Пока все носятся вокруг Олимпиады и переизбрания наркодиктатора в Венесуэле, захотелось написать о евгенике. В Qué Pasa (чилийский журнал, принадлежит местному медиахолдингу La Tercera) на прошлой неделе вышла статья, посвященная истории евгеники в Чили. В том числе и упомянули, что и сам Альенде был заинтересован в данном феномене.
История вопроса
Под евгеникой нередко понимают государственную политику по улучшению генетических качеств человека. Обычно на ум приходят самые экстремальные примеры: программа Т-4 в Третьем Рейхе или программа стерилизации в Швеции, но в той или иной степени евгенические программы были распространены в большинстве стран планеты в XX в. Более того, некоторые направления евгеники развиваются прямо сейчас, в частности, исследования по редактированию генома человека подпадают под эту категорию.
Чили тут не исключение, и в первой половине XX в. там тоже интересовали евгеникой. Условно говоря, было 2 направления дискуссии:
«Социальная» евгеника - как изменить среду нации, чтобы росли исключительно физически, морально и умственно развитые граждане? Этим вопросом задавались примерно все тоталитарные и социальные государства, и вводили соответствующие программы. Отдельная дискуссия шла по поводу социальных классов: как социальное положение влияет на интеллектуальные способности человека и как это можно регулировать?
«Расовая» евгеника - как развить определенные биологические качества с помощью избирательного воспроизводства человека. Разделяют позитивную (увеличение воспроизводства людей с нужными качествами) и негативную (уменьшение или полное прекращение воспроизводства человека с ненужными качествами) евгеники.
Что хотел Альенде?
В 1939 г. будущий лидер коалиции Народное единство написал книгу La realidad médico-social chilena (на тот момент он был министром здравоохранения, социального обеспечения и социальной помощи, и это в 31 год!), в которой рассуждал о проблеме бедственного положения нижних слоев населения. Страна тяжело пережила Великую депрессию, а постепенно начинавшаяся ИЗИ не могла эффективно перераспределять капитал без доступа к власти, из-за чего вокруг Сантьяго и еще пары городов начали образовываться shanty towns или callampas (мне представляется не совсем корректным называть их трущобами, но это другая тема), где доступ к хорошему социальному обслуживанию, естественно, был затруднен.
Альенде был сторонником «социальной» евгеники, он считал, что в первую очередь надо менять среду вместе с доступом к питанию, чтобы, цитата из статьи:
Когда через 30 лет он станет президентом, социальная политика как раз и будет строиться вокруг этих идей.
Пиночетовская евгеника
«Социальная» евгеника перекочевала от социалистической революции к консервативной.
Социальные реформы строились не просто на стратегии равенства возможностей, децентрализации управления и таргетированной помощи нуждающимся, но и в особом отношении к бедным и бедности как явлению. В 1960-70-е гг. молодые католики и евангелисты (о них в другой раз) начали продвигать «морализаторское» отношение к бедности: это не просто социальное положение, а скорее морально-нравственное состояние. Акцент делался на семье и фигуре бизнесмена. Выделялись «созвездия добродетелей», которые должны были способствовать успеху: трудолюбии, компетентности, порядка, честности, инициативности, бережливости, бережливости, духе служения, исполнении своего слова, смелости и любви к хорошо выполненной работе. Короче говоря, бедняк - это в первую очередь грешник, которого надо спасти.
История вопроса
Под евгеникой нередко понимают государственную политику по улучшению генетических качеств человека. Обычно на ум приходят самые экстремальные примеры: программа Т-4 в Третьем Рейхе или программа стерилизации в Швеции, но в той или иной степени евгенические программы были распространены в большинстве стран планеты в XX в. Более того, некоторые направления евгеники развиваются прямо сейчас, в частности, исследования по редактированию генома человека подпадают под эту категорию.
Чили тут не исключение, и в первой половине XX в. там тоже интересовали евгеникой. Условно говоря, было 2 направления дискуссии:
«Социальная» евгеника - как изменить среду нации, чтобы росли исключительно физически, морально и умственно развитые граждане? Этим вопросом задавались примерно все тоталитарные и социальные государства, и вводили соответствующие программы. Отдельная дискуссия шла по поводу социальных классов: как социальное положение влияет на интеллектуальные способности человека и как это можно регулировать?
«Расовая» евгеника - как развить определенные биологические качества с помощью избирательного воспроизводства человека. Разделяют позитивную (увеличение воспроизводства людей с нужными качествами) и негативную (уменьшение или полное прекращение воспроизводства человека с ненужными качествами) евгеники.
Что хотел Альенде?
В 1939 г. будущий лидер коалиции Народное единство написал книгу La realidad médico-social chilena (на тот момент он был министром здравоохранения, социального обеспечения и социальной помощи, и это в 31 год!), в которой рассуждал о проблеме бедственного положения нижних слоев населения. Страна тяжело пережила Великую депрессию, а постепенно начинавшаяся ИЗИ не могла эффективно перераспределять капитал без доступа к власти, из-за чего вокруг Сантьяго и еще пары городов начали образовываться shanty towns или callampas (мне представляется не совсем корректным называть их трущобами, но это другая тема), где доступ к хорошему социальному обслуживанию, естественно, был затруднен.
Альенде был сторонником «социальной» евгеники, он считал, что в первую очередь надо менять среду вместе с доступом к питанию, чтобы, цитата из статьи:
[чилийская раса*] могла обрести силу, энергию и мужественность, которыми она когда-то обладала, и получила, кроме того, право на наслаждение. […] У него нет уничижительных слов в адрес рабочих, как раз наоборот, он защищал идею евгеники как цели, чтобы у них было лучшее питание, лучшая зарплата и чтобы они могли наслаждаться земными благами.**
Когда через 30 лет он станет президентом, социальная политика как раз и будет строиться вокруг этих идей.
Пиночетовская евгеника
«Социальная» евгеника перекочевала от социалистической революции к консервативной.
Социальные реформы строились не просто на стратегии равенства возможностей, децентрализации управления и таргетированной помощи нуждающимся, но и в особом отношении к бедным и бедности как явлению. В 1960-70-е гг. молодые католики и евангелисты (о них в другой раз) начали продвигать «морализаторское» отношение к бедности: это не просто социальное положение, а скорее морально-нравственное состояние. Акцент делался на семье и фигуре бизнесмена. Выделялись «созвездия добродетелей», которые должны были способствовать успеху: трудолюбии, компетентности, порядка, честности, инициативности, бережливости, бережливости, духе служения, исполнении своего слова, смелости и любви к хорошо выполненной работе. Короче говоря, бедняк - это в первую очередь грешник, которого надо спасти.