(2 из 3)
Технологии Смарт-контрактов предлагают другую логику и конструкцию:
если произошло X — протокол сам выполняет Y и делает это гарантированно - без вовлечения в процесс текущей институциональной среды, ограниченной географией собственной юрисдикции.
Разумеется, смарт-контракт пока не заменяет полностью всю исполнительную власть государства.
Однако принципиально важно другое:
часть функции исполнительной власти впервые становится технологически отделимой от и недосягаемой юрисдикцией территориального суверена. Это уже «первая ласточка» - тренд который будет только нарастать.
Правило и механизм его исполнения могут соединяться внутри программного кода.
Этот код способен функционировать одновременно для участников из разных юрисдикций. Это придает ему надсистемные качества и свойства, которые облегчают взаимодействие и расширяют его пространство.
4. Новое качество технологий определяет новые свойства и характеристики социальной среды. Именно здесь возникает проблема принципов организации государства по модели Монтескье
Современное государство выросло из той институциональной архитектуры, которую мы связываем с принципом разделения властей по Монтескье:
• законодательная власть формирует правила;
• исполнительная — обеспечивает их исполнение;
• судебная — разрешает споры и восстанавливает нарушенное право.
Эта модель формировалась для территориального государства.
Теперь представим среду, в которой всё большая часть экономических отношений осуществляется глобально, собственность учитывается on-chain, расчёты происходят посредством цифровых активов, а часть исполнения обеспечивается смарт-контрактом.
Старая модель государства начинает не справляться с таким преобразованием и «трещать по швам». Однако, сама идея Государства и идея разделения властей при этом не исчезает.
Меняется их применение и меняется институциональная конструкция государства - и если этого не понять, то происходит лже-ощущение, что исчезает само государство.
Почему текущая модель начинает «трещать по швам»? Потому что часть функций, прежде осуществлявшихся исключительно через государственные организации, получает возможность осуществляться через протокол, который может не иметь отношения к государству.
В таком ключе взаимодействия - возникает гораздо более серьёзный вопрос:
если управление, деньги (как система оценки и учёта) и часть механизмов исполнения (исполнительная власть!!!) постепенно выходят в глобальное протокольное пространство — какой должна стать архитектура нового государства?
Это архиважный вопрос - над которым мы работаем и который мы задаем в открытое пространство много лет (первый раз в Гос Думе в 2016м году).
Однако ни общество ни особенно руководство страны продолжают не осознавать важности и остроты этого вопроса.
5. Решение SEC особенно важно именно поэтому!
США сегодня делают очень показательный шаг.
Они не пытаются сохранить фондовый рынок исключительно в его прежней юридической и технологической форме.
В погоне за глобальным доминированием, они начинают экспериментировать с переносом существующих прав собственности в новую единую глобальную среду. То есть они расширяют свою систему смыслов дальше и шире чем географическое пространство страны. (Именно этот эффект становится возможным достичь через моделирование собственных смыслов и культуры как частного случая).
Токенизируется уже не условная «криптомонета».
Токенизируется акция.
А акция — это юридически оформленное отношение собственности, которое переносится в глобальное пространство взаимодействия.
За ней стоят право на капитал, дивиденды, голосование и остаточные активы компании.
Именно поэтому происходящее можно рассматривать как начало соединения двух пространств:
старого институционального пространства права — и нового глобального пространства где США выходят в лидеры доминирования надсистемного пространства.
Они пытаются перенести американские институты в новую технологическую среду и тем самым зафиксировать свое доминирование в надсистемнном пространстве.
И вот здесь возникает главный вопрос!
Технологии Смарт-контрактов предлагают другую логику и конструкцию:
если произошло X — протокол сам выполняет Y и делает это гарантированно - без вовлечения в процесс текущей институциональной среды, ограниченной географией собственной юрисдикции.
Разумеется, смарт-контракт пока не заменяет полностью всю исполнительную власть государства.
Однако принципиально важно другое:
часть функции исполнительной власти впервые становится технологически отделимой от и недосягаемой юрисдикцией территориального суверена. Это уже «первая ласточка» - тренд который будет только нарастать.
Правило и механизм его исполнения могут соединяться внутри программного кода.
Этот код способен функционировать одновременно для участников из разных юрисдикций. Это придает ему надсистемные качества и свойства, которые облегчают взаимодействие и расширяют его пространство.
4. Новое качество технологий определяет новые свойства и характеристики социальной среды. Именно здесь возникает проблема принципов организации государства по модели Монтескье
Современное государство выросло из той институциональной архитектуры, которую мы связываем с принципом разделения властей по Монтескье:
• законодательная власть формирует правила;
• исполнительная — обеспечивает их исполнение;
• судебная — разрешает споры и восстанавливает нарушенное право.
Эта модель формировалась для территориального государства.
Теперь представим среду, в которой всё большая часть экономических отношений осуществляется глобально, собственность учитывается on-chain, расчёты происходят посредством цифровых активов, а часть исполнения обеспечивается смарт-контрактом.
Старая модель государства начинает не справляться с таким преобразованием и «трещать по швам». Однако, сама идея Государства и идея разделения властей при этом не исчезает.
Меняется их применение и меняется институциональная конструкция государства - и если этого не понять, то происходит лже-ощущение, что исчезает само государство.
Почему текущая модель начинает «трещать по швам»? Потому что часть функций, прежде осуществлявшихся исключительно через государственные организации, получает возможность осуществляться через протокол, который может не иметь отношения к государству.
В таком ключе взаимодействия - возникает гораздо более серьёзный вопрос:
если управление, деньги (как система оценки и учёта) и часть механизмов исполнения (исполнительная власть!!!) постепенно выходят в глобальное протокольное пространство — какой должна стать архитектура нового государства?
Это архиважный вопрос - над которым мы работаем и который мы задаем в открытое пространство много лет (первый раз в Гос Думе в 2016м году).
Однако ни общество ни особенно руководство страны продолжают не осознавать важности и остроты этого вопроса.
5. Решение SEC особенно важно именно поэтому!
США сегодня делают очень показательный шаг.
Они не пытаются сохранить фондовый рынок исключительно в его прежней юридической и технологической форме.
В погоне за глобальным доминированием, они начинают экспериментировать с переносом существующих прав собственности в новую единую глобальную среду. То есть они расширяют свою систему смыслов дальше и шире чем географическое пространство страны. (Именно этот эффект становится возможным достичь через моделирование собственных смыслов и культуры как частного случая).
Токенизируется уже не условная «криптомонета».
Токенизируется акция.
А акция — это юридически оформленное отношение собственности, которое переносится в глобальное пространство взаимодействия.
За ней стоят право на капитал, дивиденды, голосование и остаточные активы компании.
Именно поэтому происходящее можно рассматривать как начало соединения двух пространств:
старого институционального пространства права — и нового глобального пространства где США выходят в лидеры доминирования надсистемного пространства.
Они пытаются перенести американские институты в новую технологическую среду и тем самым зафиксировать свое доминирование в надсистемнном пространстве.
И вот здесь возникает главный вопрос!