Будущее после (1)
Думать о будущем в России сегодня - самое непопулярное занятие. Потому что власти и все, кого они "купили", предпринимают большие усилия к тому, чтобы не заканчивалось прошлое. Как говорится в одном из мудрых текстов на эту тему, "будущее в России наступит тогда, когда Россия поймет, что оно не сзади", что в него не надо возвращаться.
Конечно, это будет очень трудно. Эрозия гражданского общества, преследования активистов, цензура, опасения доносов ведут к разрыву гражданских связей, уничтожению гражданского капитала. Поэтому тем более мне импонирует попытка "Новой газеты", которая на протяжении июля-августа опубликовала большую серию эссе, подготовленных "Лабораторией будущего" (Елена Панфилова). Среди них есть очень сильные. Ниже тезисы из нескольких текстов этой серии.
Василий Жарков: Народ не болен
Воображая будущее, очень глупо и опасно надеяться, что какой-либо формой «лечения», просвещения или селекции можно улучшить существующую природу человека, пишет Василий Жарков. Она не поддается быстрым изменениям, и институты могут лишь корректировать опасные последствия человеческого поведения. Жарков призывает не думать о российском обществе как о больном и не мерить реальномть моральным идеалом. Если общество больно, то ему нельзя доверять выборы, и за него надо все решать. Именно страх перед грубым, пьяным и неотесанным "народом" заставил советскую интеллигенцию искать защиты у сильной руки (не дай бог опять выберут коммунистов или фашистов). Если народ болен, то авритаризм навсегда.
Жарков напоминает, что перестроечная элита желала товарного изобилия на прилавках, свободного выезда за границу и возможности быть легальными богачами. Она боялась русского бунта и предпочла "широкому народному движению сильного президента с построенной при помощи сотрудников бывшего КГБ верикалью власти и пропагандистской машиной трех общероссийских каналов, которые должны были заставиь народ не сопротивляться "непопулярным реформам"". Рыночное изобилие для всех и роскошь для избранных - вот к чему должен был привести "просвещенный деспотизм" согласно чаяниям номенклатуры-1991. Все получилось согласно пожеланиям: права человека и демократия в набор желаний не входили.
Ирина Бусыгина: проработать войну
Без рефлексии об ответственности за военные действия размышлений о будущем не получится, пишет политолог Ирина Бусыгина. Но путинский режим убил площадки, на которых в России можно размышлять о будущем (не все). Лозунг-угроза "можем повторить" устранил будущее: если надо, то вместо будущего опять будет прошлое. Чтобы получилось будущее, надо будет проработать настоящее.
Сергей Соколов: Передел собственности и инструментов насилия неизбежен
Сакральность трона сильнее «духа» конкретного вождя, отмечает главред "Новой" Сергей Соколов. «Власть», «служение» и патерналистский паттерн (простите за аллитерацию) — неизменные доминанты коллективного сознания нашего общества и будут неизменными еще долго. Дайте народонаселению вождя, врага, имперские фантомные боли, минимальный социальный пакет от государства, не побуждайте слезть с дивана и отказаться от маркетплейсов и майских шашлыков — и оно будет худо-бедно управляемым.
Сергей весьма пессимистичен: людям с оружием надо будет дать власть и собственность: Решение — из простых — одно: делегировать тем, кому ничего не хватит, право на насилие. Иначе это право они заберут сами, приклеившись либо к националистическим структурам с превращением тех в банды вооруженных погромщиков, либо создав ОПГ, качество которых и не снилось в 90-е. Вместо зарплат, к суммам которых привыкли за время боевых действий, станут отдавать территории и проживающее там народонаселение на кормление (бартер такой). Еще этот процесс — региональный. Что означает: местные элиты обзаведутся-таки (те, кто еще не успел) своими «солдатами», как обзавелись ими уже давно крупные корпорации с их ЧВК.
to be continued
Думать о будущем в России сегодня - самое непопулярное занятие. Потому что власти и все, кого они "купили", предпринимают большие усилия к тому, чтобы не заканчивалось прошлое. Как говорится в одном из мудрых текстов на эту тему, "будущее в России наступит тогда, когда Россия поймет, что оно не сзади", что в него не надо возвращаться.
Конечно, это будет очень трудно. Эрозия гражданского общества, преследования активистов, цензура, опасения доносов ведут к разрыву гражданских связей, уничтожению гражданского капитала. Поэтому тем более мне импонирует попытка "Новой газеты", которая на протяжении июля-августа опубликовала большую серию эссе, подготовленных "Лабораторией будущего" (Елена Панфилова). Среди них есть очень сильные. Ниже тезисы из нескольких текстов этой серии.
Василий Жарков: Народ не болен
Воображая будущее, очень глупо и опасно надеяться, что какой-либо формой «лечения», просвещения или селекции можно улучшить существующую природу человека, пишет Василий Жарков. Она не поддается быстрым изменениям, и институты могут лишь корректировать опасные последствия человеческого поведения. Жарков призывает не думать о российском обществе как о больном и не мерить реальномть моральным идеалом. Если общество больно, то ему нельзя доверять выборы, и за него надо все решать. Именно страх перед грубым, пьяным и неотесанным "народом" заставил советскую интеллигенцию искать защиты у сильной руки (не дай бог опять выберут коммунистов или фашистов). Если народ болен, то авритаризм навсегда.
Жарков напоминает, что перестроечная элита желала товарного изобилия на прилавках, свободного выезда за границу и возможности быть легальными богачами. Она боялась русского бунта и предпочла "широкому народному движению сильного президента с построенной при помощи сотрудников бывшего КГБ верикалью власти и пропагандистской машиной трех общероссийских каналов, которые должны были заставиь народ не сопротивляться "непопулярным реформам"". Рыночное изобилие для всех и роскошь для избранных - вот к чему должен был привести "просвещенный деспотизм" согласно чаяниям номенклатуры-1991. Все получилось согласно пожеланиям: права человека и демократия в набор желаний не входили.
Ирина Бусыгина: проработать войну
Без рефлексии об ответственности за военные действия размышлений о будущем не получится, пишет политолог Ирина Бусыгина. Но путинский режим убил площадки, на которых в России можно размышлять о будущем (не все). Лозунг-угроза "можем повторить" устранил будущее: если надо, то вместо будущего опять будет прошлое. Чтобы получилось будущее, надо будет проработать настоящее.
Сергей Соколов: Передел собственности и инструментов насилия неизбежен
Сакральность трона сильнее «духа» конкретного вождя, отмечает главред "Новой" Сергей Соколов. «Власть», «служение» и патерналистский паттерн (простите за аллитерацию) — неизменные доминанты коллективного сознания нашего общества и будут неизменными еще долго. Дайте народонаселению вождя, врага, имперские фантомные боли, минимальный социальный пакет от государства, не побуждайте слезть с дивана и отказаться от маркетплейсов и майских шашлыков — и оно будет худо-бедно управляемым.
Сергей весьма пессимистичен: людям с оружием надо будет дать власть и собственность: Решение — из простых — одно: делегировать тем, кому ничего не хватит, право на насилие. Иначе это право они заберут сами, приклеившись либо к националистическим структурам с превращением тех в банды вооруженных погромщиков, либо создав ОПГ, качество которых и не снилось в 90-е. Вместо зарплат, к суммам которых привыкли за время боевых действий, станут отдавать территории и проживающее там народонаселение на кормление (бартер такой). Еще этот процесс — региональный. Что означает: местные элиты обзаведутся-таки (те, кто еще не успел) своими «солдатами», как обзавелись ими уже давно крупные корпорации с их ЧВК.
to be continued