Закон суров, но он закон. Старая как мир установка. Как и то, что все мы в чем-то грешные. Как и то, что полноценный суд – суд небесный, если ты веришь. А если нет, то как говорил еще Альбер Камю, жизнь – абсурд.
Да, абсурд, ибо кто мы перед лицом смерти, если мы не верим? Если на жизнь смотреть через призму жесткой логики, то в ней будет много неразрешимых противоречий. Мы часто задаемся вопросом «кто виноват и что делать?», даже если закон, в общем-то, четко определяет и вину, и что делать дальше.
К примеру, вот кто виноват, когда мужчина издевается над женщиной, а та, наносит ему удар, который оказался смертельным? Или кто виноват, когда родители стали персонажами пьесы Горького «На дне» и для ребенка эта ситуация стала нормой – нормой, приведшей к правонарушениям. Кто виноват, когда человека завербовали, склонили к распространению запрещенных веществ, предварительно на них подсадив?
Логика закона проста. Совершая правонарушение, человек сделал выбор, «поставил свою подпись» и должен нести наказание. Но закон пишем мы, люди полные несовершенства, а жизнь сложнее. В ней всегда есть право на исправление, даже если ты не веришь. Каждый имеет право на то, что бы перед смертью, в те секунды, становящиеся минутами, выдохнуть с облегчением.
Читал лекции в ИК-5 города Новый Оскол. Это женская колония. Раньше здесь была «малолетка». Ухоженная территория, где растут сосны уже полвека. Если не знать, куда приехал и не замечать колючую проволоку, то может создаться впечатление дома отдыха. Но вот храм, вот производственные площадки, вот помещение отряда, где стоят «шконки». Там же есть место для приготовления еды. На кухне небольшой металлический трос для ножа, который выдают под роспись. Трос серьезно ограничивает движение – это исправительное учреждение.
Осужденные идут строем. Все в платочках. В ИК-5 основной труд для заключенных – пошив одежды, белья и т.д. Это заметно сразу. На одном из зданий замечаю мурал. Его разрешили создать осужденной художнице. Довольны все – и администрация, и исправляемые.
Проходим в актовый зал. Пока идем, обращаю внимание, что в оформлении только мягкие цвета, успокаивающие. Атмосфера радикально отличается от мужских учреждений, хоть и статьи на всех одинаковые.
– Гражданки осужденные! Меня зовут Игнатов Михаил Александрович! Меня пригласила ваша администрация поговорить с вами о проблеме терроризма и экстремизма – представляюсь и говорю, говорю и даже шучу.
Все мы прежде всего люди. Все мы живем в противоречии. Все мы задаемся раз за разом вопросом «кто виноват и что делать?»
Вина – общее горе. Что делать? Жить эту жизнь, стремясь к лучшему.
Да, абсурд, ибо кто мы перед лицом смерти, если мы не верим? Если на жизнь смотреть через призму жесткой логики, то в ней будет много неразрешимых противоречий. Мы часто задаемся вопросом «кто виноват и что делать?», даже если закон, в общем-то, четко определяет и вину, и что делать дальше.
К примеру, вот кто виноват, когда мужчина издевается над женщиной, а та, наносит ему удар, который оказался смертельным? Или кто виноват, когда родители стали персонажами пьесы Горького «На дне» и для ребенка эта ситуация стала нормой – нормой, приведшей к правонарушениям. Кто виноват, когда человека завербовали, склонили к распространению запрещенных веществ, предварительно на них подсадив?
Логика закона проста. Совершая правонарушение, человек сделал выбор, «поставил свою подпись» и должен нести наказание. Но закон пишем мы, люди полные несовершенства, а жизнь сложнее. В ней всегда есть право на исправление, даже если ты не веришь. Каждый имеет право на то, что бы перед смертью, в те секунды, становящиеся минутами, выдохнуть с облегчением.
Читал лекции в ИК-5 города Новый Оскол. Это женская колония. Раньше здесь была «малолетка». Ухоженная территория, где растут сосны уже полвека. Если не знать, куда приехал и не замечать колючую проволоку, то может создаться впечатление дома отдыха. Но вот храм, вот производственные площадки, вот помещение отряда, где стоят «шконки». Там же есть место для приготовления еды. На кухне небольшой металлический трос для ножа, который выдают под роспись. Трос серьезно ограничивает движение – это исправительное учреждение.
Осужденные идут строем. Все в платочках. В ИК-5 основной труд для заключенных – пошив одежды, белья и т.д. Это заметно сразу. На одном из зданий замечаю мурал. Его разрешили создать осужденной художнице. Довольны все – и администрация, и исправляемые.
Проходим в актовый зал. Пока идем, обращаю внимание, что в оформлении только мягкие цвета, успокаивающие. Атмосфера радикально отличается от мужских учреждений, хоть и статьи на всех одинаковые.
– Гражданки осужденные! Меня зовут Игнатов Михаил Александрович! Меня пригласила ваша администрация поговорить с вами о проблеме терроризма и экстремизма – представляюсь и говорю, говорю и даже шучу.
Все мы прежде всего люди. Все мы живем в противоречии. Все мы задаемся раз за разом вопросом «кто виноват и что делать?»
Вина – общее горе. Что делать? Жить эту жизнь, стремясь к лучшему.