Доказанная невменяемость, но суд всё равно на стороне банка
На форуме после выступления пообещал слушателям вернуться к публикациям на Закон.ру. Слово сдержал — перенёс туда два поста по теме оспаривания сделок по статье 177 ГК РФ (читать пост).
Ранее я писал о парадоксе статьи 177 ГК РФ, а именно: при оспаривании сделки по пункту 1 добросовестность другой стороны не проверяется, а при оспаривании по абзацу 2 пункта 2 той же статьи, когда сделку оспаривает уже попечитель, — осведомленность проверяется. Вот тот пост, ну или читайте более полную версию на Закон.ру.
А затем я ещё раз посмотрел практику по пункту 2 статьи 177 и нашёл свежий пример, который этот парадокс подтверждает.
📂Фабула
Гражданин с 2008 года наблюдался у психиатра, в том же году был госпитализирован с диагнозом «галлюцинаторно-бредовый синдром», неоднократно проходил стационарное лечение. В августе 2022 года неустановленные лица убедили его оформить кредиты в нескольких банках на общую сумму около 4 млн рублей, а деньги были переданы этим лицам (видимо опять мошенникам).
Решением суда от 23.01.2023 гражданин признан ограниченно дееспособным. Этим же решением установлено, что он в течение длительного времени страдает психическим расстройством, оформил кредиты, передал деньги неизвестным лицам и тем самым существенно ухудшил своё материальное положение.
Экспертиза подтвердила, что в момент заключения договоров он не мог понимать значение своих действий и руководить ими.
Попечитель обратился в суд с требованием признать все кредитные договоры недействительными.
🏛Что решил суд
В требованиях к двум из трёх банков было отказано.
Логика суда такая: поскольку гражданин впоследствии был ограничен в дееспособности, применяется абзац 2 пункта 2 статьи 177 ГК РФ, а он требует доказать, что банки знали или должны были знать о психическом состоянии клиента в момент сделки. Этого сделать не удалось.
⚖️Позиция суда
🔗Источник: Определение СК по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 4 июня 2025 г. по делу № 88-14497/2025
К третьему банку иск удовлетворили. Если честно, до конца причину так и не понял. Похоже, он попросту не заявил возражение по абзацу 2 пункта 2 статьи 177 ГК РФ. Ещё один урок — заявляйте возражения как надо.
💬Комментарий
Очередная демонстрация парадокса на практике. И по-прежнему считаю, что этот подход (проверку добросовестности другой стороны) — можно и нужно пробовать применять и к пункту 1 статьи 177 ГК РФ.
У меня есть подозрение, как возник этот парадокс. Для этого пришлось покопаться в истории нормы. Если интересно — ставьте реакции, пишите в комментариях. Предупреждаю: может быть нудно.
📽Ранее по теме
▫️Почему шизофрения продавца — не основание отменить сделку?
🏷Прочёл в законе
Резервный канал в MAX |ВК
На форуме после выступления пообещал слушателям вернуться к публикациям на Закон.ру. Слово сдержал — перенёс туда два поста по теме оспаривания сделок по статье 177 ГК РФ (читать пост).
Ранее я писал о парадоксе статьи 177 ГК РФ, а именно: при оспаривании сделки по пункту 1 добросовестность другой стороны не проверяется, а при оспаривании по абзацу 2 пункта 2 той же статьи, когда сделку оспаривает уже попечитель, — осведомленность проверяется. Вот тот пост, ну или читайте более полную версию на Закон.ру.
А затем я ещё раз посмотрел практику по пункту 2 статьи 177 и нашёл свежий пример, который этот парадокс подтверждает.
📂Фабула
Гражданин с 2008 года наблюдался у психиатра, в том же году был госпитализирован с диагнозом «галлюцинаторно-бредовый синдром», неоднократно проходил стационарное лечение. В августе 2022 года неустановленные лица убедили его оформить кредиты в нескольких банках на общую сумму около 4 млн рублей, а деньги были переданы этим лицам (видимо опять мошенникам).
Решением суда от 23.01.2023 гражданин признан ограниченно дееспособным. Этим же решением установлено, что он в течение длительного времени страдает психическим расстройством, оформил кредиты, передал деньги неизвестным лицам и тем самым существенно ухудшил своё материальное положение.
Экспертиза подтвердила, что в момент заключения договоров он не мог понимать значение своих действий и руководить ими.
Попечитель обратился в суд с требованием признать все кредитные договоры недействительными.
🏛Что решил суд
В требованиях к двум из трёх банков было отказано.
Логика суда такая: поскольку гражданин впоследствии был ограничен в дееспособности, применяется абзац 2 пункта 2 статьи 177 ГК РФ, а он требует доказать, что банки знали или должны были знать о психическом состоянии клиента в момент сделки. Этого сделать не удалось.
⚖️Позиция суда
Доводы о том, что у заёмщика имелись поведенческие отклонения и снижение когнитивных способностей, в связи с чем банки не проявили должной осмотрительности, — подлежат отклонению, поскольку носят предположительный характер. Доказательств осведомлённости банков в материалах дела не имеется, а сотрудники банков не обладают соответствующими знаниями для визуального определения психического состояния клиента.
🔗Источник: Определение СК по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 4 июня 2025 г. по делу № 88-14497/2025
К третьему банку иск удовлетворили. Если честно, до конца причину так и не понял. Похоже, он попросту не заявил возражение по абзацу 2 пункта 2 статьи 177 ГК РФ. Ещё один урок — заявляйте возражения как надо.
💬Комментарий
Очередная демонстрация парадокса на практике. И по-прежнему считаю, что этот подход (проверку добросовестности другой стороны) — можно и нужно пробовать применять и к пункту 1 статьи 177 ГК РФ.
У меня есть подозрение, как возник этот парадокс. Для этого пришлось покопаться в истории нормы. Если интересно — ставьте реакции, пишите в комментариях. Предупреждаю: может быть нудно.
📽Ранее по теме
▫️Почему шизофрения продавца — не основание отменить сделку?
🏷Прочёл в законе
Резервный канал в MAX |ВК