А что там Михальчук?

Я обещал что компания будет веселой!

В 2022 году мы запустили в TikTok проект «100 причин не голосовать за Путина» — серию коротких роликов с аргументами против Путина и «Единой России». Тогда результат превзошёл все ожидания: почти 100 миллионов просмотров и 50 тысяч подписчиков, набранных с нуля всего за две недели.

Теперь, в преддверии новых выборов, я перезапускаю этот проект на том же аккаунте — с новой подачей, новым оформлением и новыми роликами.

Приходите! Буду рад:

https://vt.tiktok.com/ZS45nkmHM

The Insider со ссылкой на данные Institute for Strategic Dialogue (ISD) пишет, что чат-боты искусственного интеллекта в 18% случаев ссылаются на российскую пропаганду при ответах о войне в Украине.

Это не случайность и не «ошибка алгоритма». Речь идёт о последствиях одной из крупнейших дезинформационных кампаний последних лет - операции Doppelgänger, или как её называют внутри российских структур, «Матрешка».

Суть этой схемы была в том, что с 2022 года российские операторы создавали сотни сайтов-клонов западных медиа - The Guardian, Bild, 20Minutes, Ansa, RBC Ukraine и десятки других. Эти сайты визуально были неотличимы от оригиналов и публиковали фальшивые тексты, полностью повторяющие официальные кремлёвские нарративы: «Украина - коррумпированное государство», «санкции вредят Европе», «Запад втягивает мир в войну».

Отдельный контур этой кампании - сеть сайтов Pravda.com с локальными доменами Pravda España, Pravda Deutschland, Pravda Latvia, Pravda Lithuania и другими. На этих страницах российские нарративы переводились и адаптировались под национальные контексты, создавая иллюзию локальной журналистики.

Но главное - эти массивы информации сознательно скармливались искусственному интеллекту, чтобы они индексировались как достоверные источники. Так создавалась тренировочная база, в которой ИИ-модели учились на поддельных данных, не различая дезинформацию от оригинальных публикаций.

Как строится пропаганда вокруг Max. Коротко по главным линиям.

История с мессенджером Max это про создание целой экосистемы лояльности. Его не продвигают как приложение. Его внедряют как норму.

На первом уровне - государство. Max постепенно становится обязательным для всего: учёбы, работы, госуслуг. Это не выбор, а инфраструктура. Формулировка простая: «Если хочешь пользоваться государственными сервисами - используй Max».

Второй уровень - федеральное телевидение и пропагандисты. Каждый день идут сюжеты про «цифровой суверенитет» и «патриотические технологии». Соловьёв, Симоньян, Канделаки, Минаев, Прилепин и другие уже открыли свои каналы в Max. Всё это создаёт эффект массовости: будто все свои давно там, и ты опоздал.

Третий слой - бизнес. Через Max уже работают Ozon, X5 Group, ВТБ, Альфа-банк, Магнит, Вкусвилл, Теле2. Приложение становится «незаменимым» - скидки, рассылки, платежи, бонусы. Всё это подаётся под лозунгом: «Удобно и по-русски».

И есть ещё оборонительная линия. За неё отвечает АНО «Диалог» - те, кто следит за негативом и формирует позитивную повестку. Если где-то кто-то критикует Max — сразу появляются посты и комментарии в защиту. Логика стандартная: «Боятся успеха отечественных технологий».

На выходе - трёхуровневая система:
госорганы создают обязательность,
медийные лица - имидж и массовость,
бизнес - повседневную необходимость.

Откуда вообще взялись эти ИИ-сетки ботов используемых Кремлем?

Если коротко — из бизнеса крипты.
Изначально нейросети и автоматизация использовались не для пропаганды, а для манипуляций с курсом токенов и ceo продуктов

Работало это просто: создавались сотни анонимных аккаунтов в Twitter, которые между собой были связаны.
Их «прогревали»: подписки, лайки, комментарии, активность — всё, чтобы алгоритмы начинали их считать «реальными пользователями».

Дальше в игру вступал агент, публиковавший контент по заранее прописанным ключам и хэштегам. Цель — поднять упоминаемость конкретной монеты и, соответственно, её цену.

Тысячи аккаунтов одновременно постили, лайкали друг друга, отвечали, ретвитили — и это реально влияло на стоимость токенов в моменте.

Позже этот же принцип перенесли в политические и пропагандистские кампании. Только вместо роста курса — рост нужного нарратива.
Так появились первые ботосетки нового поколения — управляемые ИИ-агентами, работающие уже не ради прибыли, а ради влияния.

Базовая схема: массовое создание аккаунтов + их «подогрев» + генерация контента нейросетью + управление сеткой аккаунтов ИИ-агентом.

Например: в Threads вы можете наблюдать такое — мягкий провокационный пост (пример: «Никогда не понимал, почему борщ называют украинским блюдом. Лучше, чем в России борща, я никогда не ел») и вокруг него разворачивается конфликтная дискуссия.

Как это делается на практике:
— создаются или закупаются 100–200 аккаунтов;
— запускают агент (скрипт/бот или человек), который делает начальную активность — лайки, репосты, базовые комментарии;
— нейросеть генерирует 200 различных постов и профилей: тексты, био, изображения, ответы в комментариях;
— аккаунты «прогревают» несколько дней — добавляют фолловеров, имитируют активность
— затем включают в целевую операцию с помощью ИИ-агента, который полностью автономно управляет процессом.

Один человек с автоматизацией управляет до нескольких сотен аккаунтов. Процедура не требует больших навыков: базовые сценарии и доступ к API китайских или иных коммерческих моделей делают процесс массовым и дешёвым.

Юридическая серая зона в России и большие ресурсы позволяют запускать такие кампании многократно, на любых языках и на любых платформах.

Эффект: создаётся видимость массовой общественной реакции — «натуральные» обсуждения, рост трендов, подтягивание алгоритмов. Цель — легитимировать нарратив, сместить тему дискуссии или подтолкнуть аудиторию к эмоциональной реакции (патриотизм, раздражение, страх).

Пока на Западе обсуждают этические риски ИИ, в России, Китае и Иране его уже поставили на службу пропаганде.

С конца 2023 года прокремлёвские структуры — «Матрешка», «Евразия», «Диалог» и несколько подрядных SMM-центров — перешли на генерацию контента с помощью нейросетей.

Теперь им не нужны десятки копирайтеров и дизайнеров, выполняющих функцию «троллей».

Нейросети пишут тексты, имитируют живых комментаторов и создают видео, где «очевидцы» рассказывают о «подготовке НАТО к войне» или «бунтах мигрантов в Европе».

Часто эти ролики производятся пакетами — по 200–300 штук в сутки под один нарратив — и расходятся по десяткам каналов TikTok и Telegram, оформленных как региональные СМИ или блогеры.

Для Кремля это новый, простой и эффективный инструмент информационной войны: фабрики контента становятся фабриками алгоритмов.
Цена одного фейка упала в десятки раз, а скорость вброса — выросла.
Обычно цель — заполнить медиаполе шумом.

ИИ при поддержке небольших команд сам себя генерирует, сам себя цитирует и сам же усиливает.

У Кремля есть один универсальный нарратив, который он переносит из страны в страну: если не с Россией — значит, война.

Так было в Грузии — на выборах власть пугала людей: если победит оппозиция, начнётся война с Россией. Если останемся мы — будет мир и стабильность.
Так же в Молдове — по тому же шаблону. Там говорили, что если Санду останется у власти, НАТО втянет страну в конфликт. Дальше запускались привычные вбросы: «в Молдове уже есть натовские базы», «идёт скрытая мобилизация», «западные военные готовят наступление». МИД, ГРУ, ФСБ публично эти тезисы тиражировали как официальную позицию.

Теперь тот же в Армении. Всё слово в слово: «Пашинян предал Арцах», «Запад втягивает Армению в войну с Россией», «НАТО хочет открыть второй фронт». Меняются только фамилии и география, но структура остаётся той же.

Этот нарратив — один из самых простых и рабочих. Он рассчитан на базовый страх людей: никто не хочет войны. Кремль использует это как рычаг давления, объясняя всё просто — «если не будете дружить с Россией, война придёт сама».

Такой шаблон одновременно крутится в Словакии, Венгрии, Латвии, Литве, Чехии, Беларуси и т.д

После нескольких крупных кампаний — в Молдове, Чехии и Грузии — становится понятнее, как Кремль выстраивает систему подрядов на распространение пропаганды и «аналитических» материалов в иностранных СМИ.

Работает это по схеме:
1. Головные структуры — АНО «Диалог», «Евразия», Фонд поддержки публичной дипломатии имени Горчакова, Россотрудничество. Они формируют пул подрядчиков и методички.
2. Второй уровень — PR-агентства, «медиааналитические центры», иногда просто ИП и маркетинговые бюро, зарегистрированные в Сербии, Армении, Казахстане, иногда в ЕС. Через них оформляют контракты на публикации и рекламу.
3. Третий уровень — медиа и площадки, чаще локальные: сайты, Telegram-каналы, региональные блогеры. Они получают деньги не напрямую, а через цепочку договоров и «рекламные услуги».

Оплата идёт не за идеологию, а за метрики охвата и вовлечения:
— «статья в СМИ» — 1500 - 3000 евро;
— «размещение в Telegram с нужным текстом» — 100–1000 евро;
— «серия публикаций по нарративу» — 5 000 + евро.

Тексты подаются как мнения экспертов, колонки, или якобы переводы зарубежных источников. Главное — чтобы не выглядело как «российская пропаганда». Поэтому подрядчики часто даже не знают конечного заказчика, а задания приходят через цепочку посредников.

Эта система уже стала отдельным рынком — «теневым PR-сектором». Она не только распространяет нарративы, но и тестирует новые форматы, чтобы встроить их в европейскую медиасреду.

После молдавской кампании, закончившейся для Кремля провалом (где всем в итоге «надавали по шапке», но кадры так и не поменяли), началась быстрая переориентация инфраструктуры. Те же структуры — «Диалог» и АНО «Евразия» — уже переключились на Армению, где через восемь месяцев пройдут парламентские выборы.

Молдавская кампания стала полигоном: отлажены схемы фейк-вбросов, работа с TikTok и Telegram, сетки каналов, а также механизмы найма подрядчиков и политтехнологов. Теперь этот опыт разворачивается в новом направлении.

Всего три недели после выборов в Молдове — и «Матрешка» уже запустила поток фейков и манипуляций в армянском сегменте соцсетей. Следующий шаг — формирование штабов, сбор команд технологов, разработка нарративов и запуск локальных подрядчиков.

АНО «Евразия» играет здесь ключевую роль: формирует штабы, разрабатывает стратегии, готовит тезисы кампании, ведёт аналитику и выстраивает медийную инфраструктуру.
Работа уже идёт — и, судя по всему, Армению ждёт очень жаркий 2026 год.