⚖️ Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области указал на недопустимость автоматического и расширительного применения Закона Лугового, отказав финской компании в рассмотрении иска против российского общества
Финская компания TM System Finland Oy (истец), в качестве поставщика, и российское АО «Группа ИЛИМ» (ответчик), в качестве покупателя, заключили договор поставки и оказания услуг в рамках проекта по постройке целлюлозно-картонного комбината в Усть-Илимске. В договоре содержалась арбитражная оговорка в пользу арбитража по правилам ICC с местом арбитража в Женеве.
Несмотря на арбитражную оговорку, истец предъявил иск в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области. При этом истец привел следующие доводы в обоснование компетенции российского государственного суда:
👀Арбитражная оговорка неисполнима, так как рассмотрение спора с участием российских лиц на территории иностранных государств, принявших ограничительные меры, не может быть справедливым и беспристрастным;
👀Отношения сторон, вытекающие из договора, имеют тесную связь с Россией, поэтому российские суды обладают компетенцией на разрешение спора.
Суд отклонил доводы истца, сославшись на следующие обстоятельства:
🔘Исключительная компетенция российского суда возможна, когда «юридический факт введения ограничительных мер в отношении граждан Российской Федерации и российских юридических лиц является непосредственной причиной возникновения спора» и у российской стороны есть препятствия в доступе к правосудию на территории иностранного государства;
🔘Исходя из разъяснений Конституционного Суда РФ в Определениях № 999-О от 29.04.2025 и № 2615-О от 14.10.2025, содержание ст. 248.1 АПК РФ «не предполагает автоматического установления исключительной компетенции арбитражных судов Российской Федерации». Суд должен установить не только предмет и субъектный состав спора, но и всесторонне исследовать его обстоятельства и выявить иные критерии, необходимые для надлежащей реализации права всех участников спора на судебную защиту;
🔘Суду не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии каких-либо препятствий в доступе к правосудию при разрешении спора согласно арбитражной оговорке;
🔘«Фактически, в исковом заявлении истец пытается от имени ответчика обосновать невозможность исполнения пророгационного соглашения, ссылаясь на ограничительные меры, введенные иностранными государствами в отношении российских компаний». При этом в отношении истца не были введены санкции со стороны Швейцарии, являющейся местом арбитража. Истец также не является российским юридическим лицом, не представлены и иные доказательства влияния ограничительных мер непосредственно на истца и его возможность обратиться в арбитраж.
Таким образом, суд указал, что арбитражное соглашение сторон является исполнимым и основания для установления судом исключительной компетенции по спору отсутствуют. В связи с этим Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области оставил исковое заявление финского истца без рассмотрения.
📎Ознакомиться с судебным актом можно по ссылке.
Финская компания TM System Finland Oy (истец), в качестве поставщика, и российское АО «Группа ИЛИМ» (ответчик), в качестве покупателя, заключили договор поставки и оказания услуг в рамках проекта по постройке целлюлозно-картонного комбината в Усть-Илимске. В договоре содержалась арбитражная оговорка в пользу арбитража по правилам ICC с местом арбитража в Женеве.
Несмотря на арбитражную оговорку, истец предъявил иск в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области. При этом истец привел следующие доводы в обоснование компетенции российского государственного суда:
👀Арбитражная оговорка неисполнима, так как рассмотрение спора с участием российских лиц на территории иностранных государств, принявших ограничительные меры, не может быть справедливым и беспристрастным;
👀Отношения сторон, вытекающие из договора, имеют тесную связь с Россией, поэтому российские суды обладают компетенцией на разрешение спора.
Суд отклонил доводы истца, сославшись на следующие обстоятельства:
🔘Исключительная компетенция российского суда возможна, когда «юридический факт введения ограничительных мер в отношении граждан Российской Федерации и российских юридических лиц является непосредственной причиной возникновения спора» и у российской стороны есть препятствия в доступе к правосудию на территории иностранного государства;
🔘Исходя из разъяснений Конституционного Суда РФ в Определениях № 999-О от 29.04.2025 и № 2615-О от 14.10.2025, содержание ст. 248.1 АПК РФ «не предполагает автоматического установления исключительной компетенции арбитражных судов Российской Федерации». Суд должен установить не только предмет и субъектный состав спора, но и всесторонне исследовать его обстоятельства и выявить иные критерии, необходимые для надлежащей реализации права всех участников спора на судебную защиту;
🔘Суду не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии каких-либо препятствий в доступе к правосудию при разрешении спора согласно арбитражной оговорке;
🔘«Фактически, в исковом заявлении истец пытается от имени ответчика обосновать невозможность исполнения пророгационного соглашения, ссылаясь на ограничительные меры, введенные иностранными государствами в отношении российских компаний». При этом в отношении истца не были введены санкции со стороны Швейцарии, являющейся местом арбитража. Истец также не является российским юридическим лицом, не представлены и иные доказательства влияния ограничительных мер непосредственно на истца и его возможность обратиться в арбитраж.
Таким образом, суд указал, что арбитражное соглашение сторон является исполнимым и основания для установления судом исключительной компетенции по спору отсутствуют. В связи с этим Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области оставил исковое заявление финского истца без рассмотрения.
📎Ознакомиться с судебным актом можно по ссылке.