В Казахстане с 17 октября начнут кастрировать педофилов, сообщают казахские СМИ. Процедура будет проводиться в тюрьмах за полгода до освобождения по приказу Минздрава. Решение о кастрации будет принимать суд после психиатрической экспертизы.
Насколько же эффективна данная мера? В общем-то ни на дюйм. Общая неустроенность жизни и гормональные нарушения с ними связанные (хотя, чисто они — только меньшая доля проблемы, бо́льшая — на общем психологическом состоянии человека, основанное на влиянии на него общественных тенденций) всё равно будут приводить к появлению педофилов. Подобная суровая мера в таком случае становится дополнительной причиной к появлению малолетних жертв: насильник, не желающий лишиться репродуктивной функции непременно захочет избавиться от возможности раскрытия преступления, а в случае с детьми проще всего это сделать убийством.
Всякая серьёзная мера, всякая жестокая мера имеет своё место в том случае, если общественное состояние одновременно с этим не создаёт условий для появления преступлений, на которые направлена данная мера. В таком случае, действительно, жестокость — разумный выход. В подобном случае, преступление становитс не изуродованным выходом естественной потребности, а извращённым пристрастием: если человек не голодает, кража на рынке становится не потребностью, а его прихотью; если человек не отрывает от себя нечто душевно важное, он не нуждается в добавлении смыслов, т.е. фетишизации, по отношению к сторонним предметам, сами эти смыслы не имеющие (например, влечение к насилию). Тогда жестокость закона ограничивает только прихоть и мотивация к совершению преступления остаётся минимальной либо отсутствует.
Если же общественные условия, как в нынешнем Казахстане, не имеют подобного фактора, как отсутствие причин уродования человеческой психики в массовом количестве, то закон становится не столько бесполезным, сколько опасным, что мы описали выше.
Единственный вариант преодоления данной проблемы, в том числе и преступлений на почве педофилии, — коренное изменение условий в нашем обществе. Нынешняя власть что Казахстана, что любой другой капиталистической страны, осуществить подобные преобразования не в состоянии. Нужна власть иная, отвечающая потребностям большинства населения и из него же проистекающая напрямую, которая сама решает, что следует делать, и сама же делает. Видоизменяя слова Розы Люксембург, можно подытожить:
Социализм или преступление!
Насколько же эффективна данная мера? В общем-то ни на дюйм. Общая неустроенность жизни и гормональные нарушения с ними связанные (хотя, чисто они — только меньшая доля проблемы, бо́льшая — на общем психологическом состоянии человека, основанное на влиянии на него общественных тенденций) всё равно будут приводить к появлению педофилов. Подобная суровая мера в таком случае становится дополнительной причиной к появлению малолетних жертв: насильник, не желающий лишиться репродуктивной функции непременно захочет избавиться от возможности раскрытия преступления, а в случае с детьми проще всего это сделать убийством.
Всякая серьёзная мера, всякая жестокая мера имеет своё место в том случае, если общественное состояние одновременно с этим не создаёт условий для появления преступлений, на которые направлена данная мера. В таком случае, действительно, жестокость — разумный выход. В подобном случае, преступление становитс не изуродованным выходом естественной потребности, а извращённым пристрастием: если человек не голодает, кража на рынке становится не потребностью, а его прихотью; если человек не отрывает от себя нечто душевно важное, он не нуждается в добавлении смыслов, т.е. фетишизации, по отношению к сторонним предметам, сами эти смыслы не имеющие (например, влечение к насилию). Тогда жестокость закона ограничивает только прихоть и мотивация к совершению преступления остаётся минимальной либо отсутствует.
Если же общественные условия, как в нынешнем Казахстане, не имеют подобного фактора, как отсутствие причин уродования человеческой психики в массовом количестве, то закон становится не столько бесполезным, сколько опасным, что мы описали выше.
Единственный вариант преодоления данной проблемы, в том числе и преступлений на почве педофилии, — коренное изменение условий в нашем обществе. Нынешняя власть что Казахстана, что любой другой капиталистической страны, осуществить подобные преобразования не в состоянии. Нужна власть иная, отвечающая потребностям большинства населения и из него же проистекающая напрямую, которая сама решает, что следует делать, и сама же делает. Видоизменяя слова Розы Люксембург, можно подытожить:
Социализм или преступление!