Вечером 11 ноября из Абхазии пришли тревожные новости. Представители оппозиции заблокировали мосты, ведущие в столицу республики. На следующий день под председательством президента Аслана Бжания прошло экстренное заседание Совбеза. Социальные сети, информагентства, телеграм-каналы запестрели предположениями о новом внутриполитическом кризисе в Абхазии. Насколько серьезны подобные опасения? И можно ли ожидать ухудшения отношений между Москвой и Сухумом? Ведь подобные версии оказываются всякий раз востребованными, когда в республике случаются протестные акции. А происходят они нередко.
Еще в школе нас учат различать причины и поводы. У властей и у оппозиционеров в Абхазии разные объяснительные модели. Критики власти говорят, что поводом к перекрытию мостов (уже 12 ноября они были разблокированы) стало задержание пяти человек, участвовавших в собрании общественности Гудаутского района. Провластные спикеры считают, что оппозиционеры ведут себя деструктивно, провоцируя народ республики на недовольство.
Но причины этого намного глубже. Абхазия стоит перед нелегкой дилеммой: открыться российскому экономическому присутствию, но оказаться под более сильным влиянием Москвы или продолжить свой курс на «самость» и «особость», но продолжить стагнировать. У абхазского движения за самоопределение непростая история, прошлое и сегодня напоминает о себе едва ли не каждый день. Вплоть до лета 2024 года активно обсуждался закон об апартаментах (что открывало для россиян возможность для строителсьства отелей в республике, без отчуждения ради них земельной собственности), но он был отозван из парламента под давлением общественности.
7 октября в Народном собрании Абхазии обсуждали Соглашения с Россией об инвестициях. Ряд депутатов выступили против одобрения данного проекта. По их мнению, власти форсировали заключение данного документа без достаточной проработки с участием представителей депутатского корпуса. При этом Минэкономики Абхазии на своем сайте 30 октября сообщило о подписании Соглашения с правительством РФ. Этот проект предполагает осуществление российскими юридическими лицами инвестпроектов на территории Абхазии. 15 ноября документ планируется рассмотреть на сессии парламента. И, не исключено, дискуссия о целесообразности реализации инвестинициативы будет продолжена.
Люди, плохо знакомые с абхазской спецификой, видят в протестах проявления антироссийской позиции. Вероятно, полагая, что любой протест равен «цветной революции», а значит и «геополитическому развороту». Между тем Абхазия привычна к спорам и жарким дискуссиям, а смена власти посредством протеста здесь происходила не единожды. Но это не приводило к «вестернизации» республики. В конце октября в республике Фондом развития евразийского сотрудничества было проведено специальное исследование по теме «Российско-абхазское союзничество: мифы и реалии» Согласно опросу, 93% респондентов считают РФ главным союзником Абхазии. Тем паче, что других союзников, которые поспешили бы признать республику и стать гарантами ее безопасности и экономического развития, на горизонте не видно. Видимо, стоит разделять разные логические ряды, понимая, что свобода и дискуссия вовсе не означает автоматического отказа от пророссийского выбора.
Сергей Маркедонов
Еще в школе нас учат различать причины и поводы. У властей и у оппозиционеров в Абхазии разные объяснительные модели. Критики власти говорят, что поводом к перекрытию мостов (уже 12 ноября они были разблокированы) стало задержание пяти человек, участвовавших в собрании общественности Гудаутского района. Провластные спикеры считают, что оппозиционеры ведут себя деструктивно, провоцируя народ республики на недовольство.
Но причины этого намного глубже. Абхазия стоит перед нелегкой дилеммой: открыться российскому экономическому присутствию, но оказаться под более сильным влиянием Москвы или продолжить свой курс на «самость» и «особость», но продолжить стагнировать. У абхазского движения за самоопределение непростая история, прошлое и сегодня напоминает о себе едва ли не каждый день. Вплоть до лета 2024 года активно обсуждался закон об апартаментах (что открывало для россиян возможность для строителсьства отелей в республике, без отчуждения ради них земельной собственности), но он был отозван из парламента под давлением общественности.
7 октября в Народном собрании Абхазии обсуждали Соглашения с Россией об инвестициях. Ряд депутатов выступили против одобрения данного проекта. По их мнению, власти форсировали заключение данного документа без достаточной проработки с участием представителей депутатского корпуса. При этом Минэкономики Абхазии на своем сайте 30 октября сообщило о подписании Соглашения с правительством РФ. Этот проект предполагает осуществление российскими юридическими лицами инвестпроектов на территории Абхазии. 15 ноября документ планируется рассмотреть на сессии парламента. И, не исключено, дискуссия о целесообразности реализации инвестинициативы будет продолжена.
Люди, плохо знакомые с абхазской спецификой, видят в протестах проявления антироссийской позиции. Вероятно, полагая, что любой протест равен «цветной революции», а значит и «геополитическому развороту». Между тем Абхазия привычна к спорам и жарким дискуссиям, а смена власти посредством протеста здесь происходила не единожды. Но это не приводило к «вестернизации» республики. В конце октября в республике Фондом развития евразийского сотрудничества было проведено специальное исследование по теме «Российско-абхазское союзничество: мифы и реалии» Согласно опросу, 93% респондентов считают РФ главным союзником Абхазии. Тем паче, что других союзников, которые поспешили бы признать республику и стать гарантами ее безопасности и экономического развития, на горизонте не видно. Видимо, стоит разделять разные логические ряды, понимая, что свобода и дискуссия вовсе не означает автоматического отказа от пророссийского выбора.
Сергей Маркедонов