♤〕─━─━─ℝ𝔸𝕋𝕋𝕆─━─━─〔♤

T‌‌e‌‌g‌‌s‌‌: #моризаи #зарисовка #порно
ДИСКЛЕЙМЕР: употребление лечебных средств с алкоголем (не надо повторять, чревато последствиями), галюники, не трезвое состояние, намек на педо, изнасилование

Тишину в белом медицинском прерывает стук маленьких каблуков о кафель. В дверном проёме оказывается бывший врач Портовой мафии и нынешний босс той же организации. Его улыбка такая лёгкая и непринуждённая, будто сейчас перед не сидит бывший подчинённый, привязанный руками и ногами к стулу, а милый ребёнок, который ждёт отца из детского сада. Сам Осаму даже не смотрит на Мори, что стоит пред ним в новом чистом халате, ему уже настолько надоело сидеть в этих четырёх белых стенах, как в психушке, ей-богу.

— Знаешь, зачем ты здесь? — первым прервать тишину решился Огай, его фиолетовые глаза смотрели прямо в душу, даже появилось ощущение холодного ветра за спиной.
— Попытка вернуть в мафию? Поиздеваться? Плевать.
— Плевать, пока ты знаешь, что агентство не будет предпринимать попыток тебя искать? Ты не появлялся в офисе уже три недели, уже половина четвёртой пошла.
— Намекаешь, что я там никому не нужен?
— Именно. Вспомни времена, когда ты был с нами, каждый был готов бросить свои силы на твои поиски, — врач подошёл к пойманному и на основание его языка положил таблетку антидепрессанта. Осаму смирился и не пытался уже, как в прошлые дни, буянить; он спокойно принял лекарство и позволил влить в себя ещё пару глотков вина. — Молодец какой.

— Зачем вы меня этим поите? Я не хочу. У меня перед сном галлюники такие, — он говорит бездушным шёпотом.

Из-за такой смеси антидепрессанта и вина и появляются галлюцинации. Голова перестала соображать как раньше, а глаза вернули свою пугающую форму тёмного дна: до перехода в агентство у него всегда были такие глазки. Они передавали всю его натуру, в лёгкую проникали в душу и доводили врагов до дрожи в коленях.

— Ты же прекрасно понимаешь, что агентству ты не нужен. Бесполезен для них. Возвращайся к нам, и всё будет как раньше, — вопрос Осаму был нагло проигнорирован. Холодные пальцы легли на забинтованную шею, начиная потихоньку распускать белые полосы, что уже пропитались потом и запахом самого носителя. Кожа постепенно оголялась, ей наконец дали возможность дышать. Смотря в самую душу бывшего подчинённого, он видел в ней своё отражение: те же глаза, тот же страх за других, но никак не за себя. В чём-то они действительно похожи, но по их венам течёт совершенно разная кровь.

— Не смотри на меня так, Осамушка, зла я тебе не желаю.
— Ты тогда тоже. Я не хочу.
— Я так долго ждал тебя, чтобы ты убежал на восемнадцатилетие?
— Да я бы отказал.
— Кто бы тебя спрашивал, — бинты что с шеи, что с рук лежали на полу. Осаму только от этого почувствовал себя полностью обнажённым и уязвимым.

Дальше уже всё как в тумане, из головы стёрлись любые подробности, но запомнилась боль, ужасная боль в заднем проходе, а ещё горло рвало от собственных криков той же боли. Противно даже вспоминать это. Но перед глазами мелькал уже умерший друг, конечно, это была очередная галлюцинация. Но его недовольный — выдуманный Дазаем — взгляд отпечатался в памяти куда лучше, чем весь этот ужас.

♤〕‹◦∘꙳─━─༺🂡༻─━─꙳∘◦›〔♤
┊┊┊⋆𖥔 ִֶָ ° •      
  ┊┊ ุ๋.𝅄𖥔 ࣪˖𓈒 ࣪
  ┊𖥔 ִֶָ ⭒ °
┊ ִֶָ ° • ࣪˖𓈒
  𓈒 ִֶָ