🇷🇺🇧🇾 В марте граждане России приобрели 126 объектов недвижимости в Минске - это около 10% всех сделок за месяц. Ещё недавно доля российских покупателей не превышала 5%. Примечательно, что речь идёт преимущественно о жилье комфорт-класса и выше.
Рост спроса происходит на фоне усиления цифровых ограничений в России. Беларусь при всей политической близости к Москве не вводит «белых списков», не блокирует VPN, зарубежные платформы и мессенджеры. Схожая ситуация в Казахстане. Получается парадокс: ближайшие союзники РФ предоставляют своим гражданам и гостям именно тот информационный доступ, который Москва квалифицирует как угрозу суверенитету. Госсекретарь Союзного государства Сергей Глазьев уже назвал «продуктовый туризм» россиян в Беларусь «однозначным успехом», возможно, не вполне осознавая, что фиксирует симптом, а не достижение интеграции.
Давление на Минск и Астану по этому вопросу выглядит малореалистичным: ни та, ни другая страна не признали Крым даже при куда большей интеграции с Россией, и рычагов принуждения здесь немного. Последний раз сопоставимая по масштабу миграция из России в Беларусь фиксировалась в 1990-е, и тогда она тоже была реакцией на внутреннюю повестку, а не на внешнюю.
Из нынешней точки просматривается несколько траекторий. Если ограничения в России продолжат ужесточаться, спрос на «цифровые убежища» в соседних странах будет только расти, а вместе с ним и отток платёжеспособной аудитории, которую Москва меньше всего хотела бы терять. Альтернативный сценарий - гармонизация регуляторных подходов в рамках союзных структур. Но это потребовало бы от Минска и Астаны политических издержек, на которые они едва ли пойдут добровольно: собственные граждане этих стран тоже пользуются теми же платформами. Наконец, сохранение статус-кво при нарастающем потоке россиян создаёт для Беларуси и Казахстана деликатную ситуацию: принимать экономические выгоды от притока состоятельных соседей, оставаясь формально союзниками государства, от которого те уезжают.
@CIS91
Рост спроса происходит на фоне усиления цифровых ограничений в России. Беларусь при всей политической близости к Москве не вводит «белых списков», не блокирует VPN, зарубежные платформы и мессенджеры. Схожая ситуация в Казахстане. Получается парадокс: ближайшие союзники РФ предоставляют своим гражданам и гостям именно тот информационный доступ, который Москва квалифицирует как угрозу суверенитету. Госсекретарь Союзного государства Сергей Глазьев уже назвал «продуктовый туризм» россиян в Беларусь «однозначным успехом», возможно, не вполне осознавая, что фиксирует симптом, а не достижение интеграции.
Давление на Минск и Астану по этому вопросу выглядит малореалистичным: ни та, ни другая страна не признали Крым даже при куда большей интеграции с Россией, и рычагов принуждения здесь немного. Последний раз сопоставимая по масштабу миграция из России в Беларусь фиксировалась в 1990-е, и тогда она тоже была реакцией на внутреннюю повестку, а не на внешнюю.
Из нынешней точки просматривается несколько траекторий. Если ограничения в России продолжат ужесточаться, спрос на «цифровые убежища» в соседних странах будет только расти, а вместе с ним и отток платёжеспособной аудитории, которую Москва меньше всего хотела бы терять. Альтернативный сценарий - гармонизация регуляторных подходов в рамках союзных структур. Но это потребовало бы от Минска и Астаны политических издержек, на которые они едва ли пойдут добровольно: собственные граждане этих стран тоже пользуются теми же платформами. Наконец, сохранение статус-кво при нарастающем потоке россиян создаёт для Беларуси и Казахстана деликатную ситуацию: принимать экономические выгоды от притока состоятельных соседей, оставаясь формально союзниками государства, от которого те уезжают.
@CIS91