Предшествующее сообщение оказалось нѣсколько скомканным ввиду того, что Telegram жёстко ограничивает подписи под видеоальбомами (и под любыми другими альбомами) величиною 2048 сѵмволовъ. Поэтому, чтобы придать моим тамошним мыслям законченность, понадобятся ещё двѣ дописки:
① Нѣкоторая (и даже изрядная!) часть сходства между тѣми сценами #аниме, которые я тут предлагал и предлагаю сравнивать попарно, объясняется не сходством сценариев самих аниме (или сюжетов первоисточников, ими экранизируемых), а единственно тѣмъ обстоятельством, что и то, и другое произведение (и «Chuunibyou demo Koi ga Shitai!», и «Suzumiya Haruhi no Yuuutsu») изготовлено Киотскою анимационною студиею во времена, предшествовавшие трагедии ея сожжения умалишённым преступником.
② Сообщение, которое предшествовало предшествующему, я завершил мыслью о том, что раз уж Кён цѣлый мѣсяцъ имѣлъ основания считать Судзумию Харухи прежде всего чунибёшницею, то тогда Кён должен был совершенно с той же точки зрѣнія воспринять в итоге и тот день, которым этот мѣсяцъ завершился — то есть тот день, когда Кён разговаривал с Харухи дольше, чѣмъ кто-либо прежде (и тѣмъ поразил своих одноклассников и одноклассниц). Если просмотр видеоцитаты, излагающей этот их разговор, ещё не был достаточным для того, чтобы в точности уловить ту мысль, которую я подразумевал, то тогда поясняю: когда одноклассники, начиная с Танигучи, начинают расспрашивать Кёна о том, каким волшебным образом он разговорил Судзумию Харухи, чего он ей наговорил, то Кён отмалчивается и внутренне произносит (на сáмом дѣлѣ — для зрителей), что не говорил ей ничего особенного, но это выглядит формальным откликом только на послѣдній из заданных ему вопросов, а как насчёт отклика на болѣе общий вопрос? — точно ли Кён не знает причины такой внезапной разговорчивости? — я думаю, что Кён знал или хотя бы догадался о причине к этому времени. Повторяю: в этот день, ещё воспринимая Харухи как простую чунибёшницу (то есть не располагая ещё свидѣтельствами реальной сверхъестественности происходящего), Кён имѣлъ всѣ основанія в контексте чунибё воспринять и вопрос Харухи о том, не встрѣчались ли они прежде, причём очень давно. Да, зрители «Меланхолии» знают, что этот вопрос Харухи не содержал ни капли чунибёшности и в конечном счёте порождён был послѣдствіями того путешествия во времени, благодаря которому этакая давняя встрѣча (в личном прошлом Судзумии Харухи) дѣйствительно оказалась возможною; но не надо забывать, что в день этого разговора Кён не только не знал ничего о такой фантастической возможности, но и оставил (по собственному признанию) свой прежний интерес ко всему фантастическому — слѣдовательно, за неимѣниемъ лучшего объяснения Кён мог сам для себя истолковать этот вопрос Харухи только одним способом, а именно воспринять его как другое проявление тѣхъ же чунибёшных заскоков Харухи, которые побуждали её, напримѣръ, менять причёску ежедневно. А что значит на устах чунибёшницы вопрос о том, не встрѣчался ли ей нѣкій парень в далёком прошлом? — чаще всего это подготовка к воодушевлённому рассказу о том, что дѣвушка знала его ещё в прошлой жизни (до реинкарнации), примѣры чего я ужé приводил 23 февраля. Как отреагировал Эйта в аниме «Oreshura», как отреагировал Джю в аниме «Denpa teki na Kanojo», так мог и Кён (просто это не показано в аниме явно) мысленно обнаружить себя среди предпочитающих мягко отклонить первые признаки этакой любовной привязанности (возникшей на основе волшебной фантазии о прошлых воплощениях, а не руководимой настоящими достоинствами юноши) и уж тѣмъ болѣе не сознаться перед одноклассниками, «какой магии» (по словам Танигучи, внезапно близким тогда къ дѣйствительности) Кён обязан был возможностью разговорить Харухи.
Теперь осталось сравнить двѣ сцены: как Щинка ищет встрѣчи наедине с Ютою (и непремѣнно у него дóма) в аниме «Chuunibyou demo Koi ga Shitai!» (видеоцитату прилагаю гиперссылкою) и как Рёко своею запискою зовёт Кёна в опустевшую послѣ уроков комнату их класса в аниме «Suzumiya Haruhi no Yuuutsu» (видеоцитату прилагаю въ слѣдующем сообщении — там же я и сравню эти двѣ сцены).
① Нѣкоторая (и даже изрядная!) часть сходства между тѣми сценами #аниме, которые я тут предлагал и предлагаю сравнивать попарно, объясняется не сходством сценариев самих аниме (или сюжетов первоисточников, ими экранизируемых), а единственно тѣмъ обстоятельством, что и то, и другое произведение (и «Chuunibyou demo Koi ga Shitai!», и «Suzumiya Haruhi no Yuuutsu») изготовлено Киотскою анимационною студиею во времена, предшествовавшие трагедии ея сожжения умалишённым преступником.
② Сообщение, которое предшествовало предшествующему, я завершил мыслью о том, что раз уж Кён цѣлый мѣсяцъ имѣлъ основания считать Судзумию Харухи прежде всего чунибёшницею, то тогда Кён должен был совершенно с той же точки зрѣнія воспринять в итоге и тот день, которым этот мѣсяцъ завершился — то есть тот день, когда Кён разговаривал с Харухи дольше, чѣмъ кто-либо прежде (и тѣмъ поразил своих одноклассников и одноклассниц). Если просмотр видеоцитаты, излагающей этот их разговор, ещё не был достаточным для того, чтобы в точности уловить ту мысль, которую я подразумевал, то тогда поясняю: когда одноклассники, начиная с Танигучи, начинают расспрашивать Кёна о том, каким волшебным образом он разговорил Судзумию Харухи, чего он ей наговорил, то Кён отмалчивается и внутренне произносит (на сáмом дѣлѣ — для зрителей), что не говорил ей ничего особенного, но это выглядит формальным откликом только на послѣдній из заданных ему вопросов, а как насчёт отклика на болѣе общий вопрос? — точно ли Кён не знает причины такой внезапной разговорчивости? — я думаю, что Кён знал или хотя бы догадался о причине к этому времени. Повторяю: в этот день, ещё воспринимая Харухи как простую чунибёшницу (то есть не располагая ещё свидѣтельствами реальной сверхъестественности происходящего), Кён имѣлъ всѣ основанія в контексте чунибё воспринять и вопрос Харухи о том, не встрѣчались ли они прежде, причём очень давно. Да, зрители «Меланхолии» знают, что этот вопрос Харухи не содержал ни капли чунибёшности и в конечном счёте порождён был послѣдствіями того путешествия во времени, благодаря которому этакая давняя встрѣча (в личном прошлом Судзумии Харухи) дѣйствительно оказалась возможною; но не надо забывать, что в день этого разговора Кён не только не знал ничего о такой фантастической возможности, но и оставил (по собственному признанию) свой прежний интерес ко всему фантастическому — слѣдовательно, за неимѣниемъ лучшего объяснения Кён мог сам для себя истолковать этот вопрос Харухи только одним способом, а именно воспринять его как другое проявление тѣхъ же чунибёшных заскоков Харухи, которые побуждали её, напримѣръ, менять причёску ежедневно. А что значит на устах чунибёшницы вопрос о том, не встрѣчался ли ей нѣкій парень в далёком прошлом? — чаще всего это подготовка к воодушевлённому рассказу о том, что дѣвушка знала его ещё в прошлой жизни (до реинкарнации), примѣры чего я ужé приводил 23 февраля. Как отреагировал Эйта в аниме «Oreshura», как отреагировал Джю в аниме «Denpa teki na Kanojo», так мог и Кён (просто это не показано в аниме явно) мысленно обнаружить себя среди предпочитающих мягко отклонить первые признаки этакой любовной привязанности (возникшей на основе волшебной фантазии о прошлых воплощениях, а не руководимой настоящими достоинствами юноши) и уж тѣмъ болѣе не сознаться перед одноклассниками, «какой магии» (по словам Танигучи, внезапно близким тогда къ дѣйствительности) Кён обязан был возможностью разговорить Харухи.
Теперь осталось сравнить двѣ сцены: как Щинка ищет встрѣчи наедине с Ютою (и непремѣнно у него дóма) в аниме «Chuunibyou demo Koi ga Shitai!» (видеоцитату прилагаю гиперссылкою) и как Рёко своею запискою зовёт Кёна в опустевшую послѣ уроков комнату их класса в аниме «Suzumiya Haruhi no Yuuutsu» (видеоцитату прилагаю въ слѣдующем сообщении — там же я и сравню эти двѣ сцены).