МАРАФОН КАРПЕНТЕРА — «ЧЕЛОВЕК СО ЗВЕЗДЫ»
«Человек со звезды» — картина, которая вобрала, а может даже и в какой-то степени предопределила тренды большого голливудского кино 80-х — начала 90-х. В первую очередь, это фильм о встречи человечества с «иным» — в данном случай с инопланетянином, который случайно оказался на Земле. Но если еще в 60-70-е, в самый разгар космической гонки и покорения ближайшего космоса, этот «иной» казался каким-то ужасом (см. хотя бы «Чужой» или «Нечто»), то уже в 80-е кинематографисты пытаются вступить с ним в диалог. Причем не только в фантастическом жанре.
К концу 80-х большой Голливуд выведет на авансцену и неполноценных людей, и инвалидов — тоже «иных» (см. «Человек дождя» или «Рожденный четвертого июля»). Карпентер тоже не столько пытается сражаться с пришельцем в собственном фильме (хотя в «Человеке со звезды» есть, конечно, злые американские военные), сколько понять его, попытаться встроить чужого в привычный человеческий социум. Это, конечно, фильм, как и многие картины со схожим сюжетом, о том, как от рождения здоровые люди пытаются ужиться теми, кто страдает какими-то недугами. А в современной социально-политической повестке подобные истории раскрываются еще ярче и полнее.
«Человек со звезды» начинается с того, как в доме Дженни Хайден — молодой вдовы, недавно потерявшей своего мужа, появляется неведомое существо из космоса. Пришелец тут же принимает облик возлюбленного Дженни, девушка падает в обморок. Как любое сверхсущество, инопланетянин быстро обучается и вскоре невольно берет Дженни в заложники. И просит отвезти его в глубину Аризоны, там его встретит космический корабль и увезет на родную планету. Но в процессе поездки их отношения из сумбурно враждебных превращаются в дружеские, а то и больше.
В «Человеке со звезды», особенно если его смотреть после «Терминатора» и того же «Человека дождя», можно уловить немало знакомых деталей жанра. Неказистый, угловатый герой, который чем дальше, тем больше адаптируется к человеческой жизни. Россыпь комичных или напряженных ситуаций (есть сцена в баре как в том же «Терминаторе», практически непорочное зачатие — оттуда же), а вся история нанизана на любимую американскую конструкцию роуд-муви. Но если картина Кэмерона была мрачнейшим предостережением и встречей с машиной для убийств, если «Человек дождя» — это наглядное пособие о том, как общаться с «иным» человеком, о том, что персональные дефекты — это не столько изъян, сколько уникальная черта. То мысль Карпентера в «Человеке со звезды» проста и романтична: он искренне верит, что в жизни каждого может случиться чудо, что всегда есть шанс продлить уже потерянную любовь. А в такой системе координат и медицина не всесильна, и вполне может ошибаться.
«Человеку со звезды», кажется, не хватает какой-то жанровой или смысловой остроты. Это картина и про космос как предчувствие, и про любовь, и про столкновение двух миров, и много чего еще. Кажется, что Карпентер как будто прощупывает все акценты истории, но не делает на чем-то одном упор. И получается, что «Человек со звезды» — обаятельное, но совершенно необязательное кино по теме. Есть немало картин про то же самое, где и акценты расставляются точнее, и важные темы проговариваются четче.
При этом «Человек со звезды» — хороший пример, чтобы по одному фильму проследить как может измениться режиссерский почерк под влиянием того, что происходит в мире (см. первый абзац). И когда многие зрители говорят о бесконечной коньюктуре в Голливуде и в мировом кино, нужно понимать и обратную сторону монеты. Часто художники меняются под влиянием внешних обстоятельств, а не пытаются эти внешние обстоятельства поменять под себя.
#Карпентер1664
https://youtu.be/SOMyCjQzk4w
«Человек со звезды» — картина, которая вобрала, а может даже и в какой-то степени предопределила тренды большого голливудского кино 80-х — начала 90-х. В первую очередь, это фильм о встречи человечества с «иным» — в данном случай с инопланетянином, который случайно оказался на Земле. Но если еще в 60-70-е, в самый разгар космической гонки и покорения ближайшего космоса, этот «иной» казался каким-то ужасом (см. хотя бы «Чужой» или «Нечто»), то уже в 80-е кинематографисты пытаются вступить с ним в диалог. Причем не только в фантастическом жанре.
К концу 80-х большой Голливуд выведет на авансцену и неполноценных людей, и инвалидов — тоже «иных» (см. «Человек дождя» или «Рожденный четвертого июля»). Карпентер тоже не столько пытается сражаться с пришельцем в собственном фильме (хотя в «Человеке со звезды» есть, конечно, злые американские военные), сколько понять его, попытаться встроить чужого в привычный человеческий социум. Это, конечно, фильм, как и многие картины со схожим сюжетом, о том, как от рождения здоровые люди пытаются ужиться теми, кто страдает какими-то недугами. А в современной социально-политической повестке подобные истории раскрываются еще ярче и полнее.
«Человек со звезды» начинается с того, как в доме Дженни Хайден — молодой вдовы, недавно потерявшей своего мужа, появляется неведомое существо из космоса. Пришелец тут же принимает облик возлюбленного Дженни, девушка падает в обморок. Как любое сверхсущество, инопланетянин быстро обучается и вскоре невольно берет Дженни в заложники. И просит отвезти его в глубину Аризоны, там его встретит космический корабль и увезет на родную планету. Но в процессе поездки их отношения из сумбурно враждебных превращаются в дружеские, а то и больше.
В «Человеке со звезды», особенно если его смотреть после «Терминатора» и того же «Человека дождя», можно уловить немало знакомых деталей жанра. Неказистый, угловатый герой, который чем дальше, тем больше адаптируется к человеческой жизни. Россыпь комичных или напряженных ситуаций (есть сцена в баре как в том же «Терминаторе», практически непорочное зачатие — оттуда же), а вся история нанизана на любимую американскую конструкцию роуд-муви. Но если картина Кэмерона была мрачнейшим предостережением и встречей с машиной для убийств, если «Человек дождя» — это наглядное пособие о том, как общаться с «иным» человеком, о том, что персональные дефекты — это не столько изъян, сколько уникальная черта. То мысль Карпентера в «Человеке со звезды» проста и романтична: он искренне верит, что в жизни каждого может случиться чудо, что всегда есть шанс продлить уже потерянную любовь. А в такой системе координат и медицина не всесильна, и вполне может ошибаться.
«Человеку со звезды», кажется, не хватает какой-то жанровой или смысловой остроты. Это картина и про космос как предчувствие, и про любовь, и про столкновение двух миров, и много чего еще. Кажется, что Карпентер как будто прощупывает все акценты истории, но не делает на чем-то одном упор. И получается, что «Человек со звезды» — обаятельное, но совершенно необязательное кино по теме. Есть немало картин про то же самое, где и акценты расставляются точнее, и важные темы проговариваются четче.
При этом «Человек со звезды» — хороший пример, чтобы по одному фильму проследить как может измениться режиссерский почерк под влиянием того, что происходит в мире (см. первый абзац). И когда многие зрители говорят о бесконечной коньюктуре в Голливуде и в мировом кино, нужно понимать и обратную сторону монеты. Часто художники меняются под влиянием внешних обстоятельств, а не пытаются эти внешние обстоятельства поменять под себя.
#Карпентер1664
https://youtu.be/SOMyCjQzk4w