Интенция курса: от аполитичности к тотальному патриотизму
Актуальные действия власти показывают стремление превратить аполитичные и конформистские массы («болото») в патриотичное большинство, выражающее поддержку выбранному курсу. Речь идет как про ритуальные и внешние формы поддержки, так и про более глубинные формы проявления лояльности.
Российское общество по своей структуре остается аполитичным и не любит вовлекаться в политические дела. Однако после 24 февраля положение дел кардинально изменилось: затеяна трансформация.
В регионах назначаются советники губернатора по патриотическому воспитанию, на госслужбе появляются ответственные за фиксацию настроений в коллективах чиновников лица. Патриотическая компонента резко усилилась в учреждениях образования.
Расширение критериев присвоения «звания» иноагентов направлено на минимизацию социальной критики в общественном сознании. Такие действия
позволят решить краткосрочные задачи, но в средне- и долгосрочной перспективе будут работать на легитимизацию и расширение влияния «иноагентского» дискурса среди экономически активных и образованных граждан страны.
Аполитичный социум не вполне готов к патриотической мобилизации, но формальное подчинение вполне может быть обеспечено, особенно, на фоне очевидных структурных сдвигов в российском социуме и сокращения «людей свободных профессий» (малый бизнес, фрилансеры и, особенно, IT-шники).
По сути, в нынешних условиях власти проактивно консолидируют общество и делают ему прививку против социального недовольства, которое может возникнуть в следствии социально-экономических сложностей начиная со середины лета.
Очевидно, что аполитичным гражданам некомфортно в такой реальности, однако большинство принимает это как необходимые требования. При этом базовая интенция общества сохраняется прежней: быть оставленными в покое и заниматься своими делами как обыватели.
Актуальные действия власти показывают стремление превратить аполитичные и конформистские массы («болото») в патриотичное большинство, выражающее поддержку выбранному курсу. Речь идет как про ритуальные и внешние формы поддержки, так и про более глубинные формы проявления лояльности.
Российское общество по своей структуре остается аполитичным и не любит вовлекаться в политические дела. Однако после 24 февраля положение дел кардинально изменилось: затеяна трансформация.
В регионах назначаются советники губернатора по патриотическому воспитанию, на госслужбе появляются ответственные за фиксацию настроений в коллективах чиновников лица. Патриотическая компонента резко усилилась в учреждениях образования.
Расширение критериев присвоения «звания» иноагентов направлено на минимизацию социальной критики в общественном сознании. Такие действия
позволят решить краткосрочные задачи, но в средне- и долгосрочной перспективе будут работать на легитимизацию и расширение влияния «иноагентского» дискурса среди экономически активных и образованных граждан страны.
Аполитичный социум не вполне готов к патриотической мобилизации, но формальное подчинение вполне может быть обеспечено, особенно, на фоне очевидных структурных сдвигов в российском социуме и сокращения «людей свободных профессий» (малый бизнес, фрилансеры и, особенно, IT-шники).
По сути, в нынешних условиях власти проактивно консолидируют общество и делают ему прививку против социального недовольства, которое может возникнуть в следствии социально-экономических сложностей начиная со середины лета.
Очевидно, что аполитичным гражданам некомфортно в такой реальности, однако большинство принимает это как необходимые требования. При этом базовая интенция общества сохраняется прежней: быть оставленными в покое и заниматься своими делами как обыватели.