заканчивается ли все со смертью, нет ли после нее еще чего то? мне, разумеется, обо всем этом ничего не известно, но всякий раз, когда я вижу звезды, я начинаю мечтать так же непроизвольно, как я мечтаю, глядя на черные точки, которыми на географической карте обозначены города и деревни. почему, спрашиваю я себя, светлые точки на небосклоне должны быть менее доступны для нас, чем черные точки на карте франции? подобно тому, как нас везет поезд, когда мы едем в руан или тараскон, смерть уносит нас к звездам. впрочем, в этом рассуждении бесспорно лишь одно: пока мы живем, мы не можем отправиться на звезду, равно как, умерев, не можем сесть в поезд. вполне вероятно, что холера, чахотка или же рак — не что иное, как небесные средства передвижения, играющие ту же роль, что пароходы, омнибусы и поезда на земле. а естественная смерть от старости равнозначна пешему способу передвижения.