✔️ Ранее ФАС России и ее территориальные неоднократно признавали СРО нарушившими
ч. 5 ст. 11 Закона о защите конкуренции в случаях, когда речь шла о привлечении к ответственности арбитражных управляющих в связи с выбором ими неаккредитованной соответствующей СРО организации или специалистов для участия в процедурах банкротства, что было предусмотрено локальными актами СРО. По результатам таких дел также выдавались предписания о внесении изменений и исключении из локальных актов СРО спорных положений.
📎 В рамках рассматриваемого дела суды трех инстанций поддержали позицию регулятора, отметив, что антимонопольный органом доказано осуществление СРО комплекса мероприятий по согласованию поведения арбитражных управляющих на товарном рынке, направленного на отказ от заключения договоров с организаторами торгов и операторами электронных торговых площадок, не аккредитованных в СРО, последствием которого явился фактический отказ арбитражных управляющих от заключения договоров с такими лицами.
🔔 Примечательно, что кассационная жалоба СРО была передана на рассмотрение Верховного Суда РФ на основании определения заместителя Председателя ВС РФ после жалобы СРО на определение судьи Верховного Суда РФ на отказ в ее рассмотрении.
⚡️ 29.10.2025 по результатам рассмотрения дела Верховным Судом РФ были отменены принятые по делу судебные акты, требования СРО удовлетворены в полном объеме.
💼 При этом, ВС РФ было обращено внимание на смысл и изначальное назначение института аккредитации в рамках законодательства о банкротстве, который был предусмотрен с целью усиления контроля за арбитражными управляющими для предотвращения злоупотреблений с их стороны, а также о содержании проводимой СРО аккредитации (проверки третьих лиц на предмет их компетентности, профессионализма, оценки рисков и т.д.). Соответственно, указанная контрольная процедура направлена на защиты интересов кредиторов, должников и иных заинтересованных лиц. В свою очередь, в случае, если действия члена СРО (арбитражного управляющего) приведут к возникновению убытков, ответственность будет возложена на СРО за счет средств компенсационного фонда.
🔝 Особого внимания заслуживает подход Верховного Суда к РФ к доказыванию подобных нарушений в целом: согласование действий хозяйствующих субъектов третьим лицом может быть признано нарушением части 5 статьи 11 Закона о защите конкуренции при условии, что недопущение (устранение, ограничение) соперничества хозяйствующих субъектов на товарных рынках являлось целью и (или) результатом поведения данного лица, то есть в его действиях имелась именно антиконкурентная направленность.
‼️ С учетом публичного характера антимонопольных запретов и презумпции добросовестности участников гражданского оборота обязанность доказать антиконкурентную направленность действий лица возлагается на антимонопольный орган.
🎯 Приведенная позиция крайне важна для оценки законности решений антимонопольного органа в целом, поскольку ВС РФ в очередной раз акцентирует внимание нижестоящих судов на необходимости оценки доказанности именно антиконкурентного характера действий участников рынка, а не просто установления возможного нарушения с их стороны иных нормативных требований.
ч. 5 ст. 11 Закона о защите конкуренции в случаях, когда речь шла о привлечении к ответственности арбитражных управляющих в связи с выбором ими неаккредитованной соответствующей СРО организации или специалистов для участия в процедурах банкротства, что было предусмотрено локальными актами СРО. По результатам таких дел также выдавались предписания о внесении изменений и исключении из локальных актов СРО спорных положений.
📎 В рамках рассматриваемого дела суды трех инстанций поддержали позицию регулятора, отметив, что антимонопольный органом доказано осуществление СРО комплекса мероприятий по согласованию поведения арбитражных управляющих на товарном рынке, направленного на отказ от заключения договоров с организаторами торгов и операторами электронных торговых площадок, не аккредитованных в СРО, последствием которого явился фактический отказ арбитражных управляющих от заключения договоров с такими лицами.
🔔 Примечательно, что кассационная жалоба СРО была передана на рассмотрение Верховного Суда РФ на основании определения заместителя Председателя ВС РФ после жалобы СРО на определение судьи Верховного Суда РФ на отказ в ее рассмотрении.
⚡️ 29.10.2025 по результатам рассмотрения дела Верховным Судом РФ были отменены принятые по делу судебные акты, требования СРО удовлетворены в полном объеме.
💼 При этом, ВС РФ было обращено внимание на смысл и изначальное назначение института аккредитации в рамках законодательства о банкротстве, который был предусмотрен с целью усиления контроля за арбитражными управляющими для предотвращения злоупотреблений с их стороны, а также о содержании проводимой СРО аккредитации (проверки третьих лиц на предмет их компетентности, профессионализма, оценки рисков и т.д.). Соответственно, указанная контрольная процедура направлена на защиты интересов кредиторов, должников и иных заинтересованных лиц. В свою очередь, в случае, если действия члена СРО (арбитражного управляющего) приведут к возникновению убытков, ответственность будет возложена на СРО за счет средств компенсационного фонда.
🔝 Особого внимания заслуживает подход Верховного Суда к РФ к доказыванию подобных нарушений в целом: согласование действий хозяйствующих субъектов третьим лицом может быть признано нарушением части 5 статьи 11 Закона о защите конкуренции при условии, что недопущение (устранение, ограничение) соперничества хозяйствующих субъектов на товарных рынках являлось целью и (или) результатом поведения данного лица, то есть в его действиях имелась именно антиконкурентная направленность.
‼️ С учетом публичного характера антимонопольных запретов и презумпции добросовестности участников гражданского оборота обязанность доказать антиконкурентную направленность действий лица возлагается на антимонопольный орган.
🎯 Приведенная позиция крайне важна для оценки законности решений антимонопольного органа в целом, поскольку ВС РФ в очередной раз акцентирует внимание нижестоящих судов на необходимости оценки доказанности именно антиконкурентного характера действий участников рынка, а не просто установления возможного нарушения с их стороны иных нормативных требований.