«Я не с автоматом, а с галстуком и в костюме пошёл на работу в Верховный Совет Российской Федерации писать законы»;

«Когда я смотрел телеканал в этот момент и слушал государственных людей, я понял, что политика полна лжи, что это отвратительная сфера деятельности, я не хочу иметь с ней ничего общего и ушёл в бизнес»;

«Я работал на самое что ни на есть исчадие капиталистического ада. Я работал в самом центре, через который проходили эти деньги. Человек, который работал рядом со мной – он до этого работал в USAID и писал наши законы, рядом бесновались ЦРУшники. Я был в самом центре. Я был жрецом мамоны»;

«Диссонанс был большой, ибо я в этот момент воцерковлялся и ездил в Троице-Сергиеву лавру, как мог пытался благотворительствовать из своей зарплаты и небольших бонусов»;

«Как у нас происходит у православных? Кстати, православные – это не самые правильные люди. Это просто больные, осознавшие, что они больные. И мы приходим в Церковь, понимая, что нам надо лечиться. Понимая, что нам нужно каяться. И только тогда мы унаследуем Царство Небесное. А люди, которые ходят на улице, они просто ещё не поняли, что они больные».