Противник осваивает применение дронов-перехватчиков с морских и воздушных носителей
С катера и самолёта
В сети появились кадры запусков вражеских малогабаритных беспилотных истребителей по российским БпЛА. В частности, ВСУ заявили о дебютном применении дронов-перехватчиков с палубы БЭКа.
В начале апреля противник сообщал, что для задач ПВО был адаптирован безэкипажный катер Magura V5. Данное плавсредство оснащается контейнерами для запусков, предположительно, шести дронов-перехватчиков Sting.
Управление катером осуществляется через комбинацию Starlink и mesh-сетей, а для управления самими БпЛА враг имеет возможность использовать систему Hornet Vision Ctrl, которая позволяет оператору находиться за сотни километров.
Также неприятель показал боевое применение дронов-перехватчиков P1-SUN и AS3 MEROPS с борта лёгкого турбовинтового самолёта типа Ан-28.
В этом эпизоде за обнаружение целей отвечала мультиспектральная оптико-электронная станция, а сами операторы беспилотников находились внутри воздушного судна. Ранее единственным антидроновым оружием самолёта был многоствольный 7,62-мм пулемёт M134D.
Динамика перемен
В конце марта главком ВСУ Александр Сырский заявил, что украинские формирования будут получать существенно больше дронов-перехватчиков. Одновременно он анонсировал «организационные изменения».
К слову, с прошлого месяца в составе воздушных сил ВСУ появилось специальное управление, которое отвечает за развитие малой ПВО. Речь идёт о Командовании сил непосредственного противовоздушного прикрытия (КСНПП).
Враг стремительно совершенствует архитектуру антидроновой защиты и уплотняет её, осваивая новые среды запусков перехватчиков.
Если противник сохранит такую динамику технологических и организационных изменений, то в ближайшей перспективе развернёт морской компонент малой ПВО, а в воздух будет поднимать уже беспилотные носители дронов-перехватчиков и недорогих ракет.
Подписывайтесь на ЦБСТ в MAX
С катера и самолёта
В сети появились кадры запусков вражеских малогабаритных беспилотных истребителей по российским БпЛА. В частности, ВСУ заявили о дебютном применении дронов-перехватчиков с палубы БЭКа.
В начале апреля противник сообщал, что для задач ПВО был адаптирован безэкипажный катер Magura V5. Данное плавсредство оснащается контейнерами для запусков, предположительно, шести дронов-перехватчиков Sting.
Управление катером осуществляется через комбинацию Starlink и mesh-сетей, а для управления самими БпЛА враг имеет возможность использовать систему Hornet Vision Ctrl, которая позволяет оператору находиться за сотни километров.
Также неприятель показал боевое применение дронов-перехватчиков P1-SUN и AS3 MEROPS с борта лёгкого турбовинтового самолёта типа Ан-28.
В этом эпизоде за обнаружение целей отвечала мультиспектральная оптико-электронная станция, а сами операторы беспилотников находились внутри воздушного судна. Ранее единственным антидроновым оружием самолёта был многоствольный 7,62-мм пулемёт M134D.
Динамика перемен
В конце марта главком ВСУ Александр Сырский заявил, что украинские формирования будут получать существенно больше дронов-перехватчиков. Одновременно он анонсировал «организационные изменения».
К слову, с прошлого месяца в составе воздушных сил ВСУ появилось специальное управление, которое отвечает за развитие малой ПВО. Речь идёт о Командовании сил непосредственного противовоздушного прикрытия (КСНПП).
Враг стремительно совершенствует архитектуру антидроновой защиты и уплотняет её, осваивая новые среды запусков перехватчиков.
Если противник сохранит такую динамику технологических и организационных изменений, то в ближайшей перспективе развернёт морской компонент малой ПВО, а в воздух будет поднимать уже беспилотные носители дронов-перехватчиков и недорогих ракет.
Подписывайтесь на ЦБСТ в MAX