сакральные тропы, проходящие сквозь песочные петли морских рубежей, чей бархат нарушали рваные рубцы тленных похождений, вели его лишь в одно измерение людского естества, в коем вечность встречала пробуждение. в её малахитовых глазах он находил нечто утопичное, губящее, позволяющее лоскутам падших идей смерчем развеиваться, а дланям оставлять на теле ожоги, подобные потоку смазанных чернил на теле, проникнутых в кожу, будто в древний папирус.