Размышления по следам вчерашней презентации Лаборатории
Несколько месяцев моя личная терапия как-то касалась темы проявленности. Способы работать с этой темой, которые так или иначе попадались на просторах интернета, мне не близки, так как меня не покидало ощущение, что что-то принципиально важное упускается из виду.
А принципиально важным оказался тот факт, что я (и все мы) уже проявлена прямо сейчас. Проблема не в том, как мне это сделать (это уже «сделано» фактом моего бытия в теле), а в том, как мне осознать, признать и принять этот факт. И с чем мне придется встретиться, признавая этот факт (например, с тем, что меня видно со всеми моими несовершенствами прямо сейчас).
На презентации я предложила участникам просто посмотреть на экран и увидеть друг друга. Увидеть тех, кто с включенной камерой и увидеть тех, кто без камеры. Осознать факт наличия живых людей в нашем пространстве. Такое, казалось бы, простое предложение. Но что можно заметить, если я «вдруг» замечаю других? Что и меня тоже видно.
Странное дело, правда? Вроде же очевидно, что мы и так видим друг друга.
На курсе по философии сознания мы разбирали такой феномен как перцептивная слепота (и эксперименты про «невидимую гориллу»)
То есть, имея возможность видеть (буквально, благодаря наличию зрения), мы можем не замечать, не распознавать что-то. Например, других людей. Отсюда в разные стороны можно повести дальнейшее размышление. Одна из сторон будет про то, что тогда может оказаться, что и меня может быть «видно».
В таком свете темы проявленности и видимости ведут уже не по пути «сколько контента в день мне надо делать, чтобы меня увидели» (например), а по пути исследования и принятия своей уязвимости. В моем случае все сюда и пришло — ведь не только участники смотрели друг на друга, но и я тоже была видима другими.
И дальше происходит красивый поворот в сторону того, а могу ли я сама себя увидеть. Это как раз в сторону принятия уязвимости. Принятия того факта, что я прихожу в контакт с другими такая, вот какая есть прямо сейчас. Да, я могу, конечно, продолжать что-то делать с собой, чтобы становиться лучше, но в любой момент времени я все равно прихожу такая, какая есть. Так вот могу ли я сама себя увидеть в том, что есть прямо сейчас и не отворачиваться?
Вот такой вот поворот: проявленность как способность «увидеть себя» и не отворачиваться.
В каком-то смысле это про контакт с собой в первую очередь, со своей уязвимостью, ограниченностью, конечностью и несовершенством. Чувствую, что отсюда, как раз из этого состояния и возможна близость и тот самый контакт с Другим.
Несколько месяцев моя личная терапия как-то касалась темы проявленности. Способы работать с этой темой, которые так или иначе попадались на просторах интернета, мне не близки, так как меня не покидало ощущение, что что-то принципиально важное упускается из виду.
А принципиально важным оказался тот факт, что я (и все мы) уже проявлена прямо сейчас. Проблема не в том, как мне это сделать (это уже «сделано» фактом моего бытия в теле), а в том, как мне осознать, признать и принять этот факт. И с чем мне придется встретиться, признавая этот факт (например, с тем, что меня видно со всеми моими несовершенствами прямо сейчас).
На презентации я предложила участникам просто посмотреть на экран и увидеть друг друга. Увидеть тех, кто с включенной камерой и увидеть тех, кто без камеры. Осознать факт наличия живых людей в нашем пространстве. Такое, казалось бы, простое предложение. Но что можно заметить, если я «вдруг» замечаю других? Что и меня тоже видно.
Странное дело, правда? Вроде же очевидно, что мы и так видим друг друга.
На курсе по философии сознания мы разбирали такой феномен как перцептивная слепота (и эксперименты про «невидимую гориллу»)
Перцепти́вная слепота (perceptual blindness) — это психологическая неспособность обращать внимание на какой-либо объект, которая не относится к проблемам со зрением и носит исключительно психологический характер. Явление также может быть определено как неспособность индивида увидеть неожиданно возникший в поле зрения раздражитель. (Википедия)
То есть, имея возможность видеть (буквально, благодаря наличию зрения), мы можем не замечать, не распознавать что-то. Например, других людей. Отсюда в разные стороны можно повести дальнейшее размышление. Одна из сторон будет про то, что тогда может оказаться, что и меня может быть «видно».
В таком свете темы проявленности и видимости ведут уже не по пути «сколько контента в день мне надо делать, чтобы меня увидели» (например), а по пути исследования и принятия своей уязвимости. В моем случае все сюда и пришло — ведь не только участники смотрели друг на друга, но и я тоже была видима другими.
И дальше происходит красивый поворот в сторону того, а могу ли я сама себя увидеть. Это как раз в сторону принятия уязвимости. Принятия того факта, что я прихожу в контакт с другими такая, вот какая есть прямо сейчас. Да, я могу, конечно, продолжать что-то делать с собой, чтобы становиться лучше, но в любой момент времени я все равно прихожу такая, какая есть. Так вот могу ли я сама себя увидеть в том, что есть прямо сейчас и не отворачиваться?
Вот такой вот поворот: проявленность как способность «увидеть себя» и не отворачиваться.
В каком-то смысле это про контакт с собой в первую очередь, со своей уязвимостью, ограниченностью, конечностью и несовершенством. Чувствую, что отсюда, как раз из этого состояния и возможна близость и тот самый контакт с Другим.