В рамках фестиваля аутентичного кино «Алания» посмотрел сегодня совсем свежий (2026) полнометражный аниме-фильм «Мы — пришельцы». Что могу сказать? Это невероятно красивое медитативное произведение — детали каждого кадра (а они тут долгие — японщина ж) интересно рассматривать. Вообще, аниме очень бытовое, и за этим бытом в антураже совсем другой культуры просто любопытно наблюдать.

Рисовка, конечно, главный козырь фильма. Хотя, если в фоны, детали и игру света с цветом влюбляешься с первого взгляда, то к изображению людей надо привыкнуть. В динамике как будто снято старым добрым методом ротоскопии, но сам дизайн персонажей напоминает стиль клипа «Breaking the Habit» группы Linkin Park, а моментами (на крупных планах лиц) почти переходит в стиль рисовки персонажей Дзюндзи Ито.

Сюжет без спойлеров не рассказать. На мой взгляд, это печальная история рано обнаруженной и подавленной гомосексуальности в рамках гетеро-бисексуального любовного треугольника, переходящего в трапецию. Но люди, понимающие в кинематографе, объяснили, что я дурак и не лечусь, а это история крепкой гачи-мучи мужской дружбы, которая из-за недопониманий и детской жестокости переросла в трагедию. ОК, как скажите) Часто моя левая бровь недоверчиво поднималась от того, как много Фрейда и Фуко* прёт с экрана. Совпадение? Ну да, ну да.

В методе повествования мне кажется есть влияние классического для японцев Рюноскэ Акутагавы, хотя, в отличие от «эффекта Расёмон», разные точки зрения на одни и те же события здесь не противоречат друг другу, а скорее дополняют.

Если серьезно, то это действительно крепкое произведение, с узнаваемыми бытовыми зарисовками и обладающее и определенным педагогическим потенциалом. Смотреть рекомендую.
____
*Прям очень хорошо показан небанальный «путь изгоя»: социально одобряемая «инаковость» → порицаемое «безумство» → «отверженность».