Кабина экипажа не разлетелась вместе с шаттлом. Она отделилась почти целиком и продолжила подниматься по инерции.

Спустя 25 секунд кабина достигла высоты около 20 километров.

Затем началось падение.

До океана оставалось две минуты сорок пять секунд.

NASA установило, что при разрушении экипаж испытал перегрузку от 12 до 20 g. Но она продолжалась недолго: уже через две секунды нагрузка снизилась ниже 4 g.

По заключению медиков, этого, скорее всего, было недостаточно, чтобы убить или тяжело ранить людей внутри.

Но самым страшным доказательством стали аварийные дыхательные баллоны.

Из четырёх найденных три были включены.

Сами активироваться они не могли — каждый запускался вручную. Следов того, что переключатели сработали от удара о воду, исследователи не обнаружили.

Один из включённых баллонов принадлежал пилоту Майклу Смиту. Его рычаг находился позади кресла, поэтому дотянуться до него сам Смит почти не мог.

Вероятно, баллон включил кто-то из сидевших сзади.

Получается, после разрушения шаттла один член экипажа успел попытаться помочь другому.

Есть и ещё одна деталь.

По словам астронавта Майка Маллейна, несколько защищённых переключателей на панели Смита оказались не в тех положениях, в которых стояли при запуске.

Чтобы передвинуть каждый из них, требовалось сначала оттянуть фиксатор.

Ни разрушение шаттла, ни удар о воду сделать этого не могли.

Возможно, Смит пытался вернуть питание в уже отделившуюся кабину.

Последним записанным словом с борта стало короткое:

— Uh-oh…

После этого связь оборвалась.

Неизвестно, как долго экипаж оставался в сознании. Если кабина быстро потеряла давление — всего несколько секунд. Аварийные баллоны содержали обычный воздух и на такой высоте не смогли бы спасти людей.

Но если герметичность сохранилась, они могли понимать происходящее гораздо дольше.

Кабина ударилась об океан на скорости около 333 километров в час. Перегрузка достигла примерно 200 g — пережить её было невозможно.

Официальный отчёт NASA не смог установить точную причину смерти экипажа.

Мир запомнил катастрофу как мгновенную вспышку.

Но между этой вспышкой и ударом о воду прошло ещё 165 секунд.

И никто никогда не узнает, сколько из них экипаж провёл в сознании.