Эссе Марио Гонгоры или почему Пиночет, по-хорошему, не должен нравиться националистам
Образу Пиночета в странах бывшего Восточного блока можно посвятить множество публикаций (пару постов и один перевод интересной, по-моему, статьи можно глянуть в закрепе), и в общем-то ничего удивительного нет, что сконструированный образ живет своей жизнью и бороздит просторы Большого театра.
Но иногда, все же, его стоит «приземлять».
Вот и сейчас я решил написать небольшой пост про одно важное историографическое произведение, для чилийского контекста в первую очередь, хотя некоторые идеи были свежи и для мировой гуманитаристики.
Не вдаваясь в пересказ биографии, опишу историка Марио Гонгору в нескольких фактах. Во-первых, он был сыном лудомана. Во-вторых, он трижды голосовал на президентских выборах за Альенде. В-третьих, он поддержал переворот. И в-четвертых, его задавил мотоциклист.
Если серьезно, то Гонгора считается одним из важнейших южноамериканских историков и философов, он переписывался с Броделем, и, что называется, думал о судьбах Родины.
Именно его историософское произведение сейчас меня и интересует, а именно Ensayo histórico sobre la noción de Estado en Chile en los siglos XIX y XX, которое он написал незадолго до своей смерти в 1981 году.
Основные тезисы:
1⃣ Как и многие великие историки XX в. Гонгора следует немецкой романтической традиции: он утверждал, что у каждой культуры и нации есть свой дух.
2⃣ При этом, что было довольно свежо для 1980-х, он отходит от концепта нации-государства и развивает тему государства-нации. За подробностями см. ссылки внизу, а вот как про это писал сам Гонгора:
4⃣ Несмотря на первоначально «националистический» задел и возвращение к традиции Порталеса, военная хунта окончательно порывает с государством как нациеобразующим фактором.
5⃣ Угрозу Гонгора видел в субсидиарном принципе, продавливаемым Гусманом, и в «неолиберальных» реформах. По его мнению, свободная рыночная экономика приведет к тому, что общество потеряет обищий смысл, который все это время был до военного переворота 1973 года. Более того, испано-американская культура несовместима с предпринимательским менталитетом, которого требует капитализм, и таким образом, «неолиберализм», введенный военной диктатурой, подорвет коллективную идентичность, которую государство исторически взращивало.
*⃣ Как бонус. По-видимому, это эссе является первоисточником появления штампа о влиянии Хайека на Конституцию 1980. При этом автор выделяет противоречие между теорией Хайека и проводимой в Чили политикой. Австриец, отвечая на вопрос Поппера может ли неоклассическая модель применяться в странах, в которых нет рыночных традиций, четко отвечает, что нет, не может. «Неолиберализм» таким образом становился «революцией сверху», ломавшей чилийские культурные традиции.
Подробнее:
Stepan A. Comparative Theory and Political Practice: Do We Need a 'State-Nation' Model as Well as a 'Nation-State' Model?
Verbal V. Mario Góngora como pensador político. Un debate inconcluso
Verbal V. Hayek y la Constitución del 80. La construcción del mito
Образу Пиночета в странах бывшего Восточного блока можно посвятить множество публикаций (пару постов и один перевод интересной, по-моему, статьи можно глянуть в закрепе), и в общем-то ничего удивительного нет, что сконструированный образ живет своей жизнью и бороздит просторы Большого театра.
Но иногда, все же, его стоит «приземлять».
Вот и сейчас я решил написать небольшой пост про одно важное историографическое произведение, для чилийского контекста в первую очередь, хотя некоторые идеи были свежи и для мировой гуманитаристики.
Не вдаваясь в пересказ биографии, опишу историка Марио Гонгору в нескольких фактах. Во-первых, он был сыном лудомана. Во-вторых, он трижды голосовал на президентских выборах за Альенде. В-третьих, он поддержал переворот. И в-четвертых, его задавил мотоциклист.
Если серьезно, то Гонгора считается одним из важнейших южноамериканских историков и философов, он переписывался с Броделем, и, что называется, думал о судьбах Родины.
Именно его историософское произведение сейчас меня и интересует, а именно Ensayo histórico sobre la noción de Estado en Chile en los siglos XIX y XX, которое он написал незадолго до своей смерти в 1981 году.
Основные тезисы:
1⃣ Как и многие великие историки XX в. Гонгора следует немецкой романтической традиции: он утверждал, что у каждой культуры и нации есть свой дух.
2⃣ При этом, что было довольно свежо для 1980-х, он отходит от концепта нации-государства и развивает тему государства-нации. За подробностями см. ссылки внизу, а вот как про это писал сам Гонгора:
С исторической точки зрения основная идея республиканского Чили заключается в том, что именно государство формировало и утверждало чилийскую национальность на протяжении девятнадцатого и двадцатого веков; и что целью государства является общее благо во всех его аспектах: национальная оборона, правосудие, образование, здравоохранение, содействие развитию экономики, защита культурной деятельности и т.д.3⃣ С 1964 года в Чили прошло три эксперимента: центристский, левый и правый (если вы сейчас подумали про идею Хобсбаума о том, что 20 век - это век борьбы трех идеологий, то я вас поздравляю, это оно). Каждый из этих экспериментов по-своему ломал предыдущую республиканскую традицию, в которой государство являлось «матрицей национальности».
4⃣ Несмотря на первоначально «националистический» задел и возвращение к традиции Порталеса, военная хунта окончательно порывает с государством как нациеобразующим фактором.
5⃣ Угрозу Гонгора видел в субсидиарном принципе, продавливаемым Гусманом, и в «неолиберальных» реформах. По его мнению, свободная рыночная экономика приведет к тому, что общество потеряет обищий смысл, который все это время был до военного переворота 1973 года. Более того, испано-американская культура несовместима с предпринимательским менталитетом, которого требует капитализм, и таким образом, «неолиберализм», введенный военной диктатурой, подорвет коллективную идентичность, которую государство исторически взращивало.
*⃣ Как бонус. По-видимому, это эссе является первоисточником появления штампа о влиянии Хайека на Конституцию 1980. При этом автор выделяет противоречие между теорией Хайека и проводимой в Чили политикой. Австриец, отвечая на вопрос Поппера может ли неоклассическая модель применяться в странах, в которых нет рыночных традиций, четко отвечает, что нет, не может. «Неолиберализм» таким образом становился «революцией сверху», ломавшей чилийские культурные традиции.
Подробнее:
Stepan A. Comparative Theory and Political Practice: Do We Need a 'State-Nation' Model as Well as a 'Nation-State' Model?
Verbal V. Mario Góngora como pensador político. Un debate inconcluso
Verbal V. Hayek y la Constitución del 80. La construcción del mito