Почему нам так страшно нуждаться в другом?
Когда самодостаточность становится одиночеством
Фильм «Нефть» обычно воспринимают как фильм о капитале, власти, религии, американской мечте. Но мне кажется, внутри всего этого есть гораздо более интимная история о человеке, который пытается устроить свою жизнь так, чтобы никогда больше ни от кого не зависеть.
Дэниел Плэйнвью с первых минут существует в мире выживания. Он падает, ломается, выбирается сам. Его тело как будто раньше всякой мысли знает: если тебе что-то нужно, добудь это сам. И дальше вся его жизнь строится вокруг этой логики. Землю можно пробурить, нефть выкачать, деньги накопить, влияние усилить. Всё, от чего зависит его жизнь, хочется устроить так, чтобы источник находился в его собственных руках и не мог передумать.
С человеком всё устроено иначе. Другой может любить тебя и всё равно иметь свою жизнь. Может отдалиться, выбрать что-то своё, не ответить так, как тебе нужно. И тогда простая фраза «ты мне нужен» вдруг становится очень опасной. Потому что вместе с ней приходится признать: что-то жизненно важное для меня находится не у меня.
Наверное, поэтому Плэйнвью постепенно переносит на людей тот же способ обращения, который работает с землёй. Ему всё труднее оставаться в положении человека, который ждёт ответа, переживает потерю или признаёт, что кто-то ему нужен. Контроль и независимость оказываются гораздо привычнее. И самое страшное, что этот способ действительно работает: он становится сильнее, богаче, свободнее от других людей.
Только в какой-то момент выясняется, что самодостаточность тоже может стать ловушкой. Если всю жизнь защищаться от зависимости, можно однажды обнаружить, что рядом почти никого не осталось. Опасность давно закончилась, но внутренний приказ «выживай» продолжает звучать.
В этом смысле «Нефть» для меня не столько про жадность, сколько про очень человеческую фантазию: завладеть источником, чтобы больше никогда ни в ком не нуждаться.
И, может быть, трагедия Плэйнвью в том, что он действительно научился прекрасно выживать. Только жить после этого оказалось уже невозможно.
#эфирывдоме
Когда самодостаточность становится одиночеством
Фильм «Нефть» обычно воспринимают как фильм о капитале, власти, религии, американской мечте. Но мне кажется, внутри всего этого есть гораздо более интимная история о человеке, который пытается устроить свою жизнь так, чтобы никогда больше ни от кого не зависеть.
Дэниел Плэйнвью с первых минут существует в мире выживания. Он падает, ломается, выбирается сам. Его тело как будто раньше всякой мысли знает: если тебе что-то нужно, добудь это сам. И дальше вся его жизнь строится вокруг этой логики. Землю можно пробурить, нефть выкачать, деньги накопить, влияние усилить. Всё, от чего зависит его жизнь, хочется устроить так, чтобы источник находился в его собственных руках и не мог передумать.
С человеком всё устроено иначе. Другой может любить тебя и всё равно иметь свою жизнь. Может отдалиться, выбрать что-то своё, не ответить так, как тебе нужно. И тогда простая фраза «ты мне нужен» вдруг становится очень опасной. Потому что вместе с ней приходится признать: что-то жизненно важное для меня находится не у меня.
Наверное, поэтому Плэйнвью постепенно переносит на людей тот же способ обращения, который работает с землёй. Ему всё труднее оставаться в положении человека, который ждёт ответа, переживает потерю или признаёт, что кто-то ему нужен. Контроль и независимость оказываются гораздо привычнее. И самое страшное, что этот способ действительно работает: он становится сильнее, богаче, свободнее от других людей.
Только в какой-то момент выясняется, что самодостаточность тоже может стать ловушкой. Если всю жизнь защищаться от зависимости, можно однажды обнаружить, что рядом почти никого не осталось. Опасность давно закончилась, но внутренний приказ «выживай» продолжает звучать.
В этом смысле «Нефть» для меня не столько про жадность, сколько про очень человеческую фантазию: завладеть источником, чтобы больше никогда ни в ком не нуждаться.
И, может быть, трагедия Плэйнвью в том, что он действительно научился прекрасно выживать. Только жить после этого оказалось уже невозможно.
#эфирывдоме