начало текста
Оба теонима, и героини и богини, являлись поздними попытками персонифицировать уже существовавшие культы связанные с указанными местами. Не священный источник назван в честь дочери Геракла, а дочь Геракла получила своё имя от священного источника. И общие черты двух явно независимых персонификаций говорят о том, что такие места были крепко связанны в народном сознании с культом мёртвых и лично Персефоной. На этом месте я вспомнил факт, упущенный Вагенвортом и косвенно подтверждающий его выводы. Павсаний в Элиде видел очень удививший его священный участок, посвящённый Аиду. На тот момент это было нечто уникальное, единственное подобное святилище во всей Греции. Но уникальное может быть уцелевшим. Последним пережитком некогда распространённого явления.
Последним гвоздём в крышку сомнений для меня стало второе дополнение к серии, с цитатой из надписи на могильном камне, найденном в Массалии/Марселе. Разумеется он привёл эту цитату без перевода, антиковеды старой школы всегда исходили из предпосылки, что все читатели по умолчанию способны читать на древнегреческом. Но я проверил её через google lens и похоже всё верно, эпитафия отражает веру в коллективное путешествие душ под руководством некого божества. Из этого по прежнему не следует, что в это верили вообще все греки, но существование как минимум некого мистериального культа, активного в зоне культурного контакта между греками и кельтами, можно считать доказанным.
Отсюда мы логично следуем к второй, северной составляющей гипотезы. Очень легко понять, почему известное сообщение Прокопия было интерпретировано Вагенвортом как прямое подтверждение гипотезы, указывающее на второй устоявшийся маршрут для душ на Запад, через Рейн и Северное Море. Разумеется его не смутил огромный временной провал между ранними греческими данными и поздним фронтиром Римской Империи. Ведь мистериальные культы могли существовать всё это время без прямого отражения в литературе, на то они и мистериальные. Следовательно на берегу Северного Моря должны были стоять прямые аналоги реконструированных им священных мест для мёртвых. Что неизбежно привело его к уцелевшим алтарям и храмам Нехаленнии. Логика проста и убедительна, зона активности культа подозрительно близка к местам описанным источником Прокопия и божество отвечавшее за безопасное путешествие через Северное Море вполне могло одновременно быть психопомпом. Поэтому вторая статья цикла и первое приложение целиком поясвящены доказательству наличия у неё ещё одной функции. Доказательства тоже убедительны, он перекопал все сохранившиеся алтари и выделил очень интересные закономерности в иконографии и надписях. Одна проблема, из этих доказательств совершенно не следует, что северный культ прямо продолжает фракийские и греческие религиозные концепты, описанные в первой статье. Я прекрасно понимаю, почему он так уверенно узнал в одном религиолекте продолжение второго, там очевидны совпадения буквально в мелочах. Однако он совершенно не учитывает грандиозный кельтский фольклор про Донна, тоже совпадающий в мелочах с реконструированной им архаической религиозной концепцией. В случае с Ирландией мы никак не можем объяснить уцелевший фольклор греческим или римским влиянием. Это явно аутентичная кельтская концепция загробной жизни и я пока вообще не понимаю, как именно она сочеталась с реконструкцией Вагенворта. Ясно что эти идеи никак не могли быть полностью независимы друг от друга, но я не представляю, кто мог повлиять на кого. Это может быть вообще осколком неких индоевропейских верований, хотя я сильно сомневаюсь в том, что у степных кочевников могла возникнуть сама идея некого священного острова в неизвестном им западном Океане. Но из этого опять таки вовсе не следует, невозможность возникновения неких религиозных представлений связанных с Западом в целом, что косвенно подтверждает индийская концепция Sukhāvatī/Западного Рая.
Буду качать его книги по Риму.
Hendrik Wagenvoort
(Статьи)
The Journey of the Souls of the Dead to the Isles of the Blessed
Nehalennia and the Souls of the Dead
+
Once More Nehalennia
A Noteworthy Inscription
Оба теонима, и героини и богини, являлись поздними попытками персонифицировать уже существовавшие культы связанные с указанными местами. Не священный источник назван в честь дочери Геракла, а дочь Геракла получила своё имя от священного источника. И общие черты двух явно независимых персонификаций говорят о том, что такие места были крепко связанны в народном сознании с культом мёртвых и лично Персефоной. На этом месте я вспомнил факт, упущенный Вагенвортом и косвенно подтверждающий его выводы. Павсаний в Элиде видел очень удививший его священный участок, посвящённый Аиду. На тот момент это было нечто уникальное, единственное подобное святилище во всей Греции. Но уникальное может быть уцелевшим. Последним пережитком некогда распространённого явления.
Последним гвоздём в крышку сомнений для меня стало второе дополнение к серии, с цитатой из надписи на могильном камне, найденном в Массалии/Марселе. Разумеется он привёл эту цитату без перевода, антиковеды старой школы всегда исходили из предпосылки, что все читатели по умолчанию способны читать на древнегреческом. Но я проверил её через google lens и похоже всё верно, эпитафия отражает веру в коллективное путешествие душ под руководством некого божества. Из этого по прежнему не следует, что в это верили вообще все греки, но существование как минимум некого мистериального культа, активного в зоне культурного контакта между греками и кельтами, можно считать доказанным.
Отсюда мы логично следуем к второй, северной составляющей гипотезы. Очень легко понять, почему известное сообщение Прокопия было интерпретировано Вагенвортом как прямое подтверждение гипотезы, указывающее на второй устоявшийся маршрут для душ на Запад, через Рейн и Северное Море. Разумеется его не смутил огромный временной провал между ранними греческими данными и поздним фронтиром Римской Империи. Ведь мистериальные культы могли существовать всё это время без прямого отражения в литературе, на то они и мистериальные. Следовательно на берегу Северного Моря должны были стоять прямые аналоги реконструированных им священных мест для мёртвых. Что неизбежно привело его к уцелевшим алтарям и храмам Нехаленнии. Логика проста и убедительна, зона активности культа подозрительно близка к местам описанным источником Прокопия и божество отвечавшее за безопасное путешествие через Северное Море вполне могло одновременно быть психопомпом. Поэтому вторая статья цикла и первое приложение целиком поясвящены доказательству наличия у неё ещё одной функции. Доказательства тоже убедительны, он перекопал все сохранившиеся алтари и выделил очень интересные закономерности в иконографии и надписях. Одна проблема, из этих доказательств совершенно не следует, что северный культ прямо продолжает фракийские и греческие религиозные концепты, описанные в первой статье. Я прекрасно понимаю, почему он так уверенно узнал в одном религиолекте продолжение второго, там очевидны совпадения буквально в мелочах. Однако он совершенно не учитывает грандиозный кельтский фольклор про Донна, тоже совпадающий в мелочах с реконструированной им архаической религиозной концепцией. В случае с Ирландией мы никак не можем объяснить уцелевший фольклор греческим или римским влиянием. Это явно аутентичная кельтская концепция загробной жизни и я пока вообще не понимаю, как именно она сочеталась с реконструкцией Вагенворта. Ясно что эти идеи никак не могли быть полностью независимы друг от друга, но я не представляю, кто мог повлиять на кого. Это может быть вообще осколком неких индоевропейских верований, хотя я сильно сомневаюсь в том, что у степных кочевников могла возникнуть сама идея некого священного острова в неизвестном им западном Океане. Но из этого опять таки вовсе не следует, невозможность возникновения неких религиозных представлений связанных с Западом в целом, что косвенно подтверждает индийская концепция Sukhāvatī/Западного Рая.
Буду качать его книги по Риму.
Hendrik Wagenvoort
(Статьи)
The Journey of the Souls of the Dead to the Isles of the Blessed
Nehalennia and the Souls of the Dead
+
Once More Nehalennia
A Noteworthy Inscription