядеть лица.

Отвлекшись на таинственную незнакомку, Нина совсем позабыла про осторожность. Ноги подкосились, таз вылетел из рук, белье разлетелось в разные стороны. Чувствуя острую боль в запястьях и колене, Нина подскочила и быстро начала собирать вещи. Спустя несколько минут она справилась с задачей. Однако обратив взгляд в то место, где еще несколько мгновений назад сидела странная девушка, Нина никого не увидела. В голову пришли странные мысли: в деревне никто синих плащей не носил, к тому же, можно быть уверенным - на помощь Нине пришёл бы каждый.

Дома девушка рассказала обо всем матери. Та, сильно удивившись, вспомнила, что около двадцати лет назад на тех мостках, куда сегодня ходила Нина, случилась трагедия: это произошло как раз в начале сентября, женщина по имени Зоя, полоская белье, поскользнулась и ударилась головой об обледеневшие мостки. Её попытались спасти, но тщетно: Зоя умерла в дороге до районного центра. Умершая девушка очень любила свой непромокаемый светло-синий плащ, подаренный братом - в нем она была и втор злополучный для себя день.

Нина Ивановна не часто делилась своей историей с окружающими, но всегда отчётливо помнила все отдельные моменты: так плотно засел в её памяти данный эпизод из жизни.
To‘liq o‘qish
Вестница счастья

Мне частенько приходилось слышать удивительные вещи от самых разных людей. Так, например, с этой историей познакомил меня мой попутчик в вагоне поезда "Чита - Москва": Николай Семенович, прознав о моей страсти к разного рода мистическим сюжетам, в красках поведал об одном из эпизодов своей жизни.

Николай проходил военную службу недалеко от города Улан-Удэ, что в Бурятии, в середине восьмидесятых годов прошлого века.
После демобилизации он принял решение остаться на лето в Бурятском селе Суво, чтобы зароботать немного денег перед
отъездом в родной город. Проблемы с жильем не возникло: Николай быстро отыскал на съем комнату в частном доме у местного жителя.

Хозяина дома звали Сайжан. Он был мужчиной в годах. Жена его, будучи еще совсем молодой, умерла от порока сердца. Убитый горем, Сайжан так и не женился снова.

Жизнь в доме текла. Николай, частенько приходящий на помощь потерявшему к концу жизни все силы Сайжану, быстро сыскал его уважение и стал почти родным.

Однажды Николай проснулся посреди ночи от того ощущения, что на него кто-то пристально смотрит. Открыв глаза, он увидел в дверном проеме девушку в национальной бурятской одежде. Та улыбалась. Тело ее будто парило над землей. Мужчина начал приглядываться, как в друг, спустя одно лишь мгновение, таинственная незнакомка исчезла из виду. Растерянный и испуганный Николай подбежал к дверям: в голове поселилась мысль, что он мог забыть закрыть дверной засов. Однако двери были заперты.

Всю ночь Николай Петрович не спал, а утром рассказал о произошедшем хозяину. Тот в ответ лишь пожал плечами, нисколько не удивился и произнес: "Всякое бывает".

Изредка приезжала к Сайжану его племянница Дарима из Улан-Удэ. Тем утром она впервые за год приехала к дяде и была приятно удивлена встрече с его постояльцем. Спустя некоторое время Николай поведал Дариме о произошедшем с ним перед ее приездом. Она же, выслушав описание таинственной девушки, была уверена, что это - ее покойная тетя Санжима, которая желала сказать о чем-то важном.

Прошло время. Судьба свела Николая и Дариму. Они сыграли свадьбу. Николай уже не вернулся в родной Иркутск. Их семья поселась в Улан-Удэ, где, наверное, живет и по сей день. У Николая и Даримы родилось трое детей: двое сыновей - Баатар и Ламажаб, и дочь, которую назвали Санжима в честь девушки, предвещавшей образование новой семьи. Сайжан умер спустя восемь лет. Однако он успел понянчиться с внуками и частенько говорил, что они, как две капли воды, похожи на его любимую.
To‘liq o‘qish
Нож

Эту историю рассказал мне Михаил Николаевич Бойцов, мой сослуживец. Родом он, как и вся его семья, из Красноярска, и потому с детства обучен главному сибирскому промыслу - охотничьему делу. Бывалым охотником и заядлым путешественником был и его отец, с которым произошли все описываемые события.

Николай Бойцов частенько путешествовал в одиночку. Однажды, в очередном своём походе через тайгу, он обнаружил эвенкийский нож. Тот, как ни в чем не бывало, висел на кусте. По всему было видно - находка старинная: чехол давно выцвел и пришёл в негодность, но сам нож, украшенный резной рукоятью из кости, хоть и имел заржавевшее лезвие, все же мог служить своему хозяину.

Николай Семёнович, спустя несколько дней оказавшись дома, привёл найденный нож в порядок: помыл, почистил лезвие от ржавчины, сделал новый кожаный чехол. Находка во всей её красе теперь представала пред всеми гостями на стене в главной комнате: охотник очень гордился ей.

Однако радость Николая сошла на "нет", когда спустя несколько дней ему приснился очень странный сон. В этом сне он, будто в чужом теле, орудуя только одним ножом, вступал в схватку с гигантским медведем и проигрывал в ней за явным преимуществом соперника. Сон повторился снова спустя неделю, а затем странное явление стало приходить к охотнику каждую ночь.

Хорошенько поразмыслив, Николай Бойцов решил избавиться от своей находки. Он подарил нож товарищу Сергею - умелому резчику по дереву и кости, для которого подобные подарки представляли особую ценность.

Прошёл месяц. Николай решил навестить Сергея. Поинтересовавшись у друга о ходе его дел, охотник очень удивился: оказалось, что Сергею неоднократно снился тот же самый сон, в котором чудовищных размеров медведь за несколько секунд убивает бедного охотника.

Николай Петрович признался, что отдал свою находку именно по этой причине. Друзья решили избавиться от ножа и отдали его в краевой музей истории северных народов, где он лежит и ждёт своего хозяина по сей день.
To‘liq o‘qish
Таинственная всадница

Я очень люблю лошадей. Не знаю почему, но именно эти животные привлекают меня с самого детства. Чуткие, умные, благородные, на протяжении всей человеческой истории они приходили на помощь нам, людям, а мы, хоть и не всегда, но старались отвечать им взаимностью.

Летом далекого тысяча девятьсот восемьдесят пятого года мы с моим другом Сашкой по обыкновению подрабатывали в конюшне у старого деда Фаддея. Тот очень нуждался в нашей помощи: еще в детстве он повредил руку, до конца своих дней оставшись инвалидом. Впрочем, это не мешало Фаддею Петровичу хорошо выполнять свои обязанности. У нас же работа была простая: в его отсутствие присматривать за лошадьми. Конюх был доволен тем, как мы справляется с возложенной на нас задачей, и частенько благодарил небольшой суммой денег. Ее нам вполне хватало для того, чтобы купить в магазине два пломбира или порадовать себя вкусными пирожными. Наверное, стоит отметить еще и тот факт, что работа в конюшне казалась нам интересной и забавной по одной простой причине: если дед Фаддей оставлял своих лошадей на наш единоличный присмотр, мы обязательно пользовались создавшимся случаем, чтобы вдоволь накататься верхом.

Мне очень нравилась эта работа. Но не меньше мне нравились и вечерние посиделки на веранде у дома старого конюха. Я помню эти прекрасные моменты, когда садилось Солнце, все вокруг заполнял красный закатный свет, в траве стрекотали кузнечики, а мы с Сашкой, усевшись поудобнее с чашками горячего чая, слушали истории деда Фаддея. А он их знал много! Одной из самых загадочных я хочу поделиться с вами.

Этот случай произошел еще до Второй мировой войны, в мае тысяча девятьсот сорок первого года. Фаддей тогда уже работал конюхом. Можно сказать, что конюшне он отдал всю свою жизнь, в лошадях души не чаял. Полюбил Фаддей Петрович и нового, белого как снег, жеребца по кличке Алтай - того привезли ему из южной Сибири. Отличный конь, который мало того, что имел превосходный окрас, так еще обладал непревзойденным умом. Горделивый Алтай разительно отличался от всех других лошадей в табуне и в скором времени стал любимчиком конюха.

Однажды ранним утром Фаддей пошел кормить лошадей. На улице было сухо, но небо, вдали то и дело пронизываемое молниями, налилось изумрудной грозовой темнотой: такое часто можно встретить в сибирских краях. Конюх почти дошел до загороди с табуном, как вдруг заметил, что в трех сотнях метров поодаль, отдельно от остальных лошадей, стоит Алтай, а рядом с ним - женщина в древних военных доспехах, поправляющая конскую упряжь. Фаддей, опешивший от неожиданности, закричал и побежал к ней. Незнакомка вскочила в седло и, спустя несколько мгновений, Алтай уже нес ее в противоположном конюху направлении. Фаддею оставалось только стоять, разведя руки, и смотреть вслед скачущему вдаль коню с таинственной всадницей в седле. Вдруг те двое будто воспарили над землей, а затем постепенно начали исчезать - сначала из виду пропал конусообразный шлем древней воительницы, затем - лук и колчан, а еще чуть позже - не видно было ни ее, ни коня. В ужасе Фаддей кинулся к своему табуну. Удивлению его не было предела: Алтай, как и все остальные лошади, находился на месте!

Через месяц началась война. Фаддей Петрович на нее не пошел - травма руки не позволила.

Свою историю он поведал многим, добавляя при этом, что таинственная всадница явилась к нему как предзнаменование ужасных событий Второй мировой войны. Часто люди смеялись или делали вид, что верят в рассказанное. Но дед Фаддей никогда не обижался.
To‘liq o‘qish
Мама

Десять лет назад, в один знойный июльский день, коих в центральной полосе России не так много, мы с моей женой Натальей сидели на кухне и болтали о чем-то своём, рассматривая в открытое окно распустившиеся благоухающие бутоны цветов. Там, в зеленом летнем саду, пели разными голосами птицы, бесконечно шныряли в разные стороны жуки и бабочки.

Мимо окон кто-то прошёл. У нас не могло быть сомнений в том, что это была моя мать. Она, несмотря на свой преклонный возраст, частенько выходила на улицу. Уж больно ей нравилось занять себя каким-нибудь делом: мама кормила домашних питомцев, убиралась в саду или гуляла с внуками. В этот раз нам показалось, что мать прошла в дальний угол сада, где её невозможно было увидеть.

Спустя минуту жена отошла в другую комнату и с удивлением заметила, что в саду никого нет: он, как и прежде, был населён только птицами и насекомыми.

Из любопытства я решил зайти к матери. Надо сказать, что наш дом был раза делан на две половины, и потому мы всегда без проблем могли посещать друг друга. Каким было моё изумление, когда я застал маму, как ни в чем не бывало, за чтением книги у окна!

- Мам, ты куда-нибудь ходила в последние полчаса? - поинтересовался я.
- Нет, я уже с самого утра никуда не выходила, - ответила она.
- Но мы ведь только что с Наташей видели, как ты ходила в сад! - стоял я на своём.
- Глупости, выдумщики вы! Чего ж мне там делать в такую жару? - заулыбалась мать.

Я опять прошёл на кухню. Мы с женой, как и прежде, болтали о своём, смотрели в окно. Солнце готовилось заходить, зной спадал. Оттого становилось как-то грустно, как это часто бывает, когда медленными шагами наступает летний вечер и меняются краски за окном. И было как-то тревожно: что могло означать наше видение, повлияет ли оно на нашу жизнь?

Вскоре моя мама умерла от сердечного приступа. Она прожила долгую жизнь и осталась в нашей памяти добрым, любвеобильным и отзывчивым человеком!
To‘liq o‘qish
Свадьба

Эта история произошла в одной знакомой мне семье около тридцати лет назад.

В тот день Андрей, глава семьи Дорофеевых, вопреки всем предостережениям жены, собрался на охоту. Повод остаться дома был: на завтра у соседской дочери была назначена свадьба, на которую были приглашены супруги. Однако Андрей не внял доводам Анны и уверил ее, что вернется домой уже вечером.

Ружье, лыжи, все необходимые припасы были собраны, и охотник в сопровождении верных собак отправился в тайгу.

Он шел по лесу уже около полутора часов, как вдруг началась сильная метель. Вокруг все потемнело. Дальнейший путь продолжать было невозможно, и Андрей принял решение держать путь домой. Охотник развернулся и с тревогой заметил, что проделанную им ранее лыжню полностью занесло снегом. К тому же, куда-то подевались собаки.

Делать было нечего: путаясь и стараясь вспомнить местность, Андрей искал возможность поскорее вырваться из лап зловещей непогоды. Спустя два часа скитаний он понял, что окончательно заблудился. В сумерках обессиленный охотник потерял одну лыжу, споткнулся и упал на холодный снег. Андрею на минуту показалось, что ситуация безнадежна: теперь смерть от холода могла наступить в любой момент.

Метель не стихала. Снег стоял стеной, теперь уже перемежавшись с ночной темнотой. Один момент - и вдалеке сверкнули огни. Андрей заметил тусклый теплый свет и, собрав всю волю в кулак, приподнялся во весь рост и пошел к свету. Удивлению охотника не было предела: посреди леса стояла изба! Не охотничье зимовье, а настоящий добротный деревенский дом. Подойдя ближе, Андрей понял, что внутри идут гуляния. Он заглянул в окно. Внутри было много людей. Они пели, танцевали, веселились. Андрей присмотрелся и увидел, что в самом центре комнаты сидят соседская дочка и ее жених в свадебных нарядах. Охотник ясно помнил, что свадьба должна была состояться только завтра, и никак не мог понять, что происходит в избе. Андрея охватил сильный испуг: он вдруг заметил, что лица жениха и невесты имеют болезненно белый оттенок, а ярко-синие губы и стеклянные впалые глаза не подают никаких признаков жизни. В страхе охотник со всех ног ринулся бежать. Он твердо решил выбраться из тайги во что бы то ни стало, однако пробежав всего несколько шагов, упал и потерял сознание.

Андрей пришел в себя, когда было уже светло. Буря стихла. Он огляделся - избы, которую он видел ночью, не было на прежнем месте. Изумленный охотник медленно прошел сотню метров, когда перед его лицом открылась панорама родной деревни. Всю ночь он был так близок к дому!

Собаки, как оказалось, уже вернулись и дожидались своего хозяина около избы. Андрей прошел в дом. Там, сидя на скамье у стены, плакала жена.

- Чего это ты плачешь? - поинтересовался Андрей.
- Я думала, что не увижу тебя больше. Собаки вчера прибежали, а тебя нет. Уже мужикам сообщила, что ты пропал, - сквозь слёзы произнесла Анна.
- Да вот он я. Заплутал немного. Извини. Ну, идём сегодня на свадьбу? Собирайся тогда.
- Не будет сегодня свадьбы, - жена подняла глаза и уставилась на охотника.
- Это почему еще? – удивился Андрей.
- Жених и невеста вчера вечером разбились насмерть, когда катались на мотоцикле.
To‘liq o‘qish