Репост из: Тенденции эпохи
Кошмар и передел. История с «ранением», «исчезновением» и даже «смертью» депутата Госдумы Адама Делимханова, которого считают правой рукой чеченского вождя Кадырова, даёт комплексный срез тревожного состояния внутренней политики.
Изначально не вполне понятно, для чего представитель элиты такого уровня присутствует в зоне боевых действий. Назвать Делимханова, владеющего золотыми пистолетами, значимым военным деятелем можно с очень большой натяжкой. Функция дорогого брата, вероятно, сугубо контролирующая. Он один из немногих, кому Кадыров доверяет, потому Делимханов следит за теневыми потоками средств, идущими как от Минобороны, так и от промышленных объектов на новых территориях. Его задача приумножать капиталы чеченского клана, усиливая позиции последнего на политической арене. Это давно не нравится многим. Никакой идеологии, чистый бизнес.
Устранение крупных функционеров из кадыровской вертикали если не обрушивает, то подрывает ее влияние, сдерживает экспансию. Здесь прямой интерес Пригожина , ведь для «Вагнера», возглавляющего патриотический блок, отряды частной армии «Ахмат» – прямые конкуренты на рынке СВО. На это указывают античеченские посылы, распространяемые информационными ресурсами Пригожина.
Борьба частных армий разворачивается за контроль над российскими регионами, где федеральные власти никак себя не проявляют. Кадыровцы смогли выиграть Белгородскую область, и кейс с Делимхановым стал ответной реакцией вагнеров. Дальнейший прогноз неутишителен: под предлогом угрозы вражеского вторжения и подрывных операций будет происходить заход парамилитарных сил в другие регионы приграничья. Из-за паралича существующих институтов внутри России фактически формируется параллельная система управления, базирующаяся на силовой составляющей. Имеет место совсем не опричнина и земщина, а повторение кошмара криминальных войн 1990-х годов под зонтиком спецоперации.
Все потому, что отдельные политики стали чрезмерно самостоятельными.
К слову, попытки информационных контратак Кадырова и опровержения проблем у Делимханова напоминают deepfake
Подобные оплошности, подрывающие доверие к власти, могут быть экстраполированы на любого чиновника высокого ранга, включая президента.
Изначально не вполне понятно, для чего представитель элиты такого уровня присутствует в зоне боевых действий. Назвать Делимханова, владеющего золотыми пистолетами, значимым военным деятелем можно с очень большой натяжкой. Функция дорогого брата, вероятно, сугубо контролирующая. Он один из немногих, кому Кадыров доверяет, потому Делимханов следит за теневыми потоками средств, идущими как от Минобороны, так и от промышленных объектов на новых территориях. Его задача приумножать капиталы чеченского клана, усиливая позиции последнего на политической арене. Это давно не нравится многим. Никакой идеологии, чистый бизнес.
Устранение крупных функционеров из кадыровской вертикали если не обрушивает, то подрывает ее влияние, сдерживает экспансию. Здесь прямой интерес Пригожина , ведь для «Вагнера», возглавляющего патриотический блок, отряды частной армии «Ахмат» – прямые конкуренты на рынке СВО. На это указывают античеченские посылы, распространяемые информационными ресурсами Пригожина.
Борьба частных армий разворачивается за контроль над российскими регионами, где федеральные власти никак себя не проявляют. Кадыровцы смогли выиграть Белгородскую область, и кейс с Делимхановым стал ответной реакцией вагнеров. Дальнейший прогноз неутишителен: под предлогом угрозы вражеского вторжения и подрывных операций будет происходить заход парамилитарных сил в другие регионы приграничья. Из-за паралича существующих институтов внутри России фактически формируется параллельная система управления, базирующаяся на силовой составляющей. Имеет место совсем не опричнина и земщина, а повторение кошмара криминальных войн 1990-х годов под зонтиком спецоперации.
Все потому, что отдельные политики стали чрезмерно самостоятельными.
К слову, попытки информационных контратак Кадырова и опровержения проблем у Делимханова напоминают deepfake
Подобные оплошности, подрывающие доверие к власти, могут быть экстраполированы на любого чиновника высокого ранга, включая президента.