Видео недоступно для предпросмотра
Смотреть в Telegram
Как военное руководство реагирует на жалобы мобилизованных (и их близких) с Запорожского направления?
Нам удалось получить аудио этих разговоров. Вот что 34 бригаде (где жаловались на штурмы без поддержки и нормального вооружения), отказавшейся возвращаться на позиции, говорит замполит:
— Вы когда сюда ехали, вы о чем думали? Вас сюда б***ь привезли в наручниках? Выкинули на позиции без автоматов? А че тогда? Вы сами б***ь в аэропорту соглашения подписали.
— Артподдержка не стоит с вами в окопе. Задача штурмового подразделения — штурмовать и закреплять позиции. Вы даже укрепиться не смогли. Вы что б***ь думали, после штурма вам чай и кофе принесут? Вы шли в “Шторм” б***ь, “Шторм” б***ь, само понятие, “Шторм” б***ь — штурмовики б***ь. Это наши смертники еб***от.
— [На возражения о том, что военные могут вернуться на позиции, но только с артподдержкой и не под минометный обстрел] Было б***ь, а если бы не было? А как мы узнаем, что этого не будет?
— Все по списку пишут объяснения. Не надо писать, что вас отправили с одним магазином б**. Это же не правда (военные на аудио возражают)
— Все прекрасно понимаю. Мне сейчас еще надо б***ь отвечать б***ь товарищам москвичам, которым отправили видео там мамы. (речь идет об обращении, которое мы также публиковали)
— Вы вот до сих пор не понимаете, мужчины, б***ь. Вы вот туда обратились к Владимиру Владимировичу, верховному главнокомандующему. Все это до него дошло или не дошло, но все это спускается по принципу унитаза. Сверху вниз.
— Разъе***и замполита бригады н****й, он сел сейчас в ночь еб***т ответ какой-нибудь б***ь. И все. Вопросы должны решаться внутри, и вот эти обращения, что нас с одной лопатой отправили с одним магазином — это пи***ц. Я не знаю, кто это отправил, не буду никого обвинять, но отправили это обращение с Лермонтова три женщины (речь также об опубликованном обращении. Мобилизованные подтверждают данные, которые женщины озвучили в нем).
Нам удалось получить аудио этих разговоров. Вот что 34 бригаде (где жаловались на штурмы без поддержки и нормального вооружения), отказавшейся возвращаться на позиции, говорит замполит:
— Вы когда сюда ехали, вы о чем думали? Вас сюда б***ь привезли в наручниках? Выкинули на позиции без автоматов? А че тогда? Вы сами б***ь в аэропорту соглашения подписали.
— Артподдержка не стоит с вами в окопе. Задача штурмового подразделения — штурмовать и закреплять позиции. Вы даже укрепиться не смогли. Вы что б***ь думали, после штурма вам чай и кофе принесут? Вы шли в “Шторм” б***ь, “Шторм” б***ь, само понятие, “Шторм” б***ь — штурмовики б***ь. Это наши смертники еб***от.
— [На возражения о том, что военные могут вернуться на позиции, но только с артподдержкой и не под минометный обстрел] Было б***ь, а если бы не было? А как мы узнаем, что этого не будет?
— Все по списку пишут объяснения. Не надо писать, что вас отправили с одним магазином б**. Это же не правда (военные на аудио возражают)
— Все прекрасно понимаю. Мне сейчас еще надо б***ь отвечать б***ь товарищам москвичам, которым отправили видео там мамы. (речь идет об обращении, которое мы также публиковали)
— Вы вот до сих пор не понимаете, мужчины, б***ь. Вы вот туда обратились к Владимиру Владимировичу, верховному главнокомандующему. Все это до него дошло или не дошло, но все это спускается по принципу унитаза. Сверху вниз.
— Разъе***и замполита бригады н****й, он сел сейчас в ночь еб***т ответ какой-нибудь б***ь. И все. Вопросы должны решаться внутри, и вот эти обращения, что нас с одной лопатой отправили с одним магазином — это пи***ц. Я не знаю, кто это отправил, не буду никого обвинять, но отправили это обращение с Лермонтова три женщины (речь также об опубликованном обращении. Мобилизованные подтверждают данные, которые женщины озвучили в нем).