Тёмный лес тонул в синеве осенней ночи. Кривые ветви переплетались над головой, заслоняя луну подобием когтистых лап, а холодный туман стелился между деревьями, пряча под собой всё, чему не полагалось встречаться с живыми. Где-то в чаще протяжно ухнуло нечто пернатое. Чуть поодаль хрустнула ветка, и следом раздался подозрительный шорох, от которого даже старая сова на ближайшем суку предпочла бы сменить место жительства.
Посреди этого восхитительного заповедника кошмаров шествовал Саймон Смоук. Красные чешуйки поблёскивали в лунном свете, золотые рога отбрасывали причудливые тени на морду, а многочисленные украшения тихо позвякивали при каждом шаге. Золотой символ доллара на поясе словно напоминал окружающей нечисти о том, что перед ней дракон определённого финансового положения. Ремни с охотничьим снаряжением плотно облегали его фигуру, арбалет покоился в крепкой лапе, а массивный хвост покачивался позади. Саймон выглядел не столько охотником, отправившимся на опасное задание, сколько хозяином этого леса, решившим лично разобраться, почему местная живность недостаточно уважительно относится к его покою.
Дракон неспешно пробирался сквозь заросли, внимательно изучая темноту полуприкрытыми глазами. На губах играла самодовольная ухмылка, выдававшая полную уверенность в собственном превосходстве. Разумеется, никакая нечисть не могла рассчитывать на снисхождение лишь потому, что ночь выдалась холодной, а тропинки раскисли после дождя. Саймон вообще не отличался чрезмерной благотворительностью по отношению к тем, кто потенциально мог испортить ему настроение. А если какая-нибудь тварь ещё и посмела бы испачкать его сапоги, разговор обещал стать особенно коротким.
Внезапно впереди послышался шорох.
Саймон остановился. Пальцы крепче сомкнулись на арбалете, золотые рога чуть наклонились вперёд, а кончик хвоста нетерпеливо качнулся из стороны в сторону. Между деревьями мелькнул тёмный силуэт. Нечто стремительное, скользнувшее из одной полосы тени в другую, прежде чем лунный свет успел хотя бы толком обозначить его очертания.
Улыбка дракона медленно растянулась, обнажив белоснежные зубы и небольшой золотистый клык.
Ну наконец-то! А он-то уже начал подозревать, что за весь вечер ему не попадётся ничего интереснее заблудившегося ежа.
Силуэт метнулся прочь.
Посреди этого восхитительного заповедника кошмаров шествовал Саймон Смоук. Красные чешуйки поблёскивали в лунном свете, золотые рога отбрасывали причудливые тени на морду, а многочисленные украшения тихо позвякивали при каждом шаге. Золотой символ доллара на поясе словно напоминал окружающей нечисти о том, что перед ней дракон определённого финансового положения. Ремни с охотничьим снаряжением плотно облегали его фигуру, арбалет покоился в крепкой лапе, а массивный хвост покачивался позади. Саймон выглядел не столько охотником, отправившимся на опасное задание, сколько хозяином этого леса, решившим лично разобраться, почему местная живность недостаточно уважительно относится к его покою.
Дракон неспешно пробирался сквозь заросли, внимательно изучая темноту полуприкрытыми глазами. На губах играла самодовольная ухмылка, выдававшая полную уверенность в собственном превосходстве. Разумеется, никакая нечисть не могла рассчитывать на снисхождение лишь потому, что ночь выдалась холодной, а тропинки раскисли после дождя. Саймон вообще не отличался чрезмерной благотворительностью по отношению к тем, кто потенциально мог испортить ему настроение. А если какая-нибудь тварь ещё и посмела бы испачкать его сапоги, разговор обещал стать особенно коротким.
Внезапно впереди послышался шорох.
Саймон остановился. Пальцы крепче сомкнулись на арбалете, золотые рога чуть наклонились вперёд, а кончик хвоста нетерпеливо качнулся из стороны в сторону. Между деревьями мелькнул тёмный силуэт. Нечто стремительное, скользнувшее из одной полосы тени в другую, прежде чем лунный свет успел хотя бы толком обозначить его очертания.
Улыбка дракона медленно растянулась, обнажив белоснежные зубы и небольшой золотистый клык.
Ну наконец-то! А он-то уже начал подозревать, что за весь вечер ему не попадётся ничего интереснее заблудившегося ежа.
Силуэт метнулся прочь.