Кейнсианский план Московии
Московская мэрия опубликовала прогноз, согласно которому ок. 200 тыс. москвичей могут потерять работу из-за ухода иностранных компаний. О реальных цифрах потерь работы можно спорить, но, очевидно, они для Московии очень существенны.
При этом, в отличие от большинства субъектов федерации, Москва имеет возможность оказать какую-то поддержку потерявшим работу. Большинство других регионов страны будут такую поддержку со стороны государства, скорее, имитировать.
Столичные власти предлагают потерявшим трудоустройство временные работы: комплектование архивов, ремонт оборудования, возможность поработать в учреждениях городской инфраструктуры (типа парков и летних павильонов).
То есть постиндустриальная Московия переходит к кейнсианству эпохи великой депрессии (1929-1933 гг.), когда потерявшие работу квалифицированные рабочие шли убирать парки и улицы американских мегаполисов, получая за это напечатанные американскими властями доллары.
Пока в Московии многие не готовы к такому поражению в социальном статусе, однако за всем этим видеть контур ненужности мигрантов также пока не стоит.
Отток мигрантов из Московии будет, но не значительный: для новой реальности центральноазиатские мигранты, готовые работать даже в условиях падения доходов, будут цениться выше чем привыкшие к европейским зарплатам и комфорту квалифицированные рабочие. Тем более, что в Киргизии и Таджикистане уровень жизни также падает и зависимость их экономик от российской инвариантна.
Новая реальность – удар по среднему и образованному классу, а разделение на господ и обслугу сохраняется. Более того, новая реальность создает расширенные предпосылки для сословного общества, но это отдельная тема для анализа.
Московская мэрия опубликовала прогноз, согласно которому ок. 200 тыс. москвичей могут потерять работу из-за ухода иностранных компаний. О реальных цифрах потерь работы можно спорить, но, очевидно, они для Московии очень существенны.
При этом, в отличие от большинства субъектов федерации, Москва имеет возможность оказать какую-то поддержку потерявшим работу. Большинство других регионов страны будут такую поддержку со стороны государства, скорее, имитировать.
Столичные власти предлагают потерявшим трудоустройство временные работы: комплектование архивов, ремонт оборудования, возможность поработать в учреждениях городской инфраструктуры (типа парков и летних павильонов).
То есть постиндустриальная Московия переходит к кейнсианству эпохи великой депрессии (1929-1933 гг.), когда потерявшие работу квалифицированные рабочие шли убирать парки и улицы американских мегаполисов, получая за это напечатанные американскими властями доллары.
Пока в Московии многие не готовы к такому поражению в социальном статусе, однако за всем этим видеть контур ненужности мигрантов также пока не стоит.
Отток мигрантов из Московии будет, но не значительный: для новой реальности центральноазиатские мигранты, готовые работать даже в условиях падения доходов, будут цениться выше чем привыкшие к европейским зарплатам и комфорту квалифицированные рабочие. Тем более, что в Киргизии и Таджикистане уровень жизни также падает и зависимость их экономик от российской инвариантна.
Новая реальность – удар по среднему и образованному классу, а разделение на господ и обслугу сохраняется. Более того, новая реальность создает расширенные предпосылки для сословного общества, но это отдельная тема для анализа.