Всеотечество

@vseotechestvo Yoqdi 0
Bu sizning kanalingizmi? Qo‘shimcha imkoniyatlardan foydalanish uchun egalikni tasdiqlang

Канал Всеотца
Kanal hududi va tili
Rossiya, Rus tili
Kategoriya
ko‘rsatilmagan


Kanalning hududi
Rossiya
Kanal tili
Rus tili
Kategoriya
ko‘rsatilmagan
Indeksga qo‘shilgan
12.09.2017 04:23
reklama
TGStat Bot
Telegram'дан чиқмай туриб каналлар статистикасини олиш
SearcheeBot
Telegram-каналлар оламидаги сизнинг йўлбошчингиз.
TGAlertsBot
Каналингиз репостлари ва эсловлари ҳақида хабар беради.
25
ta obunachilar
~0
1 ta e’lon qamrovi
N/A
kunlik qamrov
N/A
bir kundagi e’lonlar
N/A
ERR %
0
iqtibos olish indeksi
So‘nggi e’lonlar
O‘chirilgan e’lonlar
Eslovlar bilan
Repostlar
Всеотечество 19 Oct 2018, 00:02
Но зато у меня есть пара замыслов, так что скоро здесь будет свежатина.
Всеотечество 19 Oct 2018, 00:00
Здесь никогда не будет рекламы от Алексея Вильнюсова.
Всеотечество 15 Sep 2017, 14:37
"Экстракт"
Сентябрь 2017

Посвящается моим братьям и сёстрам из вселенной первого порядка.
Всеотечество 15 Sep 2017, 14:36
Cast

Маша - Мария Улунова
Ваня Жуковский - Иван Спайдер
Степан Философ - Ёбаный Сатиръ
Алексей Огрызков - Джоник "Пантера" Провокатор
Бобби Сраный - Бобби Жалкий
Сослан Карлсен - Лейфр Ингварисян
Капитан Перминский - Илюша
Илона Сергеевна - Дед
Доктор Шитман - Доктор Шитман
Голос Карцера - ...
Всеотечество 15 Sep 2017, 14:28
Всеотечество 15 Sep 2017, 14:08
Эпилог

Ваня стоял на аллее, и нетерпеливо поглядывал на телефон. Прошло уже почти 15 минут с момента назначенной встречи и Ваня начинал беспокоиться: "А вдруг она не придёт? А вдруг она придёт вся такая красивая, а тут я стою в своих коричневых сандалиях? Господи, что она подумает? Господи, о чём я думал! Я же совсем недавно в Найке купил себе отличные кроссовки?". После последней мысли Ваня очень сильно захотел переобуться и начал обильно потеть. Он увидел как тёмные пятна пота в районе подмышек и пупа расползаются по его футболке с Питером Гриффином, как немецкие группы армий Север, Центр и Юг по территории Советского Союза в 1941м.
- Ёбаный сатир. - Выругался Ваня.
Благо Маша ещё не объявилась, и у него был запас времени, чтобы обсохнуть.
Он залез на велосипед и, стоя на педалях, гордо расправив плечи, так чтобы встречный ветерок обдувал не только живот, но и подмышки, медленно покатился по аллее парка.
Проезжая мимо одной из лавок, он заметил одиноко стоящий велосипед и странное светлое пятно, на мгновение промелькнувшее между кустами.
Ваня, затормозил, прислонил велосипед к лавке и направился туда, где, ему казалось, он увидел белое пятно. Обойдя кусты, он увидел Машу, лежащую на траве рядом с деревом. Он сразу её узнал, так как уже видел её в аналогичной позе на фотографии в тиндере. Она лежала, на спине, поджав ноги и слегка повернув их на бок. Ваня робко подошёл и опустился на колени рядом с ней. Её грудь размеренно вздымалась, а из носа доносилось лёгкое посапывание. Слава Богу, она просто спала. Ваня аккуратно потряс Машу за плечо и позвал:
- Маша, Маша, просыпайся. Ты чего?
Маша открыла глаза и, поймав глазами его обеспокоенное лицо, умиротворённо улыбнулась. Увидев её улыбку, Ваня тут же повеселел:
- А я тут уже полчаса по парку катаюсь, ищу тебя. А ты вона куда забралась. Сказала бы - так я бы сразу сюда приехал. Может пледик бы какой захватил. Давно меня тут ждёшь?
- Ты даже не представляешь насколько. - улыбаясь прошептала Маша, увлекая Ваню в свои объятия.
To‘liq o‘qish
Всеотечество 15 Sep 2017, 00:47
Свежий ветер приятно обдувал лицо и шелестел листьями. Яркий свет больно бил в глаза, заставляя их слезиться. Одной рукой Маша заслонялась от солнечных лучей, пробивавшихся сквозь кроны деревьев, в то время как другой она чувствовала знакомую упругость ручки велосипедного руля. Когда ей, наконец, удалось проморгаться и поймать фокус, она обнаружила себя стоящей на аллее парка рядом с тем местом, где ранее они с Ваней условились о встрече.
Вдруг со стороны ближайших деревьев она услышала:
- Чам-чам-чам!
- Чам-чам-чам!
Она повернула голову и увидела усатого мужчину в потрёпанном рыжевато-коричневом пальто на крючках. Он стоял, обняв ствол дерева, и активно двигал тазом. Вдруг, он неожиданно повернул голову в её сторону и, глядя на неё выпученными глазами, закричал:
- ЗА ЕДИНЫЙ АЗЪ! ЧАМ-ЧАМ-ЧАМ! ЧАМ-ЧАМ-ЧАЛЛАМ!

- Неужели…

- МАШКА-МАШКА,
САХАРНАЯ ЛЯЖКА!
ВАНЬКУ ПОЛЮБИЛА -
И ЭКСТРАКТ ДОБЫЛА!
ЧАМ-ЧАМ-ЧАМ ЧАМ-ЧАМ-ЧАЛЛАМ

- Извините… Вы Изгой?

- ТЫ ДАВАЙ-КА ТУТ НЕ НОЙ
КТО ИЗГОЙ КТО НЕ ИЗГОЙ
БУДЕШЬ ТЫ СЕЙЧАС ЭКСТРАКТ
ЗАРАБАТЫВАТЬ ПИЗДОЙ
ЧАМ-ЧАМ-ЧАМ ЧАМ-ЧАМ-ЧАЛЛАМ

Поёжившись и помня о наставлении, полученном в Карцере, Маша подошла к Изгою. Выдохнув, она посмотрела ему в глаза и отрешённо спросила:
- Что я должна делать?

- ВСТАНЬ СКОРЕЙ У ДЕРЕВА
ЛБОМ КО МНЕ – НЕ СЕРЕВОМ.
МЕНЯ ЗА РУКИ ВОЗЬМИ
И ПИЗДОЙ О ДРЕВО ТРИ

НАДО ДВИГАТЬ В ОДИН ТАКТ,
ЧТОБ ДОБЫТЬ ЗЕМНОЙ ЭКСТРАКТ
НА ВОРТАЛЬНОМ ЯЗЫКЕ
ВОЗНОСЯ ХВАЛЫ ЗЕМЛЕ
ЧАМ-ЧАМ-ЧАМ ЧАМ-ЧАМ-ЧАЛЛАМ

- Хуй с ним, так тому и быть. Что же надо говорить? – Сказала Маша, занимая нужную позицию у дерева и незаметно для себя перенимая манеру речи Изгоя.

- ДЛЯ НАЧАЛА ЧАМ-ЧАМ-ЧАМ
А ПОТОМ ЧАМ-ЧАМ-ЧАЛЛАМ
ТОЛЬКО ТАКТА НЕ СБИВАЙ
В УНИССОН МНЕ ПОВТОРЯЙ
ЧАМ-ЧАМ-ЧАМ ЧАМ-ЧАМ-ЧАЛЛАМ

Маша стала двигаться в такт движениям Изгоя, стараясь повторять их как можно точнее, и произносить загадочные слова на незнакомом языке:

- ЧАМ-ЧАМ-ЧАМ ЧАМ-ЧАМ-ЧАЛЛАМ! – Кричал Изгой.
- Чам-чам-чам чам-чам-чаллам! – Вторила Маша.

Поскольку она имела склонность к языкам и, как следствие, хороший слух, дело пошло быстро. Вскоре дерево начало светиться изнутри. Постепенно сияние усиливалось и словно обволакивало её и Изгоя. В какой-то момент они оказались вдвоём в сияющем шаре, нанизанном на ствол дерева, который вскоре начал заполняться жидкостью, по виду напоминавшей чуть зеленоватую воду.
- ЭКСТРАКТ! ЭКСТРАКТ! ЧАМ-ЧАМ-ЧАМ ЧАМ-ЧАМ-ЧАЛЛАМ! – Закричал в экстатическом восторге Изгой.
- Что делать дальше?! Чам-чам-чам чам-чам-чаллам! – Спросила Маша, пытаясь его перекричать.

- ЕГО, ВЫПИВ СЕЙ ЖЕ ЧАС,
СВОЙ ОТКРОЕШЬ ТРЕТИЙ ГЛАЗ
ЧТОБ ЛЮБИМОГО СПАСТИ –
МЫСЛЬ О СМЕРТИ ДОНЕСТИ

У ДОРОГИ ВСТАНЕТ ОН
ЕЮ СИЛЬНО ПОТРЯСЁН
НО ПРИЧИНЫ НЕ ПОЙМЁТ
ПОТОМУ ЧТО ИДИОТ
- ЧАМ-ЧАМ-ЧАМ ЧАМ-ЧАМ-ЧАЛЛАМ!

Выслушав последние наставления Изгоя, Маша быстро наклонилась и зачерпнула экстракт обеими ладонями. Изгой также достал из-под пальто бурдюк и, ехидно ухмыляясь в усы непрактичности Маши, начал с бульканьем его наполнять. Маша же, радуясь, что успела зачерпнуть экстракт до того, как Изгой опустил в него свой бурдюк, быстро поднесла ладони к лицу и выпила содержимое в несколько жадных глотков.
To‘liq o‘qish
Всеотечество 14 Sep 2017, 01:57
Всеотечество 14 Sep 2017, 01:53
– Доктор Шитман прямо сейчас истекает кровью в операционной. Через 5 минут его ждёт остановка сердца. После того как он уйдет, пройдут месяцы, прежде чем его последователи смогут разобраться в его записях и поймут перспективы его открытия. К тому моменту Ваня уже будет разобран на органы, а его пердак будет утилизирован вместе с другими медицинскими отходами. То есть всего каких-то полчаса назад при помощи обычных ножниц, ты обрубила нити энтропии Любви, пусть и не вполне традиционной, и юмора, с этой Любовью связанного.
– Ура-а-а. – Саркастически протянула Маша. – Только что мне с того? С минуты на минуту сюда придёт эта баба со своими санитарами. И я боюсь даже думать о том, что они со мной сделают.
– Куда они придут?
– В Карцер.
– Карцера не существует.
– А что же существует?
– Любовь. – Ответил голос.
– Но где я? – Спросила Маша.
– Ты находишься в канале между мирами.
– Между мирами?
– Да. Есть великое множество миров. В одних вы с Ваней занимаетесь бешеным сексом, в других – это делают карлики и их слуги, а в третьих – вы с Ваней состоите в студенческой корпорации, и он, измученный воздержанием, пишет на тебя эротические пасквили, пока ты егозишь на Кипре. За то, что ты сделала сегодня, я не могу оставить тебя на растерзание этой несчастной старухе. Если хочешь, через этот канал я могу перенести тебя в любой из перечисленных миров.
– Как Вы сможете это сделать?
– Я – создатель этого канала и мне это не составит труда.
– А что останется в этом мире, после того как я его покину?
– Ничего. Ты исчезнешь без следа, как, например, твой друг, оказавшийся здесь незадолго до тебя. Все будут считать, что ты пропала без вести.
– Степан был здесь?
– Да. Его бросили сюда час назад за то, что он много пиздел. Собственно каловые массы в ведре принадлежат ему, как и эта надпись на стене, ставшая результатом нашей недолгой, но увлекательной беседы.
– Надпись?
– Ты нащупала её руками на стене напротив двери, когда сюда попала: KARZERUS BOCUM GOIDAMUS CALLALUM.
– И где он теперь?
– Я забрал его в мир, где он сможет безнаказанно пиздеть на других в анонимном чате. Таков был его выбор.
Маша задумалась. С одной стороны в этом мире её больше не ждало ничего хорошего. С другой – здесь по-прежнему были её родственники и друзья. В другом мире это будут уже другие люди. Да и Ваня из другого мира – будет ли он таким же, каким он был в этом?
– А нельзя ли мне остаться в этом мире, но лишь немного его изменив? – С надеждой спросила Маша.
– Хочешь любимому жизнь спасти?
– Да. – Тихо ответила Маша.
– Да будет так. Я отправлю тебя назад. Там ты встретишь Изгоя. Ты уже видела его раньше. Следуй его указаниям во всём и сможешь спасти и Ваню от гибели, и Любовь от энтропии.
– Спасибо! – Радостно воскликнула Маша.
– Не то, дитя моё. Скажи как положено.
– KARZERUS BOCUM GOIDAMUS CALLALUM!
– ГОЙДА! – Громогласно взревел Голос, вздымая пространство-время.
To‘liq o‘qish
Всеотечество 14 Sep 2017, 01:53
Успокоившись, Маша поднялась на ноги и начала ощупывать стены, в надежде отыскать хоть что-нибудь, что могло бы связать её с внешним миром. Ничего – только кафель, и бетонные стены испещрённые непонятными бороздами. Даже низкий потолок – и тот не имел ни крючка, ни провода для лампочки. Обессилев, Маша, села на корточки, прижавшись спиной к относительно тёплой двери.
– Ничего. – Прошептала она. – Здесь нет ничего.
– Где здесь? – Вдруг раздался голос в темноте.
– В К-карцере? – Заикаясь от неожиданности то ли спросила, то ли ответила Маша.
– Карцера не существует. – Ответил Голос.
– Кто Вы? – Спросила Маша, старательно вглядываясь в темноту и шаря в воздухе руками.
– А ты кто? – Требовательно спросил Голос.
– Я – Маша.
– Почему ты здесь оказалась, Маша?
Маша поднялась и вновь начала кружиться по комнате, расставив руки в разные стороны в попытках найти собеседника.
– Я приехала к своему… любимому в больницу. Доктор хотел разобрать его на органы и ставить эксперименты на нём… и других людях. Я попыталась остановить его, и у меня, кажется, получилось, но за это меня схватили, избили и бросили сюда. И вот я здесь.
После последней фразы Маша подняла руки наверх и несколько раз провела ладонями по потолку – ничего.
– Но это ведь только конец истории, Маша. Почему ты не рассказала ни про то, как собиралась сегодня утром на свидание, ни про то, как Ивана сбили возле парка, ни про отделение полиции?
– Откуда Вы…
Маша судорожно ухватилась за голову. «Господи, неужели я так сильно ударилась головой» – испугалась она и закрыла уши ладонями.
– Бу-бу-бу бу-бу-бу – доносилось из темноты.
Маша робко приоткрыла уши.
– Ты дура что ли? – Спросил Голос. – Тебя, конечно, сильно ударили, но не настолько, чтобы так радикально повредить лобные доли.
– Но зачем… Что вообще здесь происходит?! – В нетерпении воскликнула Мария.
– Где здесь?
– В Карцере!
– Карцера не существует.
– В морге?!
– Морга не существует.
– В больнице? – устало спросила Маша, уже зная, каков будет ответ, и снова села на корточки, оперевшись на дверь.
– Больницы тоже не существует.
– А что же существует?
– Почему ты здесь оказалась, Маша? – Требовательно спросил голос.
– Я… Я проснулась этим утром, чтобы пойти на свидание с Ваней. Я просто хотела пообщаться с ним вживую, услышать его голос, посмотреть в его глаза. А тут всё это произошло. Я не знаю почему. Я не понимаю. Я не понимаю, почему, стоит мне влюбиться в кого-нибудь, этот мир пытается это разрушить. Я этого не заслужила… Это нечестно. Просто нечестно.
– В мире нет справедливости, кроме той, что присуща человеку. Мир холоден. Мораль и, в частности, чувство справедливости – это то, что возникает в ответ на несправедливость мира.
– Охуенная философия. – Безучастно ответила Маша.
– Другой у меня для тебя нет. – Ответил Голос, немного сконфузившись, – Но факт остаётся фактом: Нет тьмы – есть отсутствие света. Нет холода – есть отсутствие тепла. Миру свойственна энтропия, и это касается не только физических величин, но и Любви. Поэтому ты здесь.
– Что?
– «Ничто» не существует. На то оно и «Ничто». Есть «Любовь», «Нелюбви» нет. Мир стремится к энтропии и Любовь, как и всё сущее, истончается, обесценивается, низводится к физической составляющей и потому слабеет. У этого процесса есть слуги, вроде доктора Шитмана, который, думая, что служит любви, чуть не лишил 5% людей социальных и физиологических барьеров, преодолевая которые, они могли свою любовь усилить. Я уж молчу про то, что, реализация его проекта также бы неизбежно уничтожила целый пласт юмора, связанного с гомосексуальностью, выведя её из природной тени и поставив её в один ряд с гетеросексуальностью. Досталось бы всем. Если бы, конечно, не ты.
– Если бы не я?
To‘liq o‘qish
Всеотечество 14 Sep 2017, 01:52
К тому моменту, когда санитары ворвались в палату, Маша уже отрешённо мыла руки в раковине у входа. В углу в постепенно растущей луже крови конвульсивно подёргивался доктор Шитман, поскуливая и зажимая руками свой раскуроченный зад.
Маша не сопротивлялась, когда двое огромных санитаров схватили её сбоку за руки и за ноги и под истошные крики медсестры: "В холодную, в холодную её!" - потащили её в подвал морга.
Навстречу им уже бежали дежурный врач и встревоженные медсёстры с каталкой.
Прежде чем её вынесли на лестницу, Маша успела услышать протяжное "Ебааать" врача, по-видимому, заглянувшего в палату.

Когда они спустились вниз, Маше ударило в лицо холодом, ярким светом, запахом формалина и кулаком Илоны Сергеевны. Удар вернул Маше ощущение реальности происходящего.
– Ах, ты, блядина, ты что натворила?
Маша в ужасе смотрела то на медсестру, то на сизые тела, лежавшие позади неё. Она не могла вспомнить ни единого слова.
– Ты! Хоть! Осознаешь! Что! Ты! Натворила! – Кричала медсестра, сопровождая каждое слово ударами в живот.
Маша отзывалась стонами. К счастью для Маши, Илона Сергеевна была пожилой женщиной и быстро запыхалась и устала.
– Бросьте её в Карцер. – Сказала медсестра, отдышавшись. - Пусть там посидит ночку в своём говне.
Затем, схватив морщинистой рукой Машу за подбородок, прохрипела, глядя ей в глаза:
– И не думай, что я так просто отдам тебя ментам. Не надейся, мразь. Мне терять нечего.
Медсестра оттолкнула голову Маши и вышла из морга.

Санитары протащили Машу через весь морг до двери, по виду напоминавшей вход в кладовую. Они поставили её на ноги. И пока один держал её сзади за руки, а другой открывал дверь, Маша успела увидеть крохотное квадратное помещение с кафельным полом, выкрашенными в тошнотворный зелёный цвет стенами и ведром в дальнем углу. Санитар, стоявший сзади, пинком ноги отправил Машу внутрь, после чего та влетела в противоположную двери стену, ударилась об неё лбом и тихонько сползла на пол. С глухим звуком захлопнулась дверь, и комната погрузилась во тьму. Резко щёлкнул замок – это был последний звук, который Маша услышала снаружи.
Она сидела на холодном полу у стены, поджав колени. От ведра доносился резкий запах аммиака и испражнений. Резкий спазм согнул Машино тело, но, так как она за весь день ничего не ела, её вырвало одной лишь желчью. Спазмы накатывали один за другим, но безрезультатно. Спустя несколько минут они стали утихать, и через какое-то время стихли совсем.
To‘liq o‘qish
Всеотечество 12 Sep 2017, 16:24
Всеотечество 12 Sep 2017, 00:59
- Он... мучился?
- Он ушёл быстро, без боли. Вероятно, даже не успел осознать что произошло. Нам повезло, что его привезли так быстро - по крайней мере, удалось спасти очень ценный материал. - Произнёс мужчина и тут же осёкся.
- Материал?! Он для Вас материал? - Возмутилась Маша.
- Барышня, послушайте. Ваш друг умер, и его уже не спасти. Но это учреждение является уникальным, и, используя его органы и ткани, мы сможем не только привлечь средства для лечения тех, кого ещё можно спасти, но произвести прорыв в медицине. Мы сможем улучшить качество жизни миллионов людей - и всё благодаря Вашему другу.
- О чём вы говорите?
- Ваш друг умер молодым и здоровым, у него очень редкая группа крови, а организм практически не подвергался воздействию алкоголя и наркотических веществ. Уже одно это делает его... очень ценным для нас.
- А есть что-то ещё?
- Мы провели необходимые анализы и осмотры, и обнаружили у Вашего друга интересную генетическую аномалию, способную радикально улучшить сексуальную жизнь примерно 5% населения планеты. Потенциально конечно.
- Вы говорите о его... кхм.
- О! Нет-нет! - Предупредительно замахал руками Шитман младший. Размер его гениталий более чем скромен и не представляет научного интереса, если Вы конечно не интересуетесь Японской культурой, а в частности, Нэцкэ.
(Маша интересовалась).
- Я говорю о необычных свойствах его rectum iri и ani externus.
- О чём?
Доктор презрительно посмотрел на Машу и произнёс, не скрывая апломба:
- Думается мне, в Ваших краях это называют "пердаком". У Вашего друга он феноменальный.
- Что?!
- У него очень эластичные и устойчивые к внешнему воздействию ткани прямой кишки. При этом его анальный сфинктер крепок и подвижен как молодой гепард. Потенциально строение его "пердака" позволит заниматься анальным сексом каждый день на протяжении всей жизни без каких-либо последствий в виде трещин и выпадения прямой кишки.
- И... Что Вы собираетесь с этим делать?
- О! - С энтузиазмом воскликнул доктор. - Когда я впервые осознал, что находится у меня в руках, я едва смог побороть искушение самому лечь под нож и пересадить это сокровище себе. Но потом я понял, что лучше как можно детальней его изучить, расшифровать геном Вашего друга и выращивать его "пердак" в пробирке для куда более широкого рынка. Тем более, что многие будут готовы заплатить немалые деньги за такое удовольствие.
- Это всё из-за денег? А как же память Вани, что думает его семья?
- Не волнуйтесь, они дали своё согласие, при условии, что наше научное открытие будет названо его именем. Ну и конечно они будут получать процент с продаж. Но Вы поймите, его "пердак" поможет миллионам людей. Даже больше! - Доктор возвысил свой голос, и начал активно жестикулировать. - Сняв не только моральные, но и физические ограничения с анального секса "Пердак Жуковского" произведёт не просто сексуальную, но культурную революцию! Вы даже представить не можете, как изменится мир благодаря "Пердаку Жуковского"!
- Медсестра по дороге сюда сказала мне, что Вы используете его органы, чтобы помочь детям.
- Детям? Ну конечно! Мы уже довольно далеко продвинулись в генной инженерии и сможем на стадии зиготы редактировать геном так, чтобы человек уже рождался с "Пердаком Жуковского" и не было необходимости в дальнейшем хирургическом вмешательстве. Если родители заплатят, конечно же. Не думаю, что данная процедура быстро войдёт в обязательную страховку, но это, конечно же, вопрос времени.
Кровь прилила к лицу Маши. Её руки задрожали в ярости. Медленно поднявшись, она взяла с ближайшей тумбочки ножницы, видимо оставленные медсестрой, делавшей перевязку и пошла в сторону доктора. Замечтавшись, он не сразу обратил внимание на надвигающуюся опасность.
- Что Вы... Что Вы делаете? - Спросил он дрожащим голосом.
- Провожу культурную революцию в отдельно взятом "Пердаке Шитмана". - Процедила сквозь зубы Маша и кинулась на застывшего в ужасе доктора.
To‘liq o‘qish
Всеотечество 12 Sep 2017, 00:58
Маша вошла в палату, слабо освещённую закатным солнцем. Внутри раздавался размеренный писк тонометра и тихое жужжание аппарата ИВЛ.
Его она заметила почти сразу. Ваня неподвижно лежал на кушетке возле окна, весь истыканный трубками. Нижняя часть его лица, к счастью, была скрыта кислородной маской, но сливовый оттенок лица и ввалившиеся глазницы красноречиво напоминали о причине Ваниного нахождения в отделении реанимации НИИ прикладной Френологии и экзистенциальной Проктологии им. Шитмана.
Маша подошла к Ване и села на табурет у изголовья кушетки.
- Ванечка, что же они с тобой сделали? - Тихо сказала она и погладила его по предплечью правой руки.
Рука была тёплой и мягкой. Светлые волосы на руке приятно щекотали кончики машиных пальцев.
- Почему, почему тебя? Почему сейчас, когда мы только нашли друг друга?
Маша смотрела на неподвижные кисти рук Вани - ещё совсем недавно они ловко стучали по сенсорному экрану его смартфона, набирая увлекательные истории, которые так нравились ей, набирая шутки, которые смешили её до слёз. Эти руки рисовали самодельные мемы, уморительные в своей плохости. Эти руки строчили подкупающе наивные, но вместе с тем глубокие эссе и заметки, которые погружали её в приятные размышления об искусстве и человеческой природе. Этими пальцами он набирал те важные сообщения, которые так и не решился отправить, возможно, понадеявшись произнести вслух.
Но теперь эти руки лежат без движения, рот превратился в жуткое месиво, а и жизнь, ещё совсем недавно бурлившая в этом молодом теле, покинула его, оставив вместо себя лишь примитивные биологические процессы. Так оставляли свои дома жители Припяти, в спешке эвакуировавшиеся после взрыва на Чернобыльской АЭС.
- Его больше нет. - Раздался скрипучий голос со стороны двери. Маша обернулась - она увидела слегка пожилого мужчину среднего роста. Он стоял у двери в белом халате поверх дорогого коричневого костюма в полоску и сочувственно смотрел на неё. Маша была погружена в свои мысли и не заметила, как он вошёл.
- Шитман, сын. - Представился незнакомец. - Я работал с результатами множества аварий: поверьте, ни один череп в мире не смог бы выдержать такого удара, а уж мы разбираемся в черепах.
To‘liq o‘qish
Всеотечество 10 Sep 2017, 17:45
Маша и Степан в бахилах и белых халатах шли по коридору больницы за дежурной медсестрой.
Это была пожилая женщина, работавшая в больнице дольше чем кто-либо другой из персонала. Её фиолетовые волосы были собраны в пучок и аккуратно убраны под шапочку. Сама шапочка и халат были белоснежные, что говорило о её приверженности делу и крайне ответственному к нему отношению. Морщины же на её суровом лице и большая обвисшая грудь говорили если не о мудрости, то, как минимум, о богатом жизненном опыте. Медсестра, несмотря на возраст, быстрым шагом вела посетителей по коридору и ворчала в сторону Маши через плечо:
- Будь моя воля, я бы Вас вообще не пускала. Да и не положено. Но раз главврач разрешил... Вы кто ему - жена? Что за нужда такая?
- Я подруга... - Робко ответила Маша.
- Шалава, значит. Ну-ну. Вы хоть понимаете куда идёте? Это ре-а-ни-ма-ци-я! - Торжественно произнесла медсестра, выделяя каждый слог. - Там больные за жизнь борятся, а Вы приходите сюда и трипер свой только разносите!
- Зря Вы так, Илона Сергеевна. Вы же её не знаете совсем. - Заметил Степан.
Медсестра остановилась и резко повернулась к нему.
- Так, а ты ещё кто такой, м? - Она придирчиво оглядела Степана с ног до головы.
- Клован значит? Ладно ещё девка. Но клована-то зачем в реанимацию пускать? Тебя в педиатрию надо, детишек развлекать. Здесь твоих кривляний никто не оценит.
- Подождите, какой же я клоун, я...
- Так, а кто же ты? - Перебила его Илона Сергеевна. - Клованские ботинки, клованский костюм. Опять же, накрашен даже сильнее, чем эта проститутка.
- Подождите, подождите, я - философ!
- Чего?! Наркоман что ли? Точно! Где проститутка - там и наркоман.
- Но я не...
- Всё с тобой ясно! Вон, выход там. Давай, шуруй, пока санитаров не позвала!
Степан, поняв, что лучше не спорить, сказал Маше, что будет ждать её у выхода, и быстро зашагал в обратном направлении, стараясь не сорваться на бег.
- Так, а ты чего встала? Давай, пойдём за мной, халатик только запахни, а то, иш, ляхи выставила.
Маша покорно застегнула халат и, опустив глаза, пошла за медсестрой.
- Только я не знаю, на что ты надеешься - сказала Илона Сергеевна. - Он же совсем плохой.
- Я хочу увидеть его в последний раз, прежде чем его... - Сказала Маша, дрожащим голосом.
- Ну-ну. Ты не переживай. Жизнь она своё возьмёт, уж поверь - я знаю о чём говорю. - Смягчилась Илона Сергеевна.
- Я многое здесь повидала и поверь, никогда не знаешь чего нам Господь уготовил. Да, сегодня настал его черёд. А, возможно, уже завтра его органы спасут жизнь маленькой девочке, с врождённым пороком сердца. Или мальчику с лейкемией. Многие всю свою жизнь проживают и не приносят и десятой доли таких плодов. А он, пусть того и не осознавая, для многих семей станет героем.
- Да, наверное... - Сказала Маша.
- Ничего. Ты потом поймёшь. Или, даст Бог, не поймёшь.
Медсестра остановилась у двери:
- Вот его палата, заходи. Если вдруг что - я буду здесь, за дверью. Не шуми только.
To‘liq o‘qish
Всеотечество 10 Sep 2017, 17:40
Всеотечество 10 Sep 2017, 17:40
После того как Сослан вышел, Алексей и Бобби остались в гараже совсем одни.
- Вот про это я и говорил. - Сказал Бобби, восхищённо глядя на шефа.
- Хех, ну да. Опыт. В этом деле важен опыт. Будь рядом, делай что я говорю и ты всему научишься.
- Я боюсь, что таким как Вы мне никогда не стать. Сказал бобби начал в волнении перебирать ключи, оставленные Сосланом.
Алексей нахмурился.
- Вы такой уверенный в себе. Вы подчиняете себе всех вокруг. Вы позвонили Али, и вот он уже бросил всё и бежит сюда. Сейчас Вы позвоните Кубанычбеку и Сапарали и они тоже приедут сюда - не посмеют отказать. Сама действительность подвластна Вам. Вы сказали, что машины не будет, и её не будет. Вы решили, что закон будет слеп, и все мы знаем, что Сослан скоро забудет это происшествие как ужасный сон. Да и сам Сослан - Вы же подчинили его! Вы забрали его машину. Он сам отдал Вам ключи, положив своё мужское эго к Вашим ногам!
После последней фразы разволновавшийся Бобби бросил ключи к маленьким ногам своего шефа.
Алексей уже улыбался, глядя на взволнованного Бобби.
- Подними ключи. - Сказал он, бархатным голосом.
После этого Бобби встал на четвереньки и медленно приблизился к Алексею.
Он поднял ключи и убрал их в задний карман брюк. Глядя на Шефа снизу вверх, Бобби произнёс:
- Вы... Вы подчинили и меня.
Сказав это, он обхватил руками ноги Алексея, прижавшись щекой к его члену, уже набухшему под тканью брюк.
- Бобби, дурень, что ты делаешь? - Спросил Алексей сдавленным голосом.
- То, чего так долго ждал. - Сказал Бобби и, облизнув губы, поцеловал член Алексея через брюки.
- Пожалуйста. - Прошептал он.
- Так чего же ты теперь ждёшь? - Прошептал Алексей и тут же закрыл свой рот ладонями.
- Спасибо, хозяин. - Сказал Бобби и, стыдливо улыбнувшись, начал, расстёгивать ремень шефа.
Как только Бобби справился с ремнём, пуговицей и ширинкой брюк хозяина и стянул их с него до колен вместе с трусами, тут же в его левую щёку упёрлось, непосредственно, хозяйство хозяина. Бобби удивился, он ожидал увидеть член меньших размеров в соответствии с пропорциями Алексея. Но 16,6 см. внесли коррективы в его романтические планы: "Ладно, в жопу - в другой раз." - подумал Бобби и жадно накинулся на Алексееву залупу.
Бобби работал старательно и с любовью. От невероятного возбуждения его рот выделял слюны даже больше чем обычно - она стекала по подбородку на воротник его застёгнутой на верхнюю пуговицу рубашки. Бобби заботливо прятал зубы и не щадил своего горла. Он энергично работал шеей, а Алексей стоял, запрокинув голову наверх, и помогал своему подчинённому, запустив свои маленькие ладошки в его густые волосы.
Через три минуты, Алексей согнулся и, прижав лоб Бобби к своему животу, с громким кряхтением выпустил всю свою любовь и ненависть, накопленную за годы неудачных свиданий. На несколько мгновений оба замерли. Затем, сделав несколько глубоких вдохов-выдохов, Алексей отпустил Бобби, слегка оттолкнув от себя, и начал одеваться.
Бобби, стоя на коленях, сглотнул и, глядя на шефа, плотоядно улыбнулся.
-Ну и пидор же ты, Бобби! - Сказал Алексей, застегнув ремень, и засмеялся. - Давай быстро приведи себя в порядок, пока Али не пришёл.
- Да, хозяин. - Вкрадчиво сказал Бобби и, вытерев губы тыльной стороной ладони, встал с пола и начал отряхиваться.
To‘liq o‘qish
Всеотечество 10 Sep 2017, 17:39
Маша, поблагодарив ещё раз, попрощалась и закрыла дверь. Степан уже ждал её в коридоре, записывая на фронтальную камеру подкаст на фоне информационной доски с фотороботами подозреваемых. Заметив Машу, он убрал телефон и сказал:
- Хорошо, что я ему всё рассказал. Теперь мы до больницы доберёмся в два счёта.
- Ты молодец, Степан.
Степан довольно улыбнулся и уверенным шагом направился к ожидающей их машине.
To‘liq o‘qish
Всеотечество 10 Sep 2017, 17:38
- "После чего скрылся с места происшествия, не снижая скорость". - Верно?
- Да, Верно.
Раздался звук работающего принтера. Капитан Перминский взял распечатанный протокол опроса свидетелей и положил его перед Машей.
Была вторая половина рабочего дня, но сушняк последствия вчерашних возлияний всё ещё не отпускали капитана. Всё ещё очень хотелось пить, звук работающего принтера причинял почти физическую боль, а хлопоты, связанные сделом мудака на грейт волле, не давало возможности принять лекарство. Это был один из тех немногих случаев, когда Капитан Илья Перминский ощущал преступника своим личным врагом.
- Хорошо, тогда, пожалуйста, прочитайте ещё раз сами. Если всё верно, то внизу, сразу под текстом напишите: "С моих слов записано верно" - потом подпись и расшифровку.
- Хорошо.
- И на этой странице, пожалуйста распишитесь, что вы предупреждены и осознаёте ответственность за дачу ложных показаний.
Капитан сел за своё рабочее место. Маша погрузилась в чтение протокола. Она впервые находилась в отделении милиции, а тут ещё и ответственность за показания. Она разволновалась и мысли путались в её голове. Ей приходилось по нескольку раз перечитывать каждое предложение, прежде, чем у неё получалось вникнуть в суть.
- Всё в порядке? - Участливо спросил капитан - Может быть воды стаканчик?
Если после первого вопроса Маша вздрогнула, то второй восприняла с облегчением:
- Да, пожалуйста.
Капитан подошёл к графину, стоявшему на полке шкафа, служившей буфетом. На дне графина лежали две серебряные монеты. Сам графин был почти пуст.
- Я выйду на минуту, Вы пока изучайте - я скоро. - Капитан взял графин и вышел из кабинета.
Через несколько секунд в кабинет заглянул Степан:
- Ну чего ты копаешься?
- Протокол...
- Да подписывай эту мерзь и всё. Тут дело посерьёзней. Я тут с родными Вани связался. Они в больнице сейчас.
- Что с ним?
- Мне очень жаль, но у Вани диагностировали смерть мозга и они собираются подписывать отказ от реанимации.
- Неужели ничего нельзя сделать?
- Насколько я знаю, эта Срань не лечится. Если хочешь успеть попрощаться, нам надо срочно выходить. Больница скоро закроется для посетителей, а потом его разберут на органы.
- О, Боже. - Сказала Маша и заплакала. Впервые за весь день.
В этот момент вернулся пободревший капитан с наполненным графином с водой.
- Так, что здесь происходит? - энергично спросил он, наполняя стакан воды, и посмотрел на Степана.
Он отдал стакан с водой Маше, та начала пить судорожными глотками. Степан повторил, что узнал из телефонного разговора.
- Вот - возьмите. - Капитан протянул Маше свой носовой платок.
Маша взяла платок и акуратно начала промакивать слёзы.
- Ну смотрите, сегодня я Вас мучить больше не буду. Вот запишите мой телефон на всякий случай. Ваши у меня есть. Вы знаете куда его отвезли?
- Да - ответил Степан. - в городскую больницу #14/88.
- Понятно.
Капитан Перминский поднял трубку стационарного телефона, стоявшего у него на столе и нажал кнопку быстрого вызова:
- Дежурный, есть машина свободная? Двух ребят свидетелей надо до больнички подбросить.
- Ага. До Шитманской. Да, на моё имя.
- Спасибо. С меня как обычно.
- Так смотрите. - Начал капитан бархатным и уверенным тоном. - Сейчас выйдете на улицу - там будет девяностодевятка с номером 223. Внутри будет сержант. Скажите, что от капитана Перминского. Он вас довезёт куда нужно.
- Спасибо большое. - Прошептала Маша, всё ещё вытирая катящиеся слёзы платком капитана.
- Спаибо. - Сказал Стёпан
- Протокол только не забудьте подписать.
- Да-Да, конечно. - Сказала Маша, поставила подпись, отдала распечатку капитану и пошла к выходу. У выхода она остановилась, повернулась и ещё раз сказала:
- Скажите, а велосипед...
- Можете оставить у дежурного. Заберёте как сможете. С ним ничего не станет, я обещаю.
- Большое Вам спасибо. Вы такой добрый.
- Ничего-Ничего. - Ответил капитан, несколько смутившись. - Просто делаем нашу работу. Не думайте, что мы тут только и делаем, что граждан обуваем, да взятки берём. - Усмехнулся он. - А сейчас идите, Вас ждут уже.
To‘liq o‘qish
Всеотечество 10 Sep 2017, 17:38
Алексей повесил трубку и поймал на себе восхищённый взгляд Бобби. Подмигнув ему, он крикнул Сослану:
- Чего застрял? Ты там барсетку ищёшь или клитор? Реще давай. Дела надо делать.
Сослан вылез из машины. В левой руке он держал барсетку, в правой руке - катану в чёрных ножнах.
- Папа из Норвегии привёз. - Пояснил Сослан дрожащим голосом.
"Что же он тебя ей не зарубил?" - подумал Алексей, но в слух сказал:
- Ладно, можешь забрать. Но только заверни её во что-нибудь, и в ментовку не вздумай тащить.
- Что же я - совсем дебил? - Обиженно спросил Сослан и, вытерев стекающую соплю рукавом, вышёл на улицу.
To‘liq o‘qish