Чернота... она изменилась. Не просто
стала другой, а словно обрела плотность. Как если бы кто-то выкачал из воздуха все молекулы, а потом заполнил пустоту
ничем, но таким осязаемым, что им можно было бы дышать. Стены этого «ничто» ощущались теперь буквально: невидимые, но ощутимые, они будто медленно сходились, делая пространство меньше.
И эта трещина на руке. Она замерла. Раньше пульсировала, живая, как тонкая вена. А теперь
лежит мёртвым узором, словно кто-то заштриховал её карандашом. Тот щелчок в ладони, он ведь был не камерой. Он был…
затвором. Не дверью, не коробкой, а чем-то, что закрылось
во мне.
В моей старой жизни всё было ясно. Плёнка, проявитель, стоп-ванна. Нажал кнопку — получил кадр. А здесь? Каждый раз новый фокус, новый сбой в матрице реальности. И вот эта тишина после щелчка. Она не просто тишина. Она
звучала как отмена гравитации, как отмена всех правил, к которым я привыкла. И ты знаешь, что самое жуткое? Я до сих пор не знаю, что я фотографирую. И что я
заперла.
🔖 Дневник
ıllı По ту сторону жизни ıllı
