У выборов в Европарламент два главных результата. Во-первых, расстановка сил принципиально не поменялась. Во-вторых, цифры в политике не всегда решают всё. И главным событием выборов стала победа «Национального объединения» во Франции, приведшая к роспуску парламента. Хотя в цифровом отношении она не слишком повлияла на результаты выборов в целом, но имеет мощное политическое и психологическое значение. На кон поставлено лидерство Франции и Макрона в Евросоюзе.
Вопрос о лидерстве особенно актуален в связи с неудачей партии Олафа Шольца – СДПГ – в Германии, где она в два раза отстала от ХДС/ХСС. Другое дело, что эта неудача не катастрофична для германской политической системы. После серии громких скандалов «Альтернатива для Германии» получила меньше, чем ей прогнозировали. 15% - это много, но еще недавно опросы давали ей более 20%. Новая партия Сары Вагенкнехт прошла в Европарламент и сделала тем самым заявку на прохождение в бундестаг – но пока остается в полупроходной зоне, и ее успех связан с дальнейшим падением «Левых», которые перебрались в непроходную зону. В сумме две «несистемные» германские партии получили чуть более 20% - много, но не критично. Но на европейское лидерство Шольц претендовать не может.
В целом ряде стран евроскептики и крайне правые выступили слабее, чем ожидалось. Так, в Нидерландах Партия свободы Герта Вилдерса, выигравшая парламентские выборы, сейчас оказалась на втором месте. В Венгрии партия Виктора Орбана ФИДЕС выиграла выборы, но у нее появился реальный конкурент - партия Tisza Петера Мадьяра, вышедшего из ФИДЕС и выступающего с проевропейских позиций. В Словакии партия раненого премьера Роберта Фицо «Курс» уступила первое место либералам из «Прогрессивной Словакии». В Португалии партия Chega («Хватит!»), получившая на недавних парламентских выборах 18%, сейчас набрала лишь около 10%. В Австрии Партия свободы лишь ненамного опередила Народную партию и социал-демократов, в сумме получивших почти 50%.
Нынешняя председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен, опирающаяся на поддержку правоцентристов, левоцентристов и либералов, имеет хорошие шансы остаться на своем посту. Формирование нового состава комиссии может столкнуться с проблемой представительства Италии – ее премьер-министр Джорджа Мелони принадлежит к евроскептической партии «Братья Италии», которая получила большинство голосов в своей стране и на нынешних выборах. Еще до выборов Макрон предлагал передать Италии пост председателя Еврокомиссии персонально для либерального политика, экс-премьера Марио Драги, чтобы не назначать в комиссию протеже Мелони. Однако, во-первых, для этого требуется согласие Мелони. Во-вторых, фон дер Ляйен не собирается уходить со своего поста – и сейчас ее позиции укрепились, так как правоцентристы получили на выборах больше, чем ожидалось. И, в-третьих, Макрон будет занят выборами в собственной стране.
Во Франции успех «Национального объединения», получившего 31,5% голосов – это во многом личная победа молодого харизматичного лидера Жордана Барделла, выступающего с жестко антимигрантских позиций и в поддержку автомобилистов против экологистов. Во внешнеполитических вопросах Барделла, в отличие от многих французских крайне правых, весьма критичен в отношении России и ориентирован на сближение с США – в этом отношении он близок к позиции Джорджи Мелони.
Распуская парламент, Макрон рассчитывает использовать несколько факторов – краткосрочность избирательной кампании, шок немалой части французского общества от успеха крайне правых, перегруппировку в лагере левых (там, как показали прошедшие выборы, усилились позиции левоцентристских социалистов и ослабели – левых популистов из «Непокоренной Франции»). Но, главное – избирательная система. Если европейские выборы проходят по пропорциональной системе, то французские – по двухтуровой мажоритарной. И здесь больше шансов может быть у укорененных в своих избирательных округах политиков из традиционных партий. Теперь его лидерство зависит от того, оправдаются ли эти расчеты.
Алексей Макаркин
Вопрос о лидерстве особенно актуален в связи с неудачей партии Олафа Шольца – СДПГ – в Германии, где она в два раза отстала от ХДС/ХСС. Другое дело, что эта неудача не катастрофична для германской политической системы. После серии громких скандалов «Альтернатива для Германии» получила меньше, чем ей прогнозировали. 15% - это много, но еще недавно опросы давали ей более 20%. Новая партия Сары Вагенкнехт прошла в Европарламент и сделала тем самым заявку на прохождение в бундестаг – но пока остается в полупроходной зоне, и ее успех связан с дальнейшим падением «Левых», которые перебрались в непроходную зону. В сумме две «несистемные» германские партии получили чуть более 20% - много, но не критично. Но на европейское лидерство Шольц претендовать не может.
В целом ряде стран евроскептики и крайне правые выступили слабее, чем ожидалось. Так, в Нидерландах Партия свободы Герта Вилдерса, выигравшая парламентские выборы, сейчас оказалась на втором месте. В Венгрии партия Виктора Орбана ФИДЕС выиграла выборы, но у нее появился реальный конкурент - партия Tisza Петера Мадьяра, вышедшего из ФИДЕС и выступающего с проевропейских позиций. В Словакии партия раненого премьера Роберта Фицо «Курс» уступила первое место либералам из «Прогрессивной Словакии». В Португалии партия Chega («Хватит!»), получившая на недавних парламентских выборах 18%, сейчас набрала лишь около 10%. В Австрии Партия свободы лишь ненамного опередила Народную партию и социал-демократов, в сумме получивших почти 50%.
Нынешняя председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен, опирающаяся на поддержку правоцентристов, левоцентристов и либералов, имеет хорошие шансы остаться на своем посту. Формирование нового состава комиссии может столкнуться с проблемой представительства Италии – ее премьер-министр Джорджа Мелони принадлежит к евроскептической партии «Братья Италии», которая получила большинство голосов в своей стране и на нынешних выборах. Еще до выборов Макрон предлагал передать Италии пост председателя Еврокомиссии персонально для либерального политика, экс-премьера Марио Драги, чтобы не назначать в комиссию протеже Мелони. Однако, во-первых, для этого требуется согласие Мелони. Во-вторых, фон дер Ляйен не собирается уходить со своего поста – и сейчас ее позиции укрепились, так как правоцентристы получили на выборах больше, чем ожидалось. И, в-третьих, Макрон будет занят выборами в собственной стране.
Во Франции успех «Национального объединения», получившего 31,5% голосов – это во многом личная победа молодого харизматичного лидера Жордана Барделла, выступающего с жестко антимигрантских позиций и в поддержку автомобилистов против экологистов. Во внешнеполитических вопросах Барделла, в отличие от многих французских крайне правых, весьма критичен в отношении России и ориентирован на сближение с США – в этом отношении он близок к позиции Джорджи Мелони.
Распуская парламент, Макрон рассчитывает использовать несколько факторов – краткосрочность избирательной кампании, шок немалой части французского общества от успеха крайне правых, перегруппировку в лагере левых (там, как показали прошедшие выборы, усилились позиции левоцентристских социалистов и ослабели – левых популистов из «Непокоренной Франции»). Но, главное – избирательная система. Если европейские выборы проходят по пропорциональной системе, то французские – по двухтуровой мажоритарной. И здесь больше шансов может быть у укорененных в своих избирательных округах политиков из традиционных партий. Теперь его лидерство зависит от того, оправдаются ли эти расчеты.
Алексей Макаркин