...Однажды мой отец высказал пронзительную и страшную мысль:
«В главном параде в честь Дня Победы 24 июня 1945 года участвовало десять тысяч солдат и офицеров армий и фронтов. Прохождение парадных „коробок“ войск продолжалось тридцать минут. И знаешь, о чем я подумал? За четыре года войны потери нашей армии составили почти девять миллионов убитых. И каждый из них, отдавших Победе самое драгоценное — жизнь! — достоин того, чтобы пройти в том парадном строю по Красной площади. Так вот, если всех погибших поставить в парадный строй, то эти „коробки“ шли бы через Красную площадь девятнадцать суток…»
И я вдруг, как наяву, представил этот парад.
Парадные «коробки» двадцать на десять.
Сто двадцать шагов в минуту.
В обмотках и сапогах, шинелях, «комбезах» и телогрейках, в пилотках, ушанках, «буденовках», касках, бескозырках, фуражках.
И девятнадцать дней и ночей через Красную площадь шел бы этот непрерывный поток павших батальонов, полков, дивизий. Парад героев, парад победителей.
Задумайтесь!
Девятнадцать дней!..
(В. Шурыгин)
«В главном параде в честь Дня Победы 24 июня 1945 года участвовало десять тысяч солдат и офицеров армий и фронтов. Прохождение парадных „коробок“ войск продолжалось тридцать минут. И знаешь, о чем я подумал? За четыре года войны потери нашей армии составили почти девять миллионов убитых. И каждый из них, отдавших Победе самое драгоценное — жизнь! — достоин того, чтобы пройти в том парадном строю по Красной площади. Так вот, если всех погибших поставить в парадный строй, то эти „коробки“ шли бы через Красную площадь девятнадцать суток…»
И я вдруг, как наяву, представил этот парад.
Парадные «коробки» двадцать на десять.
Сто двадцать шагов в минуту.
В обмотках и сапогах, шинелях, «комбезах» и телогрейках, в пилотках, ушанках, «буденовках», касках, бескозырках, фуражках.
И девятнадцать дней и ночей через Красную площадь шел бы этот непрерывный поток павших батальонов, полков, дивизий. Парад героев, парад победителей.
Задумайтесь!
Девятнадцать дней!..
(В. Шурыгин)