— Нет, ну странные у тебя решения. Просто пошёл бы на контакт, не надо угроз и всего прочего. Сейчас ты меня, наоборот, пугаешь. Но интерес поменяться местами есть. Давай ты Настю вернёшь обратно, а потом мы с тобой поменяемся. Только напиши хоть инструкцию. Если ты исследовал параллельные миры, значит, что-то у нас отличается. Хотелось бы основные моменты знать.
«Возможно, я поторопился. Стоял и улыбался скорее нервно. Не учёл, что мы думаем совсем по-разному. То, что влияет на меня, может не влиять на тебя. У меня чисто научный интерес».
— Воу, с этого и нужно было начинать! Давай Настями меняться!
Бесчувственная подруга была подхвачена на руки и придвинута к зеркалу. Как только её макушка коснулась стекла, поверхность пошла рябью. Настя, та, что лежала в отражении, начала втягиваться в прозрачную границу. В реальности её тело, наоборот, словно вытолкнуло обратно. Через мгновение она уже была рядом.
Она застонала и распахнула глаза.
— Что... что произошло? — прошептала она, хватаясь за голову.
— Ты сознание потеряла, — соврал я. — Ударилась об зеркало ещё. Нигде не порезалась? Проверь.
Она села, осмотрела себя и вытряхнула из складок худи пару мелких осколков.
— Дай тапки, чтобы по стёклам не ходить, — попросила она, поморщившись.
— Сек, будь на месте.
Сходил в коридор и принёс её кроссовки, чтобы ей было сподручнее.
— Может, какие-то магнитные бури на солнце, — я помог ей подняться. — У меня шиза, ты теряешь сознание... Иди домой, что-то день не задался.
— Ты мне позвонил! Я ещё не позавтракала, прибежала, подумав, что что-то серьёзное случилось. Просто так ведь не скажешь, что есть срочное дело: бегом-бегом, и видимо, сознание потеряла. Правда, пойду-ка домой.
Я проводил её до порога.
— А где Айзек? — вдруг спохватилась она.
— А, ой, я его закрыл, чтобы он не порезался. Сейчас стёкла доубираю и выпущу.
— Пока, Айзек! — крикнула она. — Я ещё зайду, принесу тебе мохнатую игрушку.
Из-за двери спальни донёсся скребущий звук и жалобный подвыв.
Когда за Настей захлопнулась дверь, я вернулся к зеркалу. Двойник стоял там.
— Не хочу затягивать. Пиши инструкцию и оставь на столе. Можем сразу поменяться.
Отражение кивнуло и принялось корябать на бумаге. Виднелись пункты, подчёркнутые жирными красными линиями. Пока он писал, остатки стекла были сметены, пол вымыт, а Айзек выпущен. Пёс недоверчиво обнюхал место, где упало зеркало, затем подошёл к уцелевшей дверце и зарычал.
— Тихо, Айзеканский, — я погладил его и дал пару кусочков его вкуснях. Тот успокоился, но из комнаты не ушёл, улёгся в дверном проёме, наблюдая.
Двойник помахал рукой и показал большой палец. Подошёл вплотную. Стекло было холодным, от него тянуло сквозняком. «Пора», — решил я и прижал ладонь к гладкой поверхности.
Страница 4
«Возможно, я поторопился. Стоял и улыбался скорее нервно. Не учёл, что мы думаем совсем по-разному. То, что влияет на меня, может не влиять на тебя. У меня чисто научный интерес».
— Воу, с этого и нужно было начинать! Давай Настями меняться!
Бесчувственная подруга была подхвачена на руки и придвинута к зеркалу. Как только её макушка коснулась стекла, поверхность пошла рябью. Настя, та, что лежала в отражении, начала втягиваться в прозрачную границу. В реальности её тело, наоборот, словно вытолкнуло обратно. Через мгновение она уже была рядом.
Она застонала и распахнула глаза.
— Что... что произошло? — прошептала она, хватаясь за голову.
— Ты сознание потеряла, — соврал я. — Ударилась об зеркало ещё. Нигде не порезалась? Проверь.
Она села, осмотрела себя и вытряхнула из складок худи пару мелких осколков.
— Дай тапки, чтобы по стёклам не ходить, — попросила она, поморщившись.
— Сек, будь на месте.
Сходил в коридор и принёс её кроссовки, чтобы ей было сподручнее.
— Может, какие-то магнитные бури на солнце, — я помог ей подняться. — У меня шиза, ты теряешь сознание... Иди домой, что-то день не задался.
— Ты мне позвонил! Я ещё не позавтракала, прибежала, подумав, что что-то серьёзное случилось. Просто так ведь не скажешь, что есть срочное дело: бегом-бегом, и видимо, сознание потеряла. Правда, пойду-ка домой.
Я проводил её до порога.
— А где Айзек? — вдруг спохватилась она.
— А, ой, я его закрыл, чтобы он не порезался. Сейчас стёкла доубираю и выпущу.
— Пока, Айзек! — крикнула она. — Я ещё зайду, принесу тебе мохнатую игрушку.
Из-за двери спальни донёсся скребущий звук и жалобный подвыв.
Когда за Настей захлопнулась дверь, я вернулся к зеркалу. Двойник стоял там.
— Не хочу затягивать. Пиши инструкцию и оставь на столе. Можем сразу поменяться.
Отражение кивнуло и принялось корябать на бумаге. Виднелись пункты, подчёркнутые жирными красными линиями. Пока он писал, остатки стекла были сметены, пол вымыт, а Айзек выпущен. Пёс недоверчиво обнюхал место, где упало зеркало, затем подошёл к уцелевшей дверце и зарычал.
— Тихо, Айзеканский, — я погладил его и дал пару кусочков его вкуснях. Тот успокоился, но из комнаты не ушёл, улёгся в дверном проёме, наблюдая.
Двойник помахал рукой и показал большой палец. Подошёл вплотную. Стекло было холодным, от него тянуло сквозняком. «Пора», — решил я и прижал ладонь к гладкой поверхности.
Страница 4