Рак поджелудочной — злейший враг
Хорошие новости: вчера компания Revolution Medicines объявила об успехе фазы 3 препарата daraxonrasib у пациентов с раком поджелудочной на второй линии (то есть когда рак вернулся после лечения).
В отличие от миеломы, где за 20 лет достигнут впечатляющий прогресс, рак поджелудочной остается крепким орешком. Не работает ничего, кроме старой (и недоброй) химии, да и та помогает весьма условно: медианная выживаемость увеличивается с 4 месяцев до года (рис. 1), но пятилетняя как была около 3%, так и остается. На второй линии (рис. 2) всё совсем плохо. У 80% этот рак диагностируется уже на метастатической стадии, но даже при обнаружении на ранней стадии прогноз плохой: видимо, дело в микрометастазах, которые раковые клетки начинают образовывать очень скоро. Конечно, это связано с какими-то биологическими особенностями поджелудочной, но с какими — это ученым пока взломать не удалось.
Daraxonrasib — ингибитор белка KRAS, который долгие годы считался недоступной (undruggable) мишенью. Сейчас есть уже одобренные препараты против него по раку легкого, теперь вот, наверное, будет и для поджелудочной. Результат получился очень заметный: медианная выживаемость выросла с 6,7 до 13,2 месяцев. Правда, нежелательных явлений тоже много, особенно кожная сыпь и тошнота с диареей. И существует вопрос относительно долговременной выживаемости — скорее всего, лечение лишь отсрочит конец. И все же это важный шаг: во всех остальных раках прогресс начинался также, где-то полгода, где-то год. Может быть, значимый результат принесет иммунотерапия, например, персонализированные мРНК-вакцины.
На картинках показана эволюция терапии первой и второй линии рака поджелудочной (результаты фаз 3). Размер кружочка — число пациентов в исследовании. Видно, насколько скромен прогресс, несмотря на все усилия и насколько выдается вчерашний результат.
Подписывайтесь на канал и пишите мне, чтобы инвестировать вместе!
Хорошие новости: вчера компания Revolution Medicines объявила об успехе фазы 3 препарата daraxonrasib у пациентов с раком поджелудочной на второй линии (то есть когда рак вернулся после лечения).
В отличие от миеломы, где за 20 лет достигнут впечатляющий прогресс, рак поджелудочной остается крепким орешком. Не работает ничего, кроме старой (и недоброй) химии, да и та помогает весьма условно: медианная выживаемость увеличивается с 4 месяцев до года (рис. 1), но пятилетняя как была около 3%, так и остается. На второй линии (рис. 2) всё совсем плохо. У 80% этот рак диагностируется уже на метастатической стадии, но даже при обнаружении на ранней стадии прогноз плохой: видимо, дело в микрометастазах, которые раковые клетки начинают образовывать очень скоро. Конечно, это связано с какими-то биологическими особенностями поджелудочной, но с какими — это ученым пока взломать не удалось.
Daraxonrasib — ингибитор белка KRAS, который долгие годы считался недоступной (undruggable) мишенью. Сейчас есть уже одобренные препараты против него по раку легкого, теперь вот, наверное, будет и для поджелудочной. Результат получился очень заметный: медианная выживаемость выросла с 6,7 до 13,2 месяцев. Правда, нежелательных явлений тоже много, особенно кожная сыпь и тошнота с диареей. И существует вопрос относительно долговременной выживаемости — скорее всего, лечение лишь отсрочит конец. И все же это важный шаг: во всех остальных раках прогресс начинался также, где-то полгода, где-то год. Может быть, значимый результат принесет иммунотерапия, например, персонализированные мРНК-вакцины.
На картинках показана эволюция терапии первой и второй линии рака поджелудочной (результаты фаз 3). Размер кружочка — число пациентов в исследовании. Видно, насколько скромен прогресс, несмотря на все усилия и насколько выдается вчерашний результат.
Подписывайтесь на канал и пишите мне, чтобы инвестировать вместе!