#Зарисовки, #Минсбурги
Тёплый свет ламп расползался по столешнице, освещая место готовки, и создавал уютную атмосферу, будто обнимая каждую деталь. Романов стоял у плиты, осторожно переворачивая клецки на сковородке. На сковороде они шипели, коричневая корочка медленно образовывалась, и оттуда поднимался пар и вместе с ним сочился восхитительный аромат, заполняя кухню приятным запахом, несмотря на работу вытяжки. Клецки, на первый взгляд, были просты: натертый на терке, а затем насухо выжатый, картофель, скрученные шарики, приправленные ароматными специями. Основным способом приготовления была варка, а обжаривали только для получения хрустящей корочки, для которой ещё приходилось использовать панировочные сухари.
Вдруг за спиной Саша расслышал тихие шаги, и в следующую секунду ощутил, как его нежно обняли за талию. Он слабо улыбнулся, чувствуя, как Немигов уютно устроил голову на его плече, проходя взглядом по содержимому сковороды, осматривая национальное блюдо своей, белорусской кухни.
— Нужна помощь? — Ласково проводит по темно-синему фартуку и игриво улыбается.
Однако Саша не ответил и начал выкладывать со сковородки уже готовые клецки на аккуратную тарелку, сразу выключая плиту. А затем осторожно, с легким трепетом, взял один из картофельных шариков, уже успевший остыть, теплый. Саша предложил, поднося его к чужим грубым:
— Попробуй, как получилось.
Коля, без слов согласившись, вначале ласково поцеловал Сашу в шею, оставляя на коже нежный след. И только после поцелуя целиком взял в рот предложенное угощение.
— Очень вкусно, — выдохнул он, наслаждаясь вкусом, который так хорошо знал. Но все равно он был.. особенный. У Романова всегда выходит иначе, но от этого блюдо не становится хуже.
Петербург лишь нежно улыбнулся. Предложение попробовать было больше для галочки, ведь он и без чужих комплиментов прекрасно знал, что его гастрономические способности просто прекрасны. Но несмотря на это, слова восхищения, прозвучавшие из уст любимого, разлились в груди приятным теплом.
Тёплый свет ламп расползался по столешнице, освещая место готовки, и создавал уютную атмосферу, будто обнимая каждую деталь. Романов стоял у плиты, осторожно переворачивая клецки на сковородке. На сковороде они шипели, коричневая корочка медленно образовывалась, и оттуда поднимался пар и вместе с ним сочился восхитительный аромат, заполняя кухню приятным запахом, несмотря на работу вытяжки. Клецки, на первый взгляд, были просты: натертый на терке, а затем насухо выжатый, картофель, скрученные шарики, приправленные ароматными специями. Основным способом приготовления была варка, а обжаривали только для получения хрустящей корочки, для которой ещё приходилось использовать панировочные сухари.
Вдруг за спиной Саша расслышал тихие шаги, и в следующую секунду ощутил, как его нежно обняли за талию. Он слабо улыбнулся, чувствуя, как Немигов уютно устроил голову на его плече, проходя взглядом по содержимому сковороды, осматривая национальное блюдо своей, белорусской кухни.
— Нужна помощь? — Ласково проводит по темно-синему фартуку и игриво улыбается.
Однако Саша не ответил и начал выкладывать со сковородки уже готовые клецки на аккуратную тарелку, сразу выключая плиту. А затем осторожно, с легким трепетом, взял один из картофельных шариков, уже успевший остыть, теплый. Саша предложил, поднося его к чужим грубым:
— Попробуй, как получилось.
Коля, без слов согласившись, вначале ласково поцеловал Сашу в шею, оставляя на коже нежный след. И только после поцелуя целиком взял в рот предложенное угощение.
— Очень вкусно, — выдохнул он, наслаждаясь вкусом, который так хорошо знал. Но все равно он был.. особенный. У Романова всегда выходит иначе, но от этого блюдо не становится хуже.
Петербург лишь нежно улыбнулся. Предложение попробовать было больше для галочки, ведь он и без чужих комплиментов прекрасно знал, что его гастрономические способности просто прекрасны. Но несмотря на это, слова восхищения, прозвучавшие из уст любимого, разлились в груди приятным теплом.