💠 Плохо знают английский, не донатят ВСУ и не зовут себя россиянами: портрет российской эмиграции
В конце 2024 года появилось сразу несколько исследований эмигрантов, покинувших Россию после начала полномасштабной войны в Украине.
«Ковчег» публикует основные выводы из исследований ассоциации Social Researchers Across Borders, организации Social Foresight Group, Французского Института Международных Отношений и ICDS — International Centre for Defence and Security.
🔹 Волна эмиграции после 24 февраля 2022 разнородна по ценностям, взглядам и отношению к режиму: не все до отъезда были настроены против Путина и путинизма. Одни уехали чтобы выразить протест против политики Кремля, другие — чтобы сохранить и продолжить развивать свой бизнес, третьи задумались о будущем детей и уехали ради новых возможностей для них и для себя.
🔹 Некоторые выехали ненадолго, из-за мобилизации — не хотели убивать или быть убитыми. Другие задумывались об отъезде и до войны, и после 24 февраля окончательно решились — уехали и не намерены возвращаться.
🔹 86% эмигрантов новой волны моложе 45 лет, и 80% имеют высшее образование — тогда как в среднем по России высшее образование есть у 27% населения;
🔹 Большинство идентифицируют себя не по признаку гражданства («мы — россияне»), а по профессии, религии или этносу: «мы — айтишники», «мы — актёры», «мы — буряты», «мы — мусульмане», «мы — башкиры».
🔹 Почти ни у кого из респондентов не было паспорта другой страны, а загранпаспорт появился только перед отъездом. При этом никто из участников исследования не стремится податься на беженство или получать пособие от иностранного государства: люди стремятся к независимости и достатку.
🔹 Эмигрантов новой волны отличает готовность рисковать, чувство внутренней опоры, энергия, несгибаемость — ресурс жить полной жизнью, а не выживать в новой стране.
🔹 В среде преобладает скептическое отношение к пожертвованиям ВСУ — при этом эмигранты считают, что «Прекрасная Россия будущего» возможна только если Кремль потерпит поражение на поле боя. Самая распространённая причина скепсиса — эмигранты заняты адаптацией, и отодвигают политику на второй план.
🔹 Около 60% — 70% респондентов либо испытывают серьёзные сложности в коммуникации, либо совсем не знают английского. Остальные учат второй и третий язык, в надежде через 5–10 лет найти работу в Германии или Испании. А ещё были те, кто готовились к нелегальному переходу границы с Мексикой — они учили тюремный английский.
🔹 Новая волна эмиграции более успешна в поиске работы — айтишники легко получают оффер без знания местного языка, а гуманитарии переучиваются, в том числе — за счёт государств или НКО. Менее благополучными выглядят жёны релоцировавшихся специалистов — мужья сохранили доход, привычное окружение и ритм жизни, тогда как супруги теряли друзей и карьеру.
🔹 Треть опрошенных вернулась в Россию. Причины: не справились с бюрократией, не смогли выучить язык, не удалось перевезти семью, не нашли работу.
🔹 Те, кто за все 3 года не приезжал домой, чаще говорят о том, что, вероятнее всего, не вернутся уже никогда. Они редко читают российские новости, не соглашаются на удалённую работу в России, меньше говорят на русском — даже дома, и меняют имена на иностранные.
ℹ️ Прочитать об этих исследованиях подробнее можно здесь, здесь и здесь.
💙 Подпишись на наш канал
В конце 2024 года появилось сразу несколько исследований эмигрантов, покинувших Россию после начала полномасштабной войны в Украине.
«Ковчег» публикует основные выводы из исследований ассоциации Social Researchers Across Borders, организации Social Foresight Group, Французского Института Международных Отношений и ICDS — International Centre for Defence and Security.
🔹 Волна эмиграции после 24 февраля 2022 разнородна по ценностям, взглядам и отношению к режиму: не все до отъезда были настроены против Путина и путинизма. Одни уехали чтобы выразить протест против политики Кремля, другие — чтобы сохранить и продолжить развивать свой бизнес, третьи задумались о будущем детей и уехали ради новых возможностей для них и для себя.
🔹 Некоторые выехали ненадолго, из-за мобилизации — не хотели убивать или быть убитыми. Другие задумывались об отъезде и до войны, и после 24 февраля окончательно решились — уехали и не намерены возвращаться.
🔹 86% эмигрантов новой волны моложе 45 лет, и 80% имеют высшее образование — тогда как в среднем по России высшее образование есть у 27% населения;
🔹 Большинство идентифицируют себя не по признаку гражданства («мы — россияне»), а по профессии, религии или этносу: «мы — айтишники», «мы — актёры», «мы — буряты», «мы — мусульмане», «мы — башкиры».
🔹 Почти ни у кого из респондентов не было паспорта другой страны, а загранпаспорт появился только перед отъездом. При этом никто из участников исследования не стремится податься на беженство или получать пособие от иностранного государства: люди стремятся к независимости и достатку.
🔹 Эмигрантов новой волны отличает готовность рисковать, чувство внутренней опоры, энергия, несгибаемость — ресурс жить полной жизнью, а не выживать в новой стране.
🔹 В среде преобладает скептическое отношение к пожертвованиям ВСУ — при этом эмигранты считают, что «Прекрасная Россия будущего» возможна только если Кремль потерпит поражение на поле боя. Самая распространённая причина скепсиса — эмигранты заняты адаптацией, и отодвигают политику на второй план.
🔹 Около 60% — 70% респондентов либо испытывают серьёзные сложности в коммуникации, либо совсем не знают английского. Остальные учат второй и третий язык, в надежде через 5–10 лет найти работу в Германии или Испании. А ещё были те, кто готовились к нелегальному переходу границы с Мексикой — они учили тюремный английский.
🔹 Новая волна эмиграции более успешна в поиске работы — айтишники легко получают оффер без знания местного языка, а гуманитарии переучиваются, в том числе — за счёт государств или НКО. Менее благополучными выглядят жёны релоцировавшихся специалистов — мужья сохранили доход, привычное окружение и ритм жизни, тогда как супруги теряли друзей и карьеру.
🔹 Треть опрошенных вернулась в Россию. Причины: не справились с бюрократией, не смогли выучить язык, не удалось перевезти семью, не нашли работу.
🔹 Те, кто за все 3 года не приезжал домой, чаще говорят о том, что, вероятнее всего, не вернутся уже никогда. Они редко читают российские новости, не соглашаются на удалённую работу в России, меньше говорят на русском — даже дома, и меняют имена на иностранные.
ℹ️ Прочитать об этих исследованиях подробнее можно здесь, здесь и здесь.
💙 Подпишись на наш канал