Бибо и фон Боба
Французы и немцы опять разругались. Примерно месяц назад Франция и Германия приняли решение отказаться от создания истребителя нового поколения в рамках программы FCAS. Как это связано с основным противоречием капитализма и будущей резнёй в Эльзасе и Лотарингии?
Совместные "оборонные" программы – старая франко-германская забава. В послевоенный период французские и германские правительства постоянно старались заставить своих промышленников играть в одной песочнице экономически интегрироваться. Одним из средств такой интеграции была совместная разработка военной техники, которая удовлетворяла бы лампасов обеих стран. Предполагалось, что это повысит качество разрабатываемой техники и снизит нагрузку на бюджеты стран.
Первый блин – комом. В 1950-х была запущена программа Europanzer, целью которой была разработка французскими, западногерманскими и итальянскими компаниями танков под единый набор требований. Победивший образец стал бы единым европейским танком. Как знает почти любой игрок в Вартандер, в итоге танка получилось два: французский AMX-30 и ФРГ-шный Leopard. Так получилось из-за того, что французский научно-технический задел (особенно в части орудия) не понравился немцам, немецкий – французам, а спускать годы работ в унитаз ни компаниям, ни лампасам не хотелось.
Лучиком света была разработка самолёта Alpha Jet в 1970-х, по сути – реактивного "кукурузника", который нужен был французам как учебно-тренировочный самолёт, немцам – как лёгкий ударный. Французская сторона, возглавляемая компанией-гигантом Dassault, настояла на использовании французских двигателей и в целом играла роль головного исполнителя, германская сторона в лице Dornier не возражала и занималась по большей части планером. Такому дизбалансу проект и был обязан успехом.
Подобная судьба постигла и проект Eurocopter Tiger, создававшийся французской Aerospatiale и немецкой DASA в 80-90-е гг. Здесь французская сторона оказалась в подчинении у более крупной германской, что стало частью создания как бы европейского, но всё же немецкого концерна EADS, нынче – гиганта Airbus.
Что же случилось с FCAS? (Не)равная борьба. Если раньше с французской и немецкой стороны выступали неравновесные партнёры, то на поле истребителя 6-го поколения сошлись настоящие титаны: французская монополия Dassault и германская монополия Airbus. Но у Dassault есть кое-что особенное, чего нет у бошей: как у Боки есть Жока, так у Dassault есть партнёр Safran, и вместе они образуют уже выстроенную самодостаточную цепочку по созданию боевых самолётов. В итоге получилось неразрешимое противоречие: с одной стороны, Dassault не может нагнуть Airbus, с другой, ей это и не надо – французские капиталисты вполне способны разработать самолёт без участия деловых немцев. Как итог, руководство Dassault просто отказалось делиться информацией и патентами с немцами, и распиаренная программа кооперации между лидерами Европы накрылась медным тазом.
Подобное уже намечалось ещё в 80-е, когда французские буржуи вместо участия в европейской программе Eurofighter сделали свой Rafale. Такая же участь постигнет и программу создания франко-гермаеского танка MGCS: формально концерн KNDS один, но его французская и немецкая части почти не связана производством, и этой программе тоже пророчат смерть.
Так в чём мораль?
1. Международная промышленная "кооперация" строится, когда капитал одной страны подчиняет капитал другой страны. Если капиталистам не выгодна "кооперация", то все потуги политиков пойдут крахом. Общественный характер производства напоролся на частный характер присвоения.
2. Между Францией и Германией эта кооперация не развивается. Новые проекты глохнут, капиталисты не сплетаются в объятьях братских с заграницей. Значит – всё меньше препятствий перед ростом соперничества между этими странами.
Случай этот показателен: любые рассказы буржуинства о международном сотрудничестве ради идеалов – ширма для передела рынков. Пропадает прибыль – падает ширма. Об этом всегда надо помнить и напоминать другим.
Спиральщик
🙂Подпишись на Красный маяк
Французы и немцы опять разругались. Примерно месяц назад Франция и Германия приняли решение отказаться от создания истребителя нового поколения в рамках программы FCAS. Как это связано с основным противоречием капитализма и будущей резнёй в Эльзасе и Лотарингии?
Совместные "оборонные" программы – старая франко-германская забава. В послевоенный период французские и германские правительства постоянно старались заставить своих промышленников играть в одной песочнице экономически интегрироваться. Одним из средств такой интеграции была совместная разработка военной техники, которая удовлетворяла бы лампасов обеих стран. Предполагалось, что это повысит качество разрабатываемой техники и снизит нагрузку на бюджеты стран.
Первый блин – комом. В 1950-х была запущена программа Europanzer, целью которой была разработка французскими, западногерманскими и итальянскими компаниями танков под единый набор требований. Победивший образец стал бы единым европейским танком. Как знает почти любой игрок в Вартандер, в итоге танка получилось два: французский AMX-30 и ФРГ-шный Leopard. Так получилось из-за того, что французский научно-технический задел (особенно в части орудия) не понравился немцам, немецкий – французам, а спускать годы работ в унитаз ни компаниям, ни лампасам не хотелось.
Лучиком света была разработка самолёта Alpha Jet в 1970-х, по сути – реактивного "кукурузника", который нужен был французам как учебно-тренировочный самолёт, немцам – как лёгкий ударный. Французская сторона, возглавляемая компанией-гигантом Dassault, настояла на использовании французских двигателей и в целом играла роль головного исполнителя, германская сторона в лице Dornier не возражала и занималась по большей части планером. Такому дизбалансу проект и был обязан успехом.
Подобная судьба постигла и проект Eurocopter Tiger, создававшийся французской Aerospatiale и немецкой DASA в 80-90-е гг. Здесь французская сторона оказалась в подчинении у более крупной германской, что стало частью создания как бы европейского, но всё же немецкого концерна EADS, нынче – гиганта Airbus.
Что же случилось с FCAS? (Не)равная борьба. Если раньше с французской и немецкой стороны выступали неравновесные партнёры, то на поле истребителя 6-го поколения сошлись настоящие титаны: французская монополия Dassault и германская монополия Airbus. Но у Dassault есть кое-что особенное, чего нет у бошей: как у Боки есть Жока, так у Dassault есть партнёр Safran, и вместе они образуют уже выстроенную самодостаточную цепочку по созданию боевых самолётов. В итоге получилось неразрешимое противоречие: с одной стороны, Dassault не может нагнуть Airbus, с другой, ей это и не надо – французские капиталисты вполне способны разработать самолёт без участия деловых немцев. Как итог, руководство Dassault просто отказалось делиться информацией и патентами с немцами, и распиаренная программа кооперации между лидерами Европы накрылась медным тазом.
Подобное уже намечалось ещё в 80-е, когда французские буржуи вместо участия в европейской программе Eurofighter сделали свой Rafale. Такая же участь постигнет и программу создания франко-гермаеского танка MGCS: формально концерн KNDS один, но его французская и немецкая части почти не связана производством, и этой программе тоже пророчат смерть.
Так в чём мораль?
1. Международная промышленная "кооперация" строится, когда капитал одной страны подчиняет капитал другой страны. Если капиталистам не выгодна "кооперация", то все потуги политиков пойдут крахом. Общественный характер производства напоролся на частный характер присвоения.
2. Между Францией и Германией эта кооперация не развивается. Новые проекты глохнут, капиталисты не сплетаются в объятьях братских с заграницей. Значит – всё меньше препятствий перед ростом соперничества между этими странами.
Случай этот показателен: любые рассказы буржуинства о международном сотрудничестве ради идеалов – ширма для передела рынков. Пропадает прибыль – падает ширма. Об этом всегда надо помнить и напоминать другим.
Спиральщик
🙂Подпишись на Красный маяк