#НашаАрктика
«Сейчас не время для популистских экономически неэффективных действий»
Интервью с Максимом Данькиным, членом Государственной комиссии по вопросам развития Арктики, генеральным директором Экспертного центра «Проектный офис развития Арктики (ПОРА)».
Часть 9
Каков реальный потенциал Северного морского пути (СМП) как глобальной транспортной артерии? Какие ключевые препятствия (логистика, ледоколы, страхование, инфраструктура) мешают его круглогодичному использованию?
Внешняя конъюнктура повлияла на замедление многих проектов и сокращение объёмов перевозки по Северному морскому пути. Это стоит признать. Но это точно нас не остановит в вопросах развития этой территории. Планы по достижению грузопотока в 80 млн тонн по Северному морскому пути в 2025 году были. Да, грузопоток по Севморпути в 2025 году к 2024 году незначительно снизился до 37 млн тонн. При этом увеличились транзитные перевозки, увеличились контейнерные перевозки. Что говорит о развитии в маршрута. Было бы странно, если бы мы сломя голову «бежали за сухими цифрами», не думая об экономической эффективности. Сейчас не время для популистских, экономически неэффективных действий. Тут надо более рационально действовать.
О потенциале лучше, чем министр по развитию Дальнего Востока Арктики Алексей Чекунков, я не скажу. Он же озвучивал цифры: к 2030 году это порядка 100 млн тонн, к 2040 и 2050 годам и вовсе до 200 млн тонн. Действительно, потенциал такой есть.
Тут важно понимать, что это ни в коей мере не те объёмы, которые перевозятся по Суэцкому каналу. Опять же, нет задачи гнаться за такими объёмами, никогда они перевозиться здесь не будут. По СМП перевозятся маржинальные грузы. Например, если обычный контейнер с дешёвыми товарами возится по Суэцкому каналу, то по Северному Ледовитому океану у нас возится сжиженный природный газ, никелевая продукция. Мы понимаем, что это очень высокомаржинальные товары, и такие объёмы, о которых мы говорим (100-150-200 млн тонн к 2050 году), дадут значительный прирост доходов в наш бюджет, в том числе за счёт налогов, реализации проектов, получения прибыли компаниями.
Что касается препятствий. Первое, это климатический фактор. Второе, технологический. Да, мы строим суда под ключ, но у нас действительно не хватает судостроительных мощностей для более интенсивного освоения этих территорий, и здесь речь не про ледоколы. Третье, экономический. Санкции приостанавливают проекты, нет необходимости перевозить такое количество грузов, нет необходимости строить такие суда, новые верфи. Это становится экономически неэффективно. Но последние примеры строительства новых ледоколов, танкеров-газовозов подтверждают, что мы всё равно идём по намеченному плану. У нас этот план есть, мы по нему двигаемся, не сворачиваем, но только вот темпы, к сожалению, меняются. Но это объективный фактор, риск, с которым работаем.
Часть 1
Часть 2
Часть 3
Часть 4
Часть 5
Часть 6
Часть 7
Часть 8
Часть 10
@Gubery
«Сейчас не время для популистских экономически неэффективных действий»
Интервью с Максимом Данькиным, членом Государственной комиссии по вопросам развития Арктики, генеральным директором Экспертного центра «Проектный офис развития Арктики (ПОРА)».
Часть 9
Каков реальный потенциал Северного морского пути (СМП) как глобальной транспортной артерии? Какие ключевые препятствия (логистика, ледоколы, страхование, инфраструктура) мешают его круглогодичному использованию?
Внешняя конъюнктура повлияла на замедление многих проектов и сокращение объёмов перевозки по Северному морскому пути. Это стоит признать. Но это точно нас не остановит в вопросах развития этой территории. Планы по достижению грузопотока в 80 млн тонн по Северному морскому пути в 2025 году были. Да, грузопоток по Севморпути в 2025 году к 2024 году незначительно снизился до 37 млн тонн. При этом увеличились транзитные перевозки, увеличились контейнерные перевозки. Что говорит о развитии в маршрута. Было бы странно, если бы мы сломя голову «бежали за сухими цифрами», не думая об экономической эффективности. Сейчас не время для популистских, экономически неэффективных действий. Тут надо более рационально действовать.
О потенциале лучше, чем министр по развитию Дальнего Востока Арктики Алексей Чекунков, я не скажу. Он же озвучивал цифры: к 2030 году это порядка 100 млн тонн, к 2040 и 2050 годам и вовсе до 200 млн тонн. Действительно, потенциал такой есть.
Тут важно понимать, что это ни в коей мере не те объёмы, которые перевозятся по Суэцкому каналу. Опять же, нет задачи гнаться за такими объёмами, никогда они перевозиться здесь не будут. По СМП перевозятся маржинальные грузы. Например, если обычный контейнер с дешёвыми товарами возится по Суэцкому каналу, то по Северному Ледовитому океану у нас возится сжиженный природный газ, никелевая продукция. Мы понимаем, что это очень высокомаржинальные товары, и такие объёмы, о которых мы говорим (100-150-200 млн тонн к 2050 году), дадут значительный прирост доходов в наш бюджет, в том числе за счёт налогов, реализации проектов, получения прибыли компаниями.
Что касается препятствий. Первое, это климатический фактор. Второе, технологический. Да, мы строим суда под ключ, но у нас действительно не хватает судостроительных мощностей для более интенсивного освоения этих территорий, и здесь речь не про ледоколы. Третье, экономический. Санкции приостанавливают проекты, нет необходимости перевозить такое количество грузов, нет необходимости строить такие суда, новые верфи. Это становится экономически неэффективно. Но последние примеры строительства новых ледоколов, танкеров-газовозов подтверждают, что мы всё равно идём по намеченному плану. У нас этот план есть, мы по нему двигаемся, не сворачиваем, но только вот темпы, к сожалению, меняются. Но это объективный фактор, риск, с которым работаем.
Часть 1
Часть 2
Часть 3
Часть 4
Часть 5
Часть 6
Часть 7
Часть 8
Часть 10
@Gubery