Коллеги, дело даже не в том, что «Кремль самоустранился» от конфликта вокруг контроля над крупнейшим российским маркетплейсом.
Дело в том, что в 2024 году, на 25 год всеобщей стабильности и благоденствия мы имеем вооруженный корпоративный конфликт со стрельбой и смертями в километре (!) от Кремля. «Вы хотите как в 90-х? Исполнено!»
Ваше «Кремль «самоустранился» читается как «Кремль не хочет участвовать». А вопрос надо ставить, «может ли Кремль» сделать с этим хоть что-то.
В оппозиционных и приравненных к ним по накалу риторики z-каналах стало уже доброй традицией рассуждать про «постепенную утрату контроля» режимом. То есть про длящийся во времени процесс.
Мы к этой славной публике не относимся, и, наблюдая ситуацию изнутри, делаем вывод, что пора говорить не о процессе, а о свершившемся факте.
И сам конфликт, и реакция на него говорят об одном: контроль уже утерян.
Дело в том, что в 2024 году, на 25 год всеобщей стабильности и благоденствия мы имеем вооруженный корпоративный конфликт со стрельбой и смертями в километре (!) от Кремля. «Вы хотите как в 90-х? Исполнено!»
Ваше «Кремль «самоустранился» читается как «Кремль не хочет участвовать». А вопрос надо ставить, «может ли Кремль» сделать с этим хоть что-то.
В оппозиционных и приравненных к ним по накалу риторики z-каналах стало уже доброй традицией рассуждать про «постепенную утрату контроля» режимом. То есть про длящийся во времени процесс.
Мы к этой славной публике не относимся, и, наблюдая ситуацию изнутри, делаем вывод, что пора говорить не о процессе, а о свершившемся факте.
И сам конфликт, и реакция на него говорят об одном: контроль уже утерян.