Жизнь — божественная игра, Лила, которая превращается в борьбу, как только ты отождествляешься с ролью в этой игре. Борьба возникает только тогда, когда ты начинаешь относиться к чему-то слишком серьезно. От этой твоей серьёзности, твоя жизнь и становится, порой, просто невыносима.
И вместо того, чтобы наслаждаться игрой и существованием, ты воспринимаешь всё происходящее — чересчур буквально. И чем серьёзнее твоё отношение к чему либо, чем более рьяно ты отстаиваешь правоту своего персонажа, тем невыносимее становится твоя жизнь. Ты просто забыл, что персонаж игры, как и сама игра, это один и тот же сон.
Ты просто забыл — кто ты.
Но прекратить борьбу и выйти из игры, может только осознание себя. Осознание того, что в действительности, тот, кто ты есть, всегда находится вне игры, вне Лилы. Это осознание и есть свобода, — истинная реализация. Хотя и нет в этом осознание никакой реализации, просто происходит растождествление. Но это абсолютно не означает, что из-за растождествления ты станешь бесчувственным и равнодушным, неспособным воспринимать чужую боль и радость.
Нет. Просто для тебя больше не будет чужих, всё происходящее будет тобой. Ты — Брахман. Ты — Абсолютная Реальность, окончательное Единство, Нирвана. Ты — есть То — и То, это ты. Бог и Реальность — это всё Ты.
Наблюдая за игрой, из источника своего бытия, из глубин своего сердца, ты не прекратишь участие в игре, ты продолжишь принимать в ней участие — ведь игра, это ты. Горевать, плакать и сострадать, когда происходит печаль; смеяться, веселиться и петь, когда приходит радость; и это всегда будут искренние слезы, и искренний смех.
Но тот, кто ты есть, всегда будет оставаться незатронутым, как остаётся незатронутым полотно экрана в кинотеатре. Эгоум плачет и смеётся, сражается и танцует, глядя на мелькание картинок на экране, но при этом — Экран остаётся пустым. Каждый зритель кинотеатра, есть то, что он ищет в видениях своего ума, — больше ничего нет.
И вместо того, чтобы наслаждаться игрой и существованием, ты воспринимаешь всё происходящее — чересчур буквально. И чем серьёзнее твоё отношение к чему либо, чем более рьяно ты отстаиваешь правоту своего персонажа, тем невыносимее становится твоя жизнь. Ты просто забыл, что персонаж игры, как и сама игра, это один и тот же сон.
Ты просто забыл — кто ты.
Но прекратить борьбу и выйти из игры, может только осознание себя. Осознание того, что в действительности, тот, кто ты есть, всегда находится вне игры, вне Лилы. Это осознание и есть свобода, — истинная реализация. Хотя и нет в этом осознание никакой реализации, просто происходит растождествление. Но это абсолютно не означает, что из-за растождествления ты станешь бесчувственным и равнодушным, неспособным воспринимать чужую боль и радость.
Нет. Просто для тебя больше не будет чужих, всё происходящее будет тобой. Ты — Брахман. Ты — Абсолютная Реальность, окончательное Единство, Нирвана. Ты — есть То — и То, это ты. Бог и Реальность — это всё Ты.
Наблюдая за игрой, из источника своего бытия, из глубин своего сердца, ты не прекратишь участие в игре, ты продолжишь принимать в ней участие — ведь игра, это ты. Горевать, плакать и сострадать, когда происходит печаль; смеяться, веселиться и петь, когда приходит радость; и это всегда будут искренние слезы, и искренний смех.
Но тот, кто ты есть, всегда будет оставаться незатронутым, как остаётся незатронутым полотно экрана в кинотеатре. Эгоум плачет и смеётся, сражается и танцует, глядя на мелькание картинок на экране, но при этом — Экран остаётся пустым. Каждый зритель кинотеатра, есть то, что он ищет в видениях своего ума, — больше ничего нет.